Том 4. Драматические произведения - страница 81
Что отца родное имяТы украл, как вор трусливый,
Что не твой я сын, злодей.
Болеслав
Сын мой!
Яромир
Нет, молчи, молчи!
Повторяй слова убийства,
Не священные слова!
Я не сын твой! Я не сын твой!
За такую весть — спасибо!
Ненавидел я тебя,
Чуть добро и зло узнал я,
Чуть узнал я имя бога;
Оттого смертельным взором,
Как убийственным кинжалом,
Грудь ребенка ты пронзал;
Оттого, рукой кровавой
Щеки полные лаская,
Бледный страх ты насылал,
Нежно ты ко мне склонялся,
Над убитыми смеялся,
Смехом рот кривился злой:
«Будь мужчиной, будь со мной!»
Я ж глупец, глупец слепой,
В глубине души не слышал
Потаенных голосов,
В кротким сердцем я боролся,
Изнемог в борьбе бесплодной,
Изливал любовь свою
На кровавые седины
Палача души невинной!
Негодяй, верни назад,
Что рожденье мне сулило,
Сердца радостный покой,
Счастье жизни, сердцу милой,
Дух невинности младой!
Болеслав
Боже! Выслушай меня!
Яромир
Кто ты, где отец мой милый?
Отведи меня к нему!
Пусть он будет земледелом,
Утучнившим землю предков
Потом хмурого чела, —
Этой жизни многотрудной
Дай отдаться вместе с ним,
Бороздить пласты земли
Неподатливой и скудной,
И слезами орошать
В землю брошенные зерна,
И с надеждой робкой ждать
Зеленей на пашне черной.
Пусть он будет бедняком,
Будем с ним в душе влачиться,
В жалкой хижине ютиться,
В нищете и страхе жить,
Хлеб и рубище делить!
Под лучом звезды осенней
Будет ложем мне земля,
Стану я душой блаженней
И богаче короля,
Очи сном угомоня.
Отведи к нему меня!
Болеслав
Хорошо, иди за мной!
Он — не бедный земледелец,
И не знает нищеты,
Нет, он сильный властелин,
Здесь, в стране, его все знают,
Всем князьям родным считают,
Перед ним трепещет мир,
Он — отец твой, Яромир.
Так воспрянь же духом, сын,
Не обижен ты судьбою,
Здесь ты — полный господин,
Стань уверенной стопою,
Гордый граф фон Боротин!
Яромир (испуганно вздрагивая)
А!..
Болеслав
Твой первый детский лепет
Раздавался в залах замка,
Здесь узрел ты свет дневной,
Здесь, хозяина целуя,
Сам не ведая, не чуя,
Жался ты к груди родной…
Яромир (вскрикивая)
Нет!
Болеслав
Поверь, сказал я правду!
Мы пойдем с тобой к нему.
Голос строгого закона
Для разбойника ужасен,
Для родного сына он
Будет, может быть, смягчон.
Поспешим, пока не поздно,
Тяжко раненный лежит он,
С ложа встанет ли, не знаю,
Нынче ночью он упорно
В переходах мрачных замка
По следам гнался за нами,
И кинжалом поражон.
Яромир
Страшный чорт! Злорадный чорт!
Ты разишь единым словом!
Нет оружия при мне,
Но взамен его природа
Ярость лютую гиены
Зубы, когти мне дала,
Чтоб терзать тебя больнее,
Чтоб послать ехидну в ад!
Эти руки посильнее,
Чем слова твои и взгляд!
(Наступает на него.)
Болеслав
Он сошел с ума! На помощь!
(Убегает.)
Яромир
Это правда? Это правда,
Что сказал мне негодяй?
То, о чем лишь помысл бледный,
Лишь предчувствие одно
Возбуждает дрожь и трепет,
Останавливает кровь?
Неужели правда? — Да!
Да! Сомнений больше нет!
Да — взывает бедный разум,
Да — взывает мрак души,
Образ страшный и зловещий,
Проносясь перед глазами,
Головой окровавленной
Мне кивает: да, да, да!
Стон печальный, похоронный,
Прозвучавший в страшный час
Из груди его сраженной,
Слух наполнил навсегда…
Замер он, шепнув мне: «да!»
Он отец мой, он отец!
Сын ему я, сын ему!
Кто сказал такое слово?
Это слово и убийца
В тайниках души дрожащей
От себя скрывает в страхе.
Кто сказал? Отцеубийца!
Сын — убийца! Сын — убийца!
(Закрывает лицо руками.)
Все, что мир святого знает,
Что прекрасным называет,
Недоступным и святым,
Не сравнится с ним одним.
С милых уст бальзам струится,
Тот, на ком его рука,
Лютой бури не боится,
Видя свет от маяка;
Но безбожник исступленный,
Кто заносит на отца
Свой кинжал рукой презренной, —
Проклят, проклят — до конца!
Слышу, слышу в исступленьи
Голос вечного Суда:
Всем преступникам прощенье,
Мне — убийце — никогда!
Разрывай свои оковы,
Яд порока, проступай,
Ад, ворота отворяй,
Отмыкаются засовы,
Выходите, своры ада:
Ложь в веревках и сетях
С языком своим лукавым,
Зависть с пропастью в очах,
Смерть с ножом своим кровавым,
Лживой клятвы тонкий яд!
Дикий пес богохуленья
Злобно скалит волчьи зубы
На того, кто ласков с ним!
Выходите все на свет,
Вам преграды больше нет!
За блужданье, за скитанье