Домашний арест - страница 98

Мороженое. CSI. Запах Алана. Он уже почти не улавливается. Его белье успело пропитаться мной. Черт! Почему запах нельзя законсервировать? Зря я каждый день таскаю его шмотки. Беречь нужно. По праздникам надевать. Ох! Я такая дура.

На экране замелькали титры. Я откинула ведро с пломбиром и, скрючившись, зарыдала в коленки. Стоп. Нет. Хватит. Нужно что-то придумать. Записаться на фитнес или на танцы. Или на кулинарные курсы. Да хоть на вязание крючком.

Только бы не думать. Ага, Форман, а ничего, что ты на работе уматываешься до чертиков? По двенадцать часов без обеда. А что? Начальство в восторге. Ну еще бы… теоретически, я должна приходить домой и валиться спать. Нет. Мой кривой разум не желает выключаться без дозы вредной еды и душераздирающих мыслей. Возмездие. Чертово возмездие. Мое тело, мой мозг, мое сердце — все мстят мне. Мне одной.

Я встала с кровати, включила свет, подошла к зеркалу. Призрак. Фантом. Алло, куда вы дели Кэсси? Где она? — в Сэнди!

Что я делаю? Стена — кулак — удар. Что я здесь делаю? Окно — шум мегаполиса

— свежий воздух. Ненавижу! Постель — одеяло — накрыться подушкой. Опять реву.

Здесь все чужое. Все не так. В Сэнди теплее. И ветер у озера ароматнее океанского бриза. Еще бы! Он же смешивается с его запахом…

«Я не могу… не хочу… Люблю тебя… останься… со мной… Прошу тебя!»

Как я могла уехать? Как я до сих пор хожу, дышу, функционирую? Там же мое сердце. Там моя душа. Там моя суть. Моя любовь. Я оставила все, что делает меня живой, в этом маленьком городе. Стоп! Давно ли я полюбила Сэнди? — недавно. Давно ли я ненавижу ЛА? — месяц. Давно ли все повернулось с ног на голову? — год назад.

Мой ад стал раем. Моя жизнь — его глаза. Мое счастье — его улыбка. Мой смысл

— его желания.

Я вылезла из своего укрытия. Под подушкой не спрячешься от правды. Можно уехать хоть на северный полюс, но от себя убежать невозможно. Сколько еще я буду бегать? Всю жизнь? Зачем? Я так старалась встречать все плохое колючками перепуганного до смерти маленького ежика. Может быть, пора прекратить? Хватит обороняться, хватит нападать. Пора сдаться. Ведь я жажду плена. Я желаю вечно сидеть под арестом в его волшебной тюрьме.

Спотыкаясь, я помчалась в гостиную. Сумка. Вытряхнуть все! Телефон, чертов телефон. Где? Вот. Отлично. Позвонить!

Я сбросила вызов, понимая, что не знаю, о чем говорить. Просто послушать его голос. Он злится, наверное. Я бросила его. Я бы злилась.

Я сидела на полу с трубкой в руке, отчаянно ища подходящие слова.

Привет, как дела?..

А я паршиво. Я дура. Ты простишь меня когда-нибудь? Можно я вернусь? Мне негде жить — мой дом продан. Можно у тебя? Мне негде работать. Эмбер нашла кого-то?

Боже… Все не то…

Я вздрогнула, почувствовав в руке вибрацию. Телефонный звонок разорвал тишину.

— Алло, Хайди?

— Кэсси, привет, прости, что поздно. Но это срочно, — фоном громыхала музыка — веселится, блин. — Я встретила того парня из Marks&Spencer… как его? Ты говорила недавно, что не можешь его достать.

— Тим? Тим Робинс? — я аж затряслась. Этот засранец упорно игнорировал мои е-мейлы, звонки и сообщения. Мне нужен был контракт на поставки. Я тут же встрепенулась. Работа держала меня в тонусе.

— Да-да! Он. Я словила его в баре случайно. Он извинялся. Их офис переехал.

Короче, он хочет видеть тебя завтра. Говорит, что контракт готов, и он все подпишет. Ты сможешь подъехать?

— Черт, Хайди, конечно!

— Записывай адрес.

Я нацарапала в ежедневнике улицу и дом. Ежедневник… Подарок… Алан… Стоп!

Работа.

— Он говорит, чтобы ты не удивлялась, — там ремонт на первом этаже. По лестнице — на второй. Завтра в одиннадцать. Удачи, Кэсси.

— Ага, спасибо. Хайди, я твой должник.

— Без проблем.

Я заулыбалась. Стало легче. Люблю этот дурдом. Завтра. Подумаю завтра.

Может, этот контракт станет последним. Конечно, отработать месяц и слинять — редкое свинство. Я только вошла в дикий темп, только вникла во все нюансы. И кто сказал, что меня примут в Сэнди с радостью? Скорее наоборот.

Я заползла в кровать, закрыла глаза. А кто сказал, что будет легко? Было сложно уехать. Вернуться — еще труднее. Сломать все просто, а вот собрать обратно почти невозможно.

Но я попробую.

Я не смогу, как раньше.

Не могу без него.

Я верну его себе.

Я буду бороться за него.

Я докажу, что достойна.

Прости меня.

Пожалуйста…

Сон отключил сознание, избавив наконец от боли.

Проспала. Черт! Дерьмо! Заснула с телефоном под подушкой. Идиотка! Я металась по квартире, когда вернулась Кэт — вялая и сонная.

— Привет, а я только что…

— Да-да-да. рада за тебя, — оборвала я ее исповедь о приятно проведенной ночи.

— Я дико опаздываю, можно твой клатч возьму? Некогда рыться, а он подходит.

Кэт кивнула, выкладывая телефон и деньги. Я рванула к выпотрошенной вечером сумке, схватила ежедневник с адресом и кошелек. Некогда все остальное пихать. Выхватив сумку у Кэти из рук, я влезла в туфли и припустила вниз по лестнице. Хорошо, что мы живем на втором этаже.

Мне повезло с такси, и пробок было не так много. Телефон. Так и забыла мобильный в постели. Черт с ним. Уже в 11.02 я была на месте. Странное место, надо сказать. Здание определенно ремонтируется. Видимо, давно. Но меня же предупреждали. Я смело дернула дверь на себя. Запыленный пустой холл. А, вот и лестница. Я буквально взлетела вверх по ступенькам. Длинный темный коридор. Что за дерьмо? Это не офис Marks&Spencer. Совершенно заброшенное, пустое здание. Неужели перепутала? Я прошла немного вперед, споткнулась, ойкнула. В далекой темноте послышался звук открывающейся двери и шаги. Я решила дождаться и уточнить адрес. Из пыльного мрака ко мне приближался мужчина. Чем ближе он подходил, тем отчетливее я понимала, что это последний день моей жизни.