Приключения Василисы. Или как царевна-лягушка за с - страница 109
- Твоему мужу вряд ли понравится, что ты так целуешься с другим мужчиной.
Мгновение тишины. И звук оплеухи гулким эхом отразился от стен склепа. С потолка на головы посыпался песок и прочий мелкий мусор. Пауки? О чем вы говорите? Где вы их тут видели? Взор застлала ярость. Горло сдавило от подкативших рыданий.
- Какая же, ты скотина.
- Еще нет, но я стараюсь.
Она задохнулась от возмущения и хотела послать к лешему, но тут он шагнул к лестнице и дернул за железный рычаг, который она не заметила. Понимая, что это значит, она бросилась вверх по лестнице, но не успела. Со скрежетом давно не работавшего механизма, постамент со статуей бога встал на место, погрузив их во тьму.
Она села на ступени и разрыдалась, понимая, пока кто-нибудь не откроет люк снаружи они отсюда не выйдут.
- Зачем ты это сделал? Здесь же будут искать в первую очередь.
- Естественно. - Славий перебирая руками по стене, осторожно поднялся и, нашарив ее в темноте, помог спуститься, пока она не свернула себе шею. - Я знаю что делаю, верь мне Василиса. Ты главное, ничего не бойся.
Он убрал одну руку, второй, удерживая ее за плечи, чтобы она не потерялась. Поискал на поясе, что-то доставая. Зубами открыл пробку и ее губ коснулось холодное стеклянное горлышко пробирки.
- Пей.
- Что это? - Лисса отворачивала лицо. Воевода настойчиво пытался влить ей в рот вязкую жидкость.
- Пей и сама увидишь.
- Не буду. - Понимая, что ведет себя глупо, Лисса продолжала упрямиться из чистой вредности.
Славию это надоело. Ухватив ее опять за косу, дернул назад, запрокидывая голову и силой влил несколько капель остро пахнущего травами зелья и сам выпил остальное.
- И что теперь? - Лисса облизнула губы. Не так уж и противно. Сладко, терпко, вот только почему голова так кружится, и сердце бьется, словно в нее впрыснули слоновью дозу адреналина. Ноги подкосились. Славий удержал. Аккуратно уложил на пол и поцеловал в лоб. Как покойницу, честное слово.
- Ты меня еще в гроб положи. И спой заупокойную. - Прошептала она, еле ворочая языком и чувствуя, как ледяной холод и онемение разливаются по всему телу.
Славий тихо рассмеялся и опять поцеловал. На этот раз в губы.
- Спи, рассвет будет долгим.
Онемение достигло своего предела. Тело налилось свинцовой тяжестью. Только сердце от охватившего панического страха колотилось как ненормальное. Но и оно постепенно успокоилось. Пару раз тихо стукнуло и остановилось.
Очнулась она в объятиях мертвеца. Славий со всем признаками умертвия, без дыхания, без единого стука сердца, остывший и окаменевший, словно умер три дня назад, стискивал ее в объятиях. От страха она чуть не скончалась обратно, теперь уже на самом деле.
Но ему мало было напугать ее до заикания, подобным пробуждением. Как апофеоз всего происходящего, между ними, словно истосковавшись по ласке, мешая видеть ей паршивца, засунувшего ее таки в саркофаг, сдвинув челюсть на бок и вытаращив пустые глазницы, лежал труп жреца. И тоже обнимал ее своими костлявыми руками.
Вообще-то она скелетов не боялась. Она даже как-то трогала их в музее. Ну и что с того, что это были кости доисторического мамонта? Это не суть важно. Но вот мумии! Да еще с облезлыми волосами на обтянутом пергаментной кожей черепе!
От ее визга крышка саркофага подпрыгнула на месте и, рухнув на каменное основание, раскололась надвое, впустив внутрь клубы столетней пыли, воздух, свет и тени от разожженного поблизости костра, и удивленный возглас.
- Мамука, мертвяк восстал!
Последовавший за ним глухой удар повалившегося в беспамятстве тела. И кашляющий смех более стойкого к потрясениям дядьки.
- Брысь! Ты чего? Это ее милость очнулась.
- Помогите! Выньте меня отсюда! - Завопила она и принялась отдирать от себя костлявые руки мумии, выламывая их из суставов. Врезала нечаянно Славию в глаз. Так ему и надо. Если синяк останется, будет знать, как шутить над ней такие шутки.
- А ну замри ваша милость, чтобы ненароком не зашиб. - Посоветовали ей снаружи. Лисса тут же прекратила брыкаться, замерла неподвижно, зачем-то продолжая прижимать к груди отломанную руку мумии. Осознала, отшвырнула и заехала Славию в другой глаз.
- Только вы быстрей, пожалуйста, а то очень страшно.
- Оно и слышно. - Дядька хохотнул, схватился ручищами за обломок крышки, поднатужился и сдвинул настолько, чтобы она могла пролезть в образовавшуюся щель.
Лисса заморгала, щурясь от яркого света. От попавшей в нос пыли чихнула пару раз и вымучила из себя бледное подобие улыбки.
- А у вас не найдется что-нибудь покушать?
- Вот это я понимаю дракон. Вернуться с того света и сразу опустошать кастрюли. Пошли. Знал, что аппетит будет нешуточный, наварил каши три ведра. - Дядька ей подмигнул и кивнул на Славия. - Тоже скоро очнется и жрать захочет.
Лисса села в саркофаге, стараясь как можно меньше соприкасаться с мумией, покосилась на воеводу и умоляюще глянула на мужчину.
- Давайте и его вытащим?
- А что ему там сделается? Лежит себе и лежит. Какая разница, он же все равно ничего не чувствует.
Поняв, что помощи не будет, она кое-как выбралась из саркофага и была вынуждена облокотиться о край, чтобы устоять на ногах. Такое простое действие и отобрало у нее все силы. Кажется, с вытаскиванием Славия придется подождать.
- Иди сюда, к костру. - Дядька поманил ее на запах еды. - Тебе надо больше двигаться.
Пошатываясь, на не твердо стоящих ногах, Лисса дошла до костра, разожженного посреди склепа, и рухнула на подстилку. Ей тут же сунули в руки чарку, полную горячего напитка.
