Новая Ты - страница 1

Эта книга для тебя, мама.

Спасибо, что подарила мне жизнь.

Caroline Kepnes

HIDDEN BODIES


Copyright © 2016 by Alloy Entertainment and Caroline Kepnes

Cover design by Natalie C. Sousa


© Карпова К.А., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

1

Я покупаю Эми фиалки. Не розы. Розы дарит тот, кто чувствует себя виноватым. А за мной нет вины. Я – идеальный любовник. И выбор я сделал правильный: Эми Адам живет здесь и сейчас, а не в виртуальном мире.

– Фиалки – символ Род-Айленда, – говорю я парню, заворачивающему цветы. У него грязные руки, и он небрежно мнет лепестки. Мои лепестки. Чертов Нью-Йорк!

– Да ладно? – Он хмыкает. – Чего только не узнаешь…

Расплачиваюсь наличными и выхожу на улицу. Солнце печет совсем по-летнему, хотя еще только май. Вдыхаю аромат цветов. Род-Айленд… Я бывал там. Прошлой зимой довелось съездить в Литтл-Комптон. Тогда я был не в себе от любви к Джиневре Бек (упокой Господь ее душу) и от ревности к ее эмоционально нестабильной подруге Пич Сэлинджер (упокой Господь ее душу).

Мне сигналят. Приношу извинения. Сам виноват: задумался и вылез на мигающий сигнал светофора. А я не из тех придурков, что не способны признать свою ошибку.

Прошлогоднюю ошибку я тоже признаю. Прокручиваю ее снова и снова у себя в голове по сотне раз на дню: как спрятался в шкафу на втором этаже в загородном доме Сэлинджеров, как захотел в туалет и был вынужден отлить в кружку из-под кофе и как сбежал при первой же возможности, забыв ее опорожнить. С тех пор это не дает мне покоя.

Изменить прошлое нельзя, но из него можно сделать выводы. Теперь я стал гораздо внимательнее. Например, помню до мелочей, как Эми Кендалл Адам вернулась в книжный магазин – в мою жизнь. Вижу ее улыбку, непослушные светлые локоны и фальшивое резюме. Это было пять месяцев назад. Она заявила, что ищет работу, но ты и я, мы оба знаем, что она искала меня. Я нанял ее, и в первую же смену Эми явилась со списком редких букинистических книг, которые хотела бы увидеть. Еще она притащила контейнер с ягодами асаи и заявила, что если их есть, то можно жить вечно. Я возразил, что смерть приходит за всеми, и Эми рассмеялась. У нее милый задорный смех. А еще она принесла латексные перчатки. Я поднял одну с прилавка и спросил:

– Зачем это?

– Чтобы не повредить редкие книги.

– Послушай, от тебя требуется лишь расставлять новые поступления и сидеть за кассой.

– Ладно, поняла. А ты знаешь, что стоимость некоторых изданий «Алисы в Стране чудес» доходит до миллиона долларов?

Я рассмеялся:

– Не хочу тебя расстраивать, но у нас внизу нет «Алисы».

– Внизу? Значит, особые книги хранятся там?

Мне захотелось обнять ее за талию и затащить вниз, в клетку – в наше надежное укрытие. Запереть дверь, сорвать одежду и овладеть ею. Но я сдержался. Вручил ей анкету и ручку.

– Можем прошвырнуться с тобой по дворовым распродажам, – не унималась Эми. – Знаешь, иногда там попадаются настоящие сокровища.

Я улыбнулся:

– Хорошо, только если ты больше не будешь предлагать мне «прошвырнуться».

Эми улыбнулась. Она была твердо намерена развить бурную деятельность: ездить по распродажам имущества, следить за ликвидациями библиотечных фондов и копаться в коробках, оставленных на улицах, – вместе со мной. Потому что это лучший (и самый быстрый) способ сблизиться: вы спускаетесь вместе в покинутые, пропахшие плесенью комнаты и вместе вылетаете оттуда, чтобы глотнуть свежего воздуха, и хохочете, и соглашаетесь, что самое время выпить. Мы стали командой.

Какая-то старуха, ковыляющая с подпоркой по улице, кивает мне. Я улыбаюсь. Она показывает на цветы:

– Ты хороший мальчик.

Да, это так. Благодарю ее и иду дальше.

С Эми у нас все завертелось пару месяцев назад. Мы перебирали книги в кабинете только что преставившегося господина из Верхнего Ист-Сайда, и Эми потянула меня за лацкан темно-синего пиджака, который сама же мне и купила за пять баксов на гаражной распродаже. Она хотела, чтобы я выложил семь сотен за помятый том «Пасхального парада» с автографом автора.

– Эми, – шепнул я ей, – на Йейтса спроса нет и в обозримом будущем не предвидится.

– Я его обожаю, – простонала она. – Эта книга много для меня значит.

Ох уж эти женщины! Всегда идут на поводу у эмоций. Так денег не заработаешь, но и сказать «нет» Эми, глядя в ее огромные голубые глаза и ощущая запах ее длинных светлых волос, как из клипа «Ганз ‘н’ Роузез», было невозможно.

– Все, что хочешь, для тебя сделаю, – клянчила она.

Через час у меня в рюкзаке валялся никому не нужный «Пасхальный парад», а Эми отсасывала мне в туалете ближайшего «Старбакса», но это было ни капли не по́шло, а напротив, чертовски романтично, потому что мы сходили с ума друг по другу. Это был не вульгарный минет, нет-нет, друзья мои, а настоящая фелляция. Потом Эми поднялась, я сорвал с нее джинсы-«бойфренды»… и остолбенел. Нет, конечно, я знал, что она не любит бриться: не раз замечал щетину у нее на ногах и слышал ее разглагольствования про рациональное расходование водных ресурсов, – но к такому я был не готов. Она притянула меня к себе.

– Добро пожаловать в джунгли.

От одного воспоминания об этом я расплываюсь в улыбке. Я счастлив. Мы с Эми сексуальнее, чем Боб Дилан и Сьюз Ротоло на обложке его альбома «The Freewheelin’ Bob Dylan»; изобретательнее, чем Том Круз и Пенелопа Круз в «Ванильном небе». И у нас есть общее дело: мы скупаем все экземпляры «Случая Портного» Филипа Рота. Это наша любимая книга. Мы даже перечитывали ее вместе. Эми исчеркала весь свой экземпляр маркером, выделяя избранные отрывки. Я попросил ее быть аккуратнее и использовать что-нибудь менее яркое, а она заявила: