Сквозь туманы. Часть 1 - страница 50
– Так! Хватит! Нужно взять себя в руки! – прошептала себе в лицо. Тряхнула головой и хлопнула себя по щеке. – Вот! Так-то лучше. Я иду! – последнее крикнула сильнее, чтобы проводник услышал.
Ехали долго: около часа, может больше. Проехали тот поселок Северный, где были в последний раз.
Анна откинулась на спинку сидения и, закрыв глаза, слушала музыку в плеере. Говорить с Денисом после вчерашнего не хотелось, да и он не особо горел желанием. Молча вел машину.
Пока укладывали вещи, сказал ей всего несколько слов.
Тогда ему позвонили и Разумов, отойдя в сторону, довольно грубо отвечал в трубку. Несколько фраз долетели до Анны: «…хватит», «ты заигралась в пророчества», «лучше бы ты училась…» Савина догадалась, что он с сестрой разговаривает. Но почему так жестко? Не о тех ли пророчествах идет речь, которые наговорила ей Настя?
Савина сняла наушники и посмотрела на Дениса. Он мельком обратил внимание на ее движение и вновь уставился на дорогу. Они как раз проехали мост, а после поворота попали в длинный коридор леса.
Разумов нервно сжал руль, обернувшись на толстое корявое дерево у дороги. Прикусил губу.
– Ты из-за Насти волнуешься? – попробовала начать разговор Анна. Пальцы на руле подпрыгнули и снова сжались добела. Наверное, выбрала не самую удачную тему.
– Это не твое дело, – проскрипел Денис.
Анна смолчала, прищурилась и посмотрела в лесную чащу.
– Она обо мне что-то говорила, когда звонила тебе? – решила не отступать, терять ей все равно нечего. Пусть Денис злится, сколько влезет.
– Не все крутится вокруг тебя! Я не собираюсь давать интервью и обсуждать с тобой своих родных, – он бросил ей гневный взгляд, но Анне на секунду показалось, что он наполнен горечью. «Тобой» он особенно подчеркнул, словно Анна какая-то гадость, о которую не хочется марать руки.
– Кажется, ты просто убегаешь от правды.
– А ты, конечно же, все знаешь?! – не смягчая тона, фыркнул Денис.
– Нет, но…
– Давай без лишних разговоров доберемся до озера и вернемся назад?
– Это ты сейчас намекаешь, чтобы я молчала и после похода поскорее убралась из твоей жизни?
Он отвернулся в окно, на массивной шее дернулась жилка.
– Я не намекаю, – выдавил слова сквозь зубы. Казалось, что нехотя, но бил по сердцу похлеще кнута.
– Ты понимаешь, что это смотрится нелепо? – заметила Савина.
Разумов обернулся, брови сошлись на переносице. Зеленые глаза налиты темной печалью и злостью. Анне даже показалось, что его челюсть заскрипела.
Решила договорить мысль:
– Я могу молчать, если тебе станет от этого легче. Но я запуталась и мне страшно. Ты все время рычишь, и я не могу понять почему. Что я сделала не так? То ты чрезмерно печешься обо мне, то отталкиваешь, то нежно целуешь, а потом разговариваешь со мной, как с врагом. Я не знаю, почему слова Насти, как ты говорил «детский лепет», имеют для тебя такое значение. Что я должна думать? Ведь это мне она сказала, что я принесу горе в вашу семью. Как это понимать? Мы с тобой едва знакомы. Нас ничего не связывает. Ну, кроме договора. И не я настояла, чтобы ты шел со мной к озеру – ты сам вызвался. И зачем я согласилась? Что мне мешало просто отказаться от ваших услуг и нанять другого проводника?!
– Что ж не отказалась? – рыкнул Денис. – Я и сам не рад, что связался с тобой. А теперь уже поздно говорить об этом.
Жалеет он?
Анна кивнула. Хотела еще что-то сказать, но сдержалась и лишь порывисто выдохнула. Отвернулась в окно и снова стала слушать музыку. Включила погромче, чтобы хоть ненадолго обо всем забыть. Как все сложно! Почему с ним так сложно?!
Свернув с трассы, они ехали еще с полчаса. Среди деревьев вдали стали просматриваться горы, поближе – одиноко стоящие домики.
«Крайний» – было написано на придорожной табличке.
Джип подкатил к широкому двору с цветущими клумбами. На заборе всей кроной лежала густая вишня.
У ворот их встретил пожилой мужчина с седой аккуратно стриженной бородкой. Он распахнул створки и пропустил автомобиль во двор.
Разумов припарковался и вышел на улицу. Анна решила не ждать приглашения и тоже последовала за ним.
– Здравствуй, Денис, – мужчины пожали друг другу руки, обнялись и похлопали по плечам. – Рад тебя видеть. Ты изменился, возмужал, – мужчина слегка отодвинул проводника от себя и осмотрел его.
– Спасибо, дядя Саша. Я у вас машину оставлю на денек?
– Да, конечно, оставляй на сколько нужно. А что это ты в наших краях? Тебя тут обычно не встретишь.
– Вот, в поход идем, – Денис махнул в сторону Анны.
В глазах седовласого мелькнула тревога.
– В наши гиблые края-то? Рискуете, – он покачал с досадой головой. – Может чаю на дорожку?
– Спасибо, мы пойдем, нам нужно засветло добраться до места, – сказал Денис, вытягивая рюкзаки из багажника.
Один передал Анне, второй, побольше, надел сам.
Разумов сегодня был одет спортивно: брюки с лампасами, кроссовки и обтягивающая футболка светло-голубого цвета. Он вернулся в машину со стороны пассажира и достал что-то из бардачка. Наконец, подошел к Анне и протянул ей бейсболку.
Савина подняла бровь.
– Хочешь солнечный удар? – брякнул проводник и на секунду задержал взгляд на ее лице. Показалось, что он слегка вскинул от удивления брови, скорее всего, заметил, что на месте пластыря нет и следа. Это действительно странно и необъяснимо. Но сейчас некогда разбираться с быстрой регенерацией кожи.
Анна хмыкнула и покорно натянула головной убор. Проверила, на месте ли камера, и тоже надела рюкзак. Довольно увесистый, но мягкие ручки спасали плечи от тяжести. Савина закрепила застежку спереди, отдернула футболку. Мысли спутывались, сердце громыхало в груди, как ненормальное. Она сможет. Она выдержит этот поход. Должна.
