Зачем я ему? - страница 42
На работе оживление. Вроде пятница, сегодня я вообще до шести, а все снуют из кабинета в кабинет.
— Варя, не стой тут! Быстро проверь, есть ли вода во второй переговорной. Сейчас там совещание будет.
Прохожу по коридору, захожу в комнату, воды, и правда, нет.
— Быстро, Барсукова, три минуты и — все соберутся. Сам замгенерального будет.
Да мне-то что! Расставляю бутылки воды, рядом стаканы. А в переговорку уже начинают заходить люди, я их не знаю. Наверное, наши клиенты. В дверях сталкиваюсь с симпатичным брюнетом в строгом синем костюме. Улыбается мне и галантно отступает в сторону, чтобы я вышла. Приятно. В универе редко кто уступает и пропускает вперед.
— Что это за люди? — спрашиваю у девчонки, которая, как и я, работает тут на подхвате, но значительно дольше меня.
— Важные клиенты, полкомпании на них пашет. А тот мужчина, что тебя пропустил, он их босс.
Ухожу в свой закуток. Клиенты клиентами, но почту разбирать надо. Минут через пятнадцать звонок по внутреннему.
— Варь, тут чай надо отнести, помоги, пожалуйста.
Надо, значит, надо. Открываем дверь: в переговорной человек десять. Улыбаюсь, расставляю посуду перед ними, подхожу к брюнету, он смотрит, как я пододвигаю к нему чашку, и вдруг накрывает своей ладонью мою. Вздрагиваю, он улыбается и тут же убирает свою руку, берет в нее чашку и делает глоток, не отрывая от меня взгляда. А я чувствую на себе другой взгляд. По коже словно холод пробежал, поежилась, как от озноба. Мне даже смотреть не надо и так знаю, кто это. Ставлю чашку и перед ним. Быстро, не глядя, и как можно скорее убираюсь с этого совещания. А он что здесь делает?!
Они закончили в полседьмого, из-за этого пришлось задержаться. Надо помочь убрать переговорную. В ней уже никого нет, собираю грязные чашки и пустые бутылки. Слышу чьи-то шаги…
— Ты новенькая? Не видел тебя здесь прежде.
Передо мной стоит тот самый брюнет, который босс. Молодой вообще-то для начальника, на вид ему и тридцати нет. А вот взгляд знакомый, и он мне не нравится. Взгляд превосходства и пренебрежения, так на меня и Машку смотрели наши мажоры. Сейчас, правда, уже не смотрят. Но я знаю, стоит только Ледневу кивнуть и сказать: «Можно»…
— Я Константин Георгиевич. Могу помочь тебе здесь освоиться.
Так, Варя, не волнуйся, тут должны быть люди.
— Ты, кажется, на самолет опаздываешь, да, Костик?
Вот что за привычка ходить бесшумно?! Бесит просто! Иногда, но точно не сейчас. Сейчас я безумно рада, что он пришел!
— Ник, а ты что тут забыл? — брюнет удивленно оборачивается.
А я с горой кружек на подносе потихоньку двигаюсь к Айсу, то есть к выходу, конечно. Прохожу мимо Леднева и скрываюсь на кухне. Когда выхожу через 5 минут, брюнета уже не видно, зато за столом, вытянув ноги, сидит Никита и нагло листает мои конспекты.
— У тебя слабоватый английский. Слишком много грамматических ошибок.
Вот сволочь! Все хорошее, вся благодарность к нему тут же улетучились.
— У меня нормальный английский! — выхватываю из его рук тетрадь. — Достаточный, чтобы сдать экзамен!
— Костик к тебе больше подойдет, не волнуйся, — встает и идет к коридору.
Не сомневаюсь, что не подойдет, так же, как не подойдут Артем и Полянский, который вообще куда-то пропал…
— Пока!
— Никита! Подожди.
Сказала и сама ужаснулась. Неужели я, и правда, хочу это сделать? Поворачивается и смотрит на меня.
— Спасибо тебе. За все. И за Костика этого, и за вчерашнее, и за работу, и что из бара тогда увез. В общем, за все-все. Я не знаю, почему ты это делаешь, и меня это реально напрягает, но я, правда, тебе благодарна. И еще извини, что вчера убежать хотела. Я просто разозлилась, сильно разозлилась, что пришлось ждать этого контракта дурацкого. А потом оказалось, что ты ехать сюда собирался и мог бы его отвезти сам, а меня заставил ждать. Я знаю, что это глупо и по-детски как-то… Просто…
— Просто я тебе не нравлюсь, да?
— Да! Нет… прости…, конечно, нет… Я не то хотела сказать. Я просто не люблю быть обязанной. Я даже с Машкой чувствую себя неловко, а ты…
— А я не Машка.
Поднимаю глаза — он, что, смеется надо мной? Ну, конечно, вот дура-то… Перед кем тут распинаюсь? Ему же плевать. Идиотка! Нашла, кому такое говорить! Это же Айс. Наступит и пойдет дальше…
— Да… Да… Все, забудь.
Хватаю сумку и вылетаю в коридор, бегу к лифтам. Чувствую, как щеки горят. Вот опозорилась-то… В лифте хоть одна, выхожу из здания и только тут понимаю, что я в своих офисных туфлях и без куртки. И без конспектов этих чертовых! Но назад точно не пойду!
Бреду к остановке. И когда мне вдруг стало важно, что обо мне думает Леднев? Если б не универ, вообще с ним никогда бы не встретилась. Осталось потерпеть пару месяцев, он скоро получит диплом и перестанет на глаза попадаться. А мне о своих экзаменах надо думать, а не о парне, с которым у меня ничего нет общего. Он из другого мира, меня там нет и никогда не будет. И зачем он всегда рядом оказывается?!
Обхватываю себя за плечи. Холодно все-таки без куртки. Последние дни апреля, снег уже сошел, но иногда метель бывает, а сейчас, кажется, дождь пойдет. Точно, начинает моросить! Может, вернуться за курткой? Да и слякоть кругом, а я в туфлях… Дорогих. Единственных. Смотрю на дорогу. Сердце вдруг забилось быстро-быстро. Не уехал! Стоит, у машины на меня смотрит. А я не знаю, что мне делать. Что делать? Игнорировать? Подойти? Может, он вообще здесь не из-за меня. Смотрю, как он обходит свое Volvo, останавливается в шаге от меня.
— Я подумал, раз ты чувствуешь себя обязанной, есть кое-что, что ты можешь для меня сделать. Услуга за услугу.
