Игрушка для босса - страница 200
Вот зараза, любит она трубки бросать, чтобы я не успела оправдания придумать!
Еще два часа пролетают в состоянии сумбура на рабочем месте, спать хочется невыносимо, даже зевки контролировать не могу. Когда есть свободная минута, опускаю голову на руки и тут же отрубаюсь, но ненадолго, до очередного клиента.
— Анфис, не мучайся, беги домой, — милостиво предлагает напарница, поглаживая заснувшую меня по волосам, — я же вижу, что ты еле живая. Народа немного, я сама справлюсь, — вот люблю я Тамару Васильевну, прямо как маму родную, никогда безучастной не останется.
Чмокаю в знак благодарности женщину в щеку и лечу в подсобку за одеждой. Мне надо хотя бы часа четыре поспать, и тогда вечером я буду малосольным огурцом. Как добираюсь до дома, даже не помню, засыпаю на ходу при первой подходящей возможности.
Уже в квартире Маргоши ставлю будильник на девять вечера, чтобы у меня было время собраться и привести себя в порядок. И в одежде падаю на кровать. Засыпаю, похоже, прямо на лету.
Ага, разбудил меня будильник, куда там. После безбашенной ночи и трудового дня меня выстрелом из миномета над ухом не поднимешь, а тут песенка какая — то хиленькая. Просыпаюсь от того, что в квартиру ногами стучат и угрожают. Как ужаленная подскакиваю с постели и лечу открывать. Но спросонья никак не могу понять, почему к моей скромной персоне такое неадекватное внимание. Может пожар в доме?
За дверью оказывается хмельная Настя, и Полка с чемоданом и дорожной сумкой наперевес. Обе галдят, выясняя, почему я им полчаса дверь не отпирала и до сих пор не собрана. А я, обрадовавшись подругам, берусь обнимать Лолиту. Практически год ее не видела после того, как она вышла замуж за Борьку и родила Владика.
Пропускаю девчонок в квартиру и запираю дверь. Бельчонок, заметив гостей, забирается на шкаф и оттуда озадачено поглядывает вниз, видимо соображая, стоит ли идти знакомиться с гостями или пока лучше подождать, присмотреться к новым жертвам.
Полка посреди комнаты раскрывает свой чемодан и начинает там рыться, ища наряд для вечера. Настя отправляется на кухню, глотнуть чего — нибудь холодненького, а я несусь в ванную, чтобы привести себя в порядок, потому что такси, на котором девочки приехали, не отпустили, и теперь оно ждет нас у подъезда.
Смываю лицо, и это в прямом смысле, потому что я уснула с макияжем и так во сне растерла глаза, что сейчас похожа на кикимору болотную. Весело перекрикиваясь с подругами и бодро делясь новостями, крашусь. В крови адреналин гуляет, настроение отличное, чувствую себя бодро, несмотря на то, что поспала всего пару часов. Как же здорово снова видеть нашу боевую кучку в сборе, только Маргошки не хватает, но ей сейчас не до нас.
Надеваю яркие бирюзовые брюки, светлую кофточку, а сверху удлиненную голубую жилетку до колен. Попа у меня нескромных размеров, поэтому я стараюсь ее прикрывать, чтобы лишней раз не светить. Повертевшись перед зеркалом, довольно себе улыбаюсь. Хороша, и путь не худышка, зато вон как глаза огнем горят, бренный мир озаряют.
Не теряя времени, спускаемся с подругами вниз и устраиваемся в желтом такси. Пока едем в бар, где ждет нас вторая часть компании, весело щебечем о своем женском и громко смеемся, вспоминая прошлое.
Наша машина тормозит у модного столичного ночного клуба, в котором я ни разу не была, не по карману. Любопытненько, выглядываю в окно, предвкушая. На улице холодно, зима не хочет сдавать свои позиции и даже с неба летит мелкий противный снег, похожий на ледяной дождь. Недовольно морщу нос, не по душе мне непогода, я летом родилась, поэтому к солнышку тянусь.
Выбираемся из такхи и тут же, чтобы не промокнуть, ныряем в клуб, благо секьюрити на входе к нам не придираются, потому что Настя гордо демонстрирует им чью — то визитку.
Шквал громкой музыки, мерцающие огни и запах табака встречают нашу боевую компанию. Я с интересом осматриваюсь по сторонам, привыкая к обстановке. Если честно, я раньше думала, что в таких местах народа не много, все — таки закрытое элитное заведение для состоятельных людей, но нет, молодежи дофига, плюнуть некуда. Все танцуют, выпивают и ведут себя расслабленно, но адекватно.
Настя, привстав на носочки, кому — то активно машет, а я беру Полку под руку, она в таких заведениях чувствует себя неуверенно, но храбрится. Клуб напоминает демоническое логово: стены и предметы интерьера в красно — черных тонах; девушки на пьедесталах пляшут в алых плащах и чернух купальниках, а на голове рожки; парни за барной стойкой в бабочках на голый торс и с длинными хвостами. На втором этаже столики с диванами за кованными ветвистыми перегородками. В общем, прикольно.
— Ну наконец — то, — доносится голос Германа, который пробирается сквозь танцующую массу, — я уже думал, вы там спать легли, — обняв жену за талию, которая ему хитро улыбается, притягивает к себе. — Пошли наверх, там Роберт с Анжеликой и Глеб с Полиной. Сейчас накатим и танцевать, — завет за собой, а я тяну Полку за руку, потому что она, зависнув с раскрытым ртом, таращится на какого — то молоденького парня.
— Ай — йай — яй, Лолита, — нагибаюсь к уху подруги, чтобы подколоть, — Борька там, значит, сына нянчит, ночами не спит, а его благоверная тут на красивые попы мальчиков заглядывается. Не хорошо, — цокаю языком, а подруга ворчать начинает.
— Не дразни меня, — она хмуро сводит брови, — в коем — то веке я на волю выбралась, от кухни, глажки и стирки сбежала. Я же к ним не пристаю, а помечтать не вредно, вот, — фыркнув, отпускает руку и идет вперед, видимо слишком близко к сердцу мои слова приняла. А я усмехаюсь, вот что значит замужняя жизнь, оголодала девка совсем.
