Несвобода - страница 19

Вадим Андреевич подумал:

— Решение неплохое, но при условии, если ты точно уверена, что Алиса прямо сейчас сможет с ним связаться и потрепаться пару часов. Это можно даже не оформлять как заказ — он в любом случае останется доволен. Но если она занята, то ты прогорела. Кроме того, ты снова решила вопрос за счет другой девушки.

Я развела руками:

— Тогда я не знаю, что с ним делать! Потому что если я предложу ему другую девушку, а ему требуется просто за жизнь потрещать, то он только разозлится.

— Разозлится. Не предлагай ему другую девушку. Не в этом случае.

— Тогда что?

— Он уже разговаривает с тобой, — Вадим Андреевич улыбнулся шире, и я снова уставилась в стену, потому что сбивалась с мысли. — Ты для него уже почти Алиса. Если ты почувствовала, что у человека проблемы, так и стань ему той, кто выслушает.

— Как?!

— Флиртуй. Измени акценты, перенаправь настроение. Он звонит не для интима, но раздражен, это самое сложное.

— Понятия не имею, как это сделать.

— Ну, вот мы и добрались до корня, — Вадим Андреевич встал и подошел ко мне, протянул руку. Я не взяла, недоумевая, зачем это вообще. — Ты не умеешь флиртовать. Дай уже руку.

Я вынуждена была ухватиться за его пальцы и, повинуясь движению, встать на ноги. Он положил другую руку мне на талию.

— Танцуй со мной, — он повел плавно. — Флирт, Арина, это когда ты даешь человеку ощущение, пусть даже ложное, что он для тебя важен. Когда человек начинает чувствовать, что твои мысли направлены в его сторону, и у него внутри начинает разгораться взаимность — это неизбежно. Душа тянется к тому, кто тянется к тебе.

Я осмелилась уточнить, хотя была сосредоточена на этом странном танце без музыки:

— Даже если ощущение ложное? Ну, вы так сказали.

— Не имеет значения. В человеке можно вызвать какую угодно ответную реакцию, если даже не чувствовать, а только разыгрывать первый порыв.

— Манипуляция!

— Безусловно, — я по голосу слышала, что он улыбается, но лицо не поднимала. — Научись этому — и тогда ты сможешь формировать любое нужное тебе настроение. Танец — один из самых грубых, но самых действенных способов флирта.

— Но ведь я буду общаться по телефону…

Он не ответил. Вадим Андреевич не слишком меня прижимал, но вел уверенно, позволяя расслабиться. Однако я ощущала смутную тревогу. Конечно, я танцевала на приемах с друзьями отца или их сыновьями, но этот танец в тишине чем-то принципиальным отличался от предыдущих. Даже не подчеркнутой интимностью, а скорее растущим напряжением, которое сложно было игнорировать. И на очередном повороте до меня дошло: это его способ флирта, ведь он прямо об этом и сказал! Грубый, как удар по голове, способ заставить раскрыться и потянуться навстречу. Я остановилась, а потом отступила на шаг.

— Вадим Андреевич, мне кажется, что лучше научить меня говорить правильные слова. Танцевать я умею.

— Заметил. Поужинаем вместе?

Я только теперь посмотрела на него прямо. Тяжелый взгляд, как обычно, но сейчас с ноткой скрываемого веселья. Решила спросить напрямик:

— Вы флиртуете со мной? Даете ложное ощущение, на которое я неизбежно отвечу?

— Работает?

— А зачем вы это делаете?

— Ты не хочешь, чтобы я так делал, или ты боишься неизбежно ответить?

— Разве можно сначала полностью раскрывать каждый свой ход, а потом надеяться, что он сработает?

— Ты заметила, что мы разговариваем вопросами?

— Нет. Но как хорошо, что вы все замечаете за нас обоих!

— Злишься?

Я отвела взгляд и покачала головой. Соврала — я злилась, но не могла бы объяснить почему. Просто невозможно без раздражения чувствовать, что под ногами нет земли. А именно в этом плавающем состоянии я и находилась. Рабочие отношения должны быть совсем не такими! Уж это я точно понимала. Старалась говорить очень ровно:

— Кажется, я очень многое сегодня узнала. Спасибо. Со временем попытаюсь понять еще больше.

— Ясно. Сейчас ты сбежишь.

Так и планировала. А еще раньше я планировала попросить аванс в счет будущей зарплаты, но теперь не осмеливалась. Возможно, придется идти к тете Свете… Или… я потом придумаю, что еще можно сделать. Но чтобы не выглядеть зажатой трусихой, вскинула голову и ответила честно:

— Я просто думаю, что еще слишком далека от того, чтобы схватывать ваши советы на лету. Уверена, что мне все же лучше начать тренировки с телефонных разговоров. Если уместно вас просить о подобном, конечно.

Он направился в комнату, но через минуту вышел оттуда с пиджаком в руке.

— Ладно. Я позвоню тебе сегодня вечером, поболтаем. Твой телефон оповещает о входящем во время разговора? Не хотелось бы упустить клиента ради наших вечерних забав.

— Принимает, — я запнулась, переваривая последнюю фразу.

— Ясно. Тогда не раньше десяти. До тех пор я буду занят. Пойдем, отвезу тебя, мне все равно нужно ехать. Кстати, если хочешь, то составь мне компанию — посмотришь со стороны, как и что делается.

— В другой раз, Вадим Андреевич.

— Я-ясно. Пойдем уже.

Было глупо отказываться, и к тому же я все еще не теряла надежды настроиться на просьбу. Мне нужна ничтожная сумма. В долг! А если я к концу месяца уйду в ноль? Ведь именно об этом он и спросит! Я никак не могла придумать ответа, потому и не решалась.

Но шеф молчал, выруливая на узкую проселочную дорогу, а потом направляя машину в сторону города. И, по всей видимости, пребывал в отличном настроении. И я подумала: худшее, что может случиться, он просто откажет! И только тогда подала голос: