Украденная беременность - страница 51
Фаина решилась:
— Хорошо. Я… согласна на переезд. Пока — только до рождения малыша. За эти пять месяцев, надеюсь, мы с тобой сумеем понять, стоит ли нам пытаться жить вместе.
28. Федор
26 ноября 2015 года. Поселок Михалково. Подмосковье
Первый этаж и часть второго в коттедже Федора были готовы для заселения и проживания. Сияющий новизной кафель и смесители в ванных, свежие обои и ламинат, качеством не уступающий паркету — все ждало хозяев, которые будут с удовольствием обживать пока пустые комнаты.
Лукьянов рассчитывал, что подбором мебели, занавесок и прочих предметов декора займется супруга, но Лана не изъявила ни малейшего желания «вить гнездышко». Даже попытка нанять дизайнера интерьеров провалилась: на все его вопросы Светка отвечала так неопределенно, что специалист сдался и предложил Федору обратиться к ним в бюро в следующий раз, когда хозяйка определится со своими предпочтениями. Понятно, что «следующий раз» так и не наступил.
Теперь, когда во все еще не обжитый толком дом согласилась перебраться Фифа, Лукьянов не знал, как сказать ей, что хотел бы рассчитывать на ее предпочтения в выборе обстановки. Может, женщина обрадуется возможности сделать все по собственному вкусу, а может, и нет…
Прощаясь с Фаиной накануне вечером, они условились, что сегодняшний вечер девушка посвятит поездке в Михалково и экскурсии по дому, в котором ей предстоит жить ближайшие полгода, выберет себе комнату. «А там, может, Фая войдет во вкус и заодно решит, где сделать детскую», — мечтал Федор.
Филимонову, как и было условлено, привез к шести часам вечера охранник, который дежурил в этот день у нее под окнами. Теперь Фаина уже не ломала голову над тем, кто за ней присматривает, и не могла злиться на Федора за предпринятые меры по ее охране: жизнь показала, что они были совсем не лишними.
В Михалково Фаина и ее сопровождающий прибыли уже по темноте, но улицы были освещены фонарями, правда, рассматривать особо было нечего: высокие сплошные заборы да тщательно уложенные пешеходные дорожки, обсаженные облетелыми по осени кустами.
Участок, на котором стоял коттедж Лукьянова, размерами на футбольное поле не тянул, но выглядел довольно просторным и тоже оказался огорожен высоким забором с камерами видеонаблюдения на нем. На территории, куда Фая въехала через автоматические раздвижные ворота, виднелось несколько молоденьких деревьев, одинокая скамейка, стоящая вдоль мощеной тропки — и на этом все.
«Интересно, почему Федор Андреевич не поставил беседку, не засеял газон? То ли так занят, то ли…» — додумать Фая не успела. Машина остановилась прямо у крыльца, на котором хозяин дома уже встречал дорогую гостью.
Федор узнал о прибытии Фаины по звонку домофона, который трижды издавал трель даже в том случае, когда автоматические ворота открывали снаружи. Лукьянов так спешил выйти навстречу девушке, что даже куртку не накинул: так и стоял на ступеньках, поеживаясь от морозного ветра, в своих любимых истертых от длительного ношения джинсах и свободном домашнем пуловере неопределенного серого с синевой оттенка.
— Рад тебя видеть, Фая! — Лукьянов не стал дожидаться охранника, выполнявшего заодно и роль водителя, и сам открыл дверь перед девушкой. — Пойдемте скорее в дом, на улице прохладно!
Фаине холодно не было: в салоне авто работал климат-контроль. Однако спорить Фая не стала. В беловатом свете энергосберегающей лампы Федор в его синеватом свитере показался ей совсем замерзшим.
— Я тоже рада нашей встрече, — улыбнулась она и прошла вслед за мужчиной в просторную прихожую, больше напоминающую холл в каком-нибудь солидном заведении. — Как-то у тебя тут пусто, — поделилась она первым впечатлением. — И двор такой же голый…
— Честно говоря, у меня пока во всем доме так, — не стал скрывать Лукьянов. — Все руки не доходили заняться обстановкой, да и хотелось, чтобы она нравилась не только мне, но и… — Федор запнулся, — моей женщине.
«А Лана? Она почему не обставила дом?» — чуть было не озвучила свой вопрос Фаина, но глянула на шагающего рядом мужчину, и прочла ответ в его глазах, из глубин которых на нее смотрели тоска и одиночество.
— С какого этажа начнем экскурсию? — попытался сгладить повисшее неловкое молчание Федор. — С первого или со второго?
— Думаю, с первого, тут ведь, в основном, хозяйственные помещения, да?
— Так и есть. Слева, — Лукьянов махнул рукой, — гостиная, кабинет и небольшая спальня. Справа — кухня с кладовкой, санузел и внутренний выход в гараж.
— Тогда, наверное, для начала заглянем на кухню, — Фаине было любопытно взглянуть на сердце этого дома. — Может, заодно и воды мне нальешь? Что-то я пить захотела, пока добиралась сюда.
— Прости, Фая, — тут же всполошился Федор. — Я так отвык принимать гостей, что даже не сообразил предложить тебе чай или кофе…
— Это не страшно. Главное — вовремя исправиться, — подмигнула девушка.
— Тогда сегодня я ухаживаю за тобой — на правах хозяина. Ты-то меня чаем уже дважды отпаивала!
— А вот возьму и соглашусь, — Фаина и сама не замечала, что начала флиртовать и заигрывать с Лукьяновым. — Вау! — открыла она рот, переступив порог…
Квартира самой Фаины имела современную улучшенную планировку, и на размеры своей кухни девушка никогда не жаловалась. Площадь кухни в доме Федора не сказать, что потрясала воображение, но была, на глазок, раза в два больше. Но главное не это.
Центром композиции, представшей глазам Фифы, был кухонный гарнитур, и вот он-то и вызвал удивленное восклицание. Слишком уж неожиданно ярким, насыщенным был темно-красный, переходящий в коричневый, цвет фасадов мебели. С этим сочным колером прекрасно гармонировала столешница. Фая не поверила глазам, подошла, погладила, а потом и поцарапала ногтем светлую, оттенка песка на пляже, поверхность, испещренную розоватыми и буро-красными вкраплениями.
