Домашний арест - страница 49

Во вторник был мой последний день «У Бена». Да, он отпустил меня, хотя и немного поворчал для виду. Алан не приехал обедать, только прислал смс.

Я опять в Порту до упора. Дерьмово, знаю. Скучаю по тебе.

У меня аж слезы подкатили. Алан и раньше частенько уезжал по работе, задерживался, но сейчас… Нет, он точно вшил мне какую-то дрянь под кожу той ночью. Я просто подсела на него. С первого раза. Чертовски зависима.

Обзывая себя бесхребетной грязью, я написала ответ.

Позвони, как приедешь. Я буду дома.

Хотя бы послушать, как прошел его день. Расскажу, что было в CSI. Признаюсь, что Бен меня отпустил.

Вернувшись домой с последней смены, я тут же рванула к телефону. Пусто. Ни одного сообщения. Значит, еще не приехал. Или не будет звонить. Ну позвонииииии…

Тряхнув головой, я решила собрать свою одержимость в кучу и смыть ее в унитаз. Надо отвлечься. Я решила испечь печенюшек. Мука, сахар, масло и прочие ингредиенты отвлекли от мыслей об Алане. Я включила музыку и под ее сопровождение приплясывала по кухне. Смешав тесто миксером, вытащила противень. Хихикая, как дурочка, начала выводить на пергаменте для выпечки печенюшки в форме пениса. Какого черта? Если мой любимый пенис вне доступа, я хоть эти погрызу. Телефон застал меня звонком как раз во время мытья посуды. Я проверила таймер и поспешила в гостиную.

— Как ваше здоровье, мисс Дразнилка? — поинтересовался Алан в ответ на мое алло.

— Уже лучше, мистер Массажист. Я почти в норме. Как съездил?

— Ох, детка, устал, как черт. Придется ударно поработать, чтобы в пятницу сбежать к тебе пораньше.

— Хочешь сказать, что я не увижу тебя еще два дня? — прохныкала. — Может, хоть пообедаем?

— Вспоминая, чем обернулся обед в понедельник, я, пожалуй, откажусь, — набычился Картер.

— Ох, ну еще скажи, что тебе не понравилось, — я присела на диван, подобрав под себя ноги.

— Мне слишком понравилось, Кэсси, — проговорил Алан тихо. — И тебе вряд ли сойдет с рук подобный фортель в следующий раз.

— С рук или с ног? — поддела я. — И я тебя не боюсь, шеф.

— Зря! — я услышала, как щелкнула зажигалка и как Алан выдохнул дым.

Курит… — Советую при посещении уборной в общественном месте запирать входную дверь, или…

— Или что, сладкий? — у меня аж заныло между ног

— Рискуешь быть оттраханной над умывальником.

Затянулся, выдохнул.

Я чуть не кончила, представляя его с сигаретой и фирменной, сальной ухмылочкой.

— Черт, Картер, я бы рискнула.

Картинка слишком ярко нарисовалась в моем воображении. Я заерзала на диване.

— Ох, Кэсси…

— Алан?..

— Ммм?

— Мне послышалось, или ты расстегнул молнию на джинсах?

Какого черта? Мы же договаривались.

— Детка, клянусь, я не трогаю. Просто он стоит, а джинсы такие тесные, — проскулил Картер.

— Опять издеваешься над моим красивым мальчиком?

— Прекрати так о нем говорить.

— Погладь его, — выпалила я прежде, чем подумала.

— Что?

— До пятницы еще сто лет. Давай, Алан…

— Аты?

Боже… он такой заботливый.

— Если ты продолжишь тему секса над умывальником… то и я… если хочешь…

У меня уже путались мысли и слова. А пальцы нырнули в промокшие трусики.

— Да, милая. Хочу. Очень хочу… — выдохнул Алан. — Ты ведь тоже уже хочешь?

— Да.

— А в комнате девочек «У Бена» есть зеркало?

— О боже… да!

— Ты понимаешь, что я разверну тебя так, что мы будем отражаться в зеркале?

— Ммм.

— Ты будешь видеть все, Кэсси. Как я расстегиваю пуговки на твоей рубашке, отодвигаю бюстгальтер, чтобы освободить твою красивую грудь. Потрогай ее, детка.

— Ох, Алан… — я послушно задрала майку и прикоснулась к соскам. Они были острыми и чертовски твердыми, хоть стекло режь.

— Закрой глаза, представь, что это я. Я делаю тебе также приятно, правда?

— Нет. Лучше. Мне больше нравится, когда ты… ох… — я запрокинула голову на спинку дивана, прижимая трубку плечом к уху. Можно было включить громкую связь, но я была не в силах оторваться от этого голоса даже на секунду.

— Ты делаешь меня таким счастливым, милая.

— Что там с зеркалом и туалетом?

— Такая нетерпеливая… — поддразнил он мягко.

Я распласталась на диване, стащив домашние шорты вместе с трусиками, приказала:

— Говори. Не останавливайся!

— Я глажу твою грудь одной рукой, а второй задираю юбку. Это та чертова юбка от твоего костюма, Кэсси! Она мне просто крышу сносит. Твоя задница в ней просто изумительна. Но лучше, когда ты вообще без одежды.

— Алан, я хочу этого. Хочу, чтобы ты трахнул меня у зеркала.

— И я. Я хочу смотреть в твои глаза, видеть тебя. Растрепанную и румяную.

Слушать твои стоны. Зажать тебе рот рукой, чтобы ты не кричала, когда я войду.

— Черт! — взвизгнула я, чувствуя, что скоро взорвусь.

Мои пальцы терли клитор со скоростью света. Еще немного, совсем чуть-чуть…

— Это будет быстро, Кэсси. Очень быстро! Тебе же нравится, когда сильно, да?

Чтобы ноги подкашивались. Чтобы ты выкрикивала мое имя в экстазе…

— Алан! — вскрикнула я, как он и говорил, ощущая горячее удовольствие, которое астеклось по всему телу: от кончиков пальцев на ногах до корней волос.

— Ты моя умница, — тихо похвалил меня Картер.

Я тяжело дышала в трубку. Алан мурлыкал мне в ухо, нахваливая мои невнятные звуки и свои ораторские таланты.

— Хей, теперь твоя очередь, сладкий, — опомнилась я, наконец.

— Ты будешь так любезна?