Сердце дьявола - страница 88
— А ты помнишь, как в позапрошлом году пошел слушок, что кто-то тебя «заказал»? Помнишь?
— Ну и что? — проворчал Миша. — Это же совсем другое дело.
— Ты прав, это совсем другое дело, — прошипел вдруг охранник, меняясь в лице. — Ты помнишь, как звонил мне среди ночи, умолял привезти побольше людей и рыдал, когда я сказал тебе, что троих парней вполне достаточно? Помнишь, как ты собрал вокруг себя роту здоровенных «быков» с пушками и все равно боялся из дома даже нос высунуть? Помнишь? — С каждым сказанным словом голос телохранителя набирал силу, становился все громче и злее. — А помнишь, как ты орал, если кто-то обращался к тебе с вопросом? Как ты жрал водку литрами, сидя на этой самой кухне, чтобы заглушить страх, и вопил, что лично «завалишь» этого парня, если он хотя бы на километр подойдет к твоей квартире, а потом обмочился в штаны, когда один из моих ребят слишком сильно хлопнул дверью? Ты это помнишь?
— Меня «заказали» профи, — тоже повысил голос Миша и старательно захлюпал носом. — А тут какой-то мозгляк…
— Не было никакого «профи»! Никто тебя не «заказывал»! Это ты тоже помнишь, надеюсь! А «мозгляк», охотящийся за твоей подругой, уже отрезал головы троим женщинам, убил квартирную хозяйку и ее кавалера. А сегодня ночью он перерезал горло здоровому бугаю в «777» и едва не добрался до Марины! Если бы ты видел, в каком она была состоянии, когда я привез ее домой, то не посмел бы ее и пальцем тронуть! Мишка помолчал, утирая кровь, пробормотал угрюмо:
— Я же не знал. Телохранитель прошелся по комнате, присел в могучее кресло, посмотрел на стоящего у дверей Мишу:
— Тебе хоть известно, куда она могла пойти?
— Понятия не имею. Просто хлопнула дверью, и все.
— Подруги какие-нибудь у нее есть? Знакомые, у которых она может переночевать?
— У нее сегодня рабочий день. То есть ночь. Она две через две работает.
— Это я знаю. — Телохранитель выглядел хмурым, как грозовая туча. — Только боюсь, что «Боря» доберется до нее раньше, чем она — до работы.
— Вас послушать, так этот Боря прямо гений злодейства. Откуда ему знать, куда она пошла? Даже я этого не знаю.
— Поверь, «Боря» знает о ней гораздо больше нас. И куда она пошла, ему тоже известно, уверяю тебя.
— Ты-то откуда знаешь, что ему известно?
— Чувствую. Я всегда чувствую.
* * *
Боря, прямо в куртке и кроссовках, плюхнулся на скрипучий ветхий диванчик, с наслаждением вытянул руки вдоль тела. Он слышал, как ходит по квартире Володя. Слоняется от нечего делать из кухни в комнату и обратно. Вот подошел к дивану, остановился, посмотрел на лежащего Борю. Нервно поинтересовался:
— Ты уверен, что она придет?
— Уверен, — ответил Боря равнодушно.
— Ты попадешься, — вдруг сказал Володя, развернулся и снова пошел в кухню. — Там слишком много народу.
— Не каркай. Вчера не попался и сегодня не попадусь. Ты ведь все хорошо продумал. Или нет? Боря даже головы не поднял, просто чуть заметно повысил голос, придал ему угрожающие интонации. Володя вернулся, снова подошел к дивану.
— Я-то хорошо все продумал. А вот ты подведешь нас под монастырь. Что ты все время лезешь на рожон? Зачем ты убил этого охранника вчера?
— Он мне мешал.
— Теперь там постоянно будет крутиться милиция.
— Ну и что?
— Ты сорвешь нам весь план. В конце концов, это не только твое дело, но и мое. Эта шлюха мешает мне не меньше, чем тебе.
— Тебе, — брезгливо протянул Боря. — Ты — никто. Урод. Если бы не я, до сих пор бы сопли по роже размазывал. Ты ничего не можешь. Сколько там времени? Володя послушно метнулся в кухню, посмотрел на часы-ходики, так же трусцой вернулся обратно.
— Десять минут девятого. Тебе не пора?
— Успею. Боря еще немного полежал с закрытыми глазами. Ему действительно было пора, но он не спешил, чтобы этот мозгляк, Володя, понял, кто тут старший. Временами он становился слишком уж самостоятельным. Борю это раздражало. Посчитав, что в достаточной степени проявил твердость характера, Боря открыл глаза и сел. Володя стоял рядом и выжидательно смотрел на него.
— Где моя сумка?
— Вот, — Володя указал на лежащую у дивана сумку.
— Червяк, — раздраженно сказал Боря. — Ты — червяк, Вовчик. Первый раз он назвал своего сожителя по имени. Володя вздрогнул и посмотрел на него, пытаясь понять, что скрывается за этим обращением. Боря равнодушно зевнул, наклонился, подхватил сумку, похлопал по карманам, пробормотал:
— Куда я ключи задевал? А, вот они. Достал связку — на тонкий кожаный ремешок были нанизаны ключи самого разного профиля и размера. Небольшой английский — от первой квартиры, которую снимала эта шлюха, четыре внушительных, сейфовых, — три от квартиры педика Миши и один от этой, среднего размера — от машины… Боря встал, потянулся, привычно забросил сумку на плечо и вдруг подмигнул Володе.
— Сколько осталось? Всего-то навсего четыре. Четыре поганые сучки. Было бы о чем говорить. Какие-то ср…е три дня, и все. — Володя улыбнулся, Боря улыбнулся тоже. Впрочем, улыбка тут же сползла с его губ. — Я пошел, — сказал он. — Через сорок пять минут эта шлюха будет у банка. А ты никуда не выходи. Будь здесь.
— Хорошо, — пробормотал Володя.
* * *
Наум Яковлевич Чигаев, психиатр, дожидался Волина в дежурной части. Саша и Лева стояли по другую сторону окошка и разговаривали негромко, обсуждая вчерашний обыск в квартире Баева. Судя по всему, к единому мнению относительно наиболее вероятной кандидатуры убийцы они так и не пришли. Лева настаивал на версии «сотрудник „777“», Саша же утверждал, что наиболее вероятный кандидат — Баев. Чигаев с серьезным видом слушал доводы обеих сторон, вникая в ситуацию. Волин вошел в фойе, впустив волну холодного воздуха. Лева, Саша и Чигаев дружно повернули головы.
