Струны любви - страница 1

Глава 1

— Омметр? — Ланс глянул на слово, которое она выложила на доске для игры в «Скрабл». — Что это еще за омметр? Опять придумываешь слова?

Лейси еще крепче обняла подушку — между прочим, это была подушка Ланса — и с притворным возмущением воскликнула:

— Что значит «опять»?! Я никогда не придумываю слова! В отличие от тебя…

— Ну, вот уж нет. Я так никогда не делаю. — Однако хитроватая улыбка Ланса противоречила словам. Впрочем, они оба прекрасно знали, что Ланс частенько выкладывал буквы на поле совершенно бездумно, надеясь, что само собой что‑нибудь получится. — А если твой омметр и впрямь существует, то что это такое?

— Ну, это… хм… — Лейси знала множество всяких слов, но не всегда помнила, что они означали.

— Если не ответишь, значит, ты проиграла. — Ланс вытянул ноги, и матрас прогнулся.

— Эй, осторожнее. — Лейси придержала поле. Играть в «Скрабл» в постели было уютно, но не очень‑то удобно — от любого движения выложенные слова начинали разъезжаться.

— Это ты поосторожнее. Смотри, до чего ты дошла — жульничаешь в «Скрабл»! Эх, Лейси Доусон, такого я от тебя не ожидал.

— Ты угрожаешь мне?

Ланс потянулся к ней, отчего деревянные фишки с буквами расползлись в разные стороны, и прижал ее к матрасу. А Лейси радостно пискнула. В результате со «Скраблом» на сегодня было покончено. Что ж, так даже лучше. Новая игра нравилась ей гораздо больше.

— Такого слова нет, признайся, — сказал Ланс, ложась на нее сверху.

— О, это такой инструмент! — внезапно вспомнила Лейси. — Омметр — это инструмент для измерения электричества. Я так думаю…

— Инструмент? Сейчас я покажу тебе настоящий инструмент. — Ланс крепко прижался к ней, и Лейси действительно почувствовала «инструмент».

Она притворно насупилась и пробурчала:

— Надеюсь, твой инструмент хоть чего‑то стоит. Я ведь, знаешь ли, выигрывала…

Ланс ухмыльнулся и проговорил:

— Не сомневаюсь, что так и было. Но знаешь что?.. Я ведь уже выиграл! То есть еще до этого…

Поудобнее устроившись в объятиях жениха, Лейси спросила:

— А что именно ты выиграл?

— Тебя, Лейси. — Ланс наклонился и впился поцелуем в ее губы. После чего, прочертив дорожку из поцелуев к ее уху, прошептал: — Эй, Лейси…

Она закрыла глаза и тихонько застонала.

— Ты слышишь, Лейси? — снова позвал Ланс.

— М‑м‑м… — пробормотала она.

— Эй, Лейси Доусон, я к тебе обращаюсь!

Ох, ну чего он?.. Она ведь уже ответила ему… как могла.

— Лейси, проснись! — раздался мужской голос, походивший теперь вовсе не на голос Ланса, а на…

Лейси открыла глаза — и невольно вздрогнула. Любимый мужчина, только что лежавший на ней, бесследно исчез. Как и кровать, а также разбросанные по постели фишки «Скрабла». Она, Лейси Доусон, опять находилась в студии звукозаписи — в наушниках и с гитарой в руках, на которой пальцы сами собой брали нужные аккорды.

А звал ее вовсе не Ланс, а сидевший в аппаратной комнате Даррин. Да, конечно, Ланс никак не мог ее звать. Ведь его больше не было… Он умер много месяцев назад, но возвращался к ней всякий раз, когда ее «накрывала» музыка.

— Так, Лейси Доусон… — произнес босс своим «особенным» голосом.

Она перестала играть и, проглотив застрявший комок в горле, в тон ему ответила:

— Так, Даррин Ортиз… На меня снизошло вдохновение — это плохо? — И Лейси взглянула на него с вызовом.

Босс уставился на нее таким же взглядом. Так они и таращились друг на друга несколько секунд. После чего Даррин не выдержал и засмеялся — он не мог долго злиться на нее. Лейси улыбнулась в ответ, хотя ей совсем этого не хотелось.

— Лейси, иди сюда, и я тебе все объясню, — сказал Даррин. — Видишь ли, эту запись надо было закончить еще час назад.

Лейси пожала плечами.

— Иногда процесс затягивается. — Она сыграла гитарный риф, внезапно пришедшей ей в голову. О, Лансу такая вещь пришлась бы по душе!

Но Даррин лишь выкатил глаза и заявил:

— Мы оба знаем, что ты использовала его на втором дубле.

Лейси в эти секунды смотрела на струны и не видела лица Даррина, однако точно знала, что сейчас он поступил именно так, — то есть выкатил глаза. Она работала с ним уже очень долго и прекрасно знала все его ужимки. Причем больше всего ему нравилось выкатывать глаза. Решив ответить своей любимой гримасой, Лейси выпятила нижнюю губу и заявила:

— Я настраиваю гитару. Это очень важная часть процесса.

— Ну конечно!.. Ох, Лейси, кого ты пытаешься обмануть? Я прекрасно знаю, что ты каждый раз настраиваешься по часу — только бы не заниматься бумажной работой.

Лейси наконец‑то подняла голову. Босс пытался смутить ее своим пристальным взглядом, и на сей раз она не нашлась с ответом. Конечно, Даррин был прав насчет ее долгих настроек, а вот насчет мотивов все‑таки ошибался. Она ничего не имела против бумаг, но все дело в том, что Ланса в ворохе нотных записей и примечаний звукорежиссера ей найти не удавалось. Любимый приходил к ней лишь тогда, когда пальцы брали аккорды и гитара начинала петь. Он жил в музыке, звучавшей в ее душе, и потому ей было ужасно тяжело прерывать ее и возвращаться в реальный мир. Но это надо было делать, чтобы не сойти с ума…

Со вздохом отложив инструмент, Лейси вышла из студии, и Даррин повел ее в офис. По дороге она увидела в репетиционной Кэт и невольно поморщилась. Но девушка в этот момент натирала треугольники на барабанной установке, поэтому ничего не заметила. Лейси не понимала, почему Кэт так ее раздражала. Ведь в течение всех этих ужасных страшных месяцев Кэт вела себя как настоящий друг — постоянно поддерживала и всегда была рядом. Но все же, глядя на ее идеальный наряд в рокерском стиле, Лейси порой хотелось окунуть Кэт в грязную лужу. Или бросить в толпу «металлистов», прыгавших перед сценой.