Слово Императора (СИ) - страница 84
— Утешает, что с этим вопросом он пошёл к Мунару, а не к окружающим лизоблюдам, — хмыкнул я. — Не всё с ним потеряно.
— Мур лентяй, может — трус, но всё-таки не форменный идиот, — пожал плечами Иммур. — Ну, а остальных подробностей я, извини, не знаю. Не до того было, на меня все посольства разом насели, — поморщился он. — Они-то тоже слухи собирают, и теперь соседи поспешно обдумывают, не пора ли подсуетиться, раз ты погиб. Так что я очень просил Муна поспешить с интригами, потому что своих-то ты быстро к когтю прижмёшь, а вот если тыбарцы оперативно захватят пару серебряных рудников на границе, это будет уже очень шумный и нервный скандал, который придётся долго расхлёбывать. А эти могут, ты не хуже меня знаешь: по части отхватить под шумок маленький, но лакомый кусочек они специалисты. Понятно, виноваты будут они, и извиняться придётся в итоге им, но я буду пару месяцев разговаривать разговоры, а потом ещё столько же — согласовывать компенсацию.
— Не рычи, — усмехнулся я. — Всё равно быстрее не получилось бы, а если бы всё происходило открыто — неизвестно, что могло случиться.
Если чифали были прирождёнными лгунами, то жители третьего и последнего соседа Руша, Тыбарского Конгломерата, уважали в собеседнике три умения: вести торг, вести беседу и держать лицо. А ещё они обладали пугающей склонностью к приданию церемониального значения любым мелочам вплоть до похода в сортир. В итоге с ними, конечно, можно было договориться о чём угодно, но это чудовищно затягивалось.
В общем, можно было считать благословением Первопредка, что место министра иностранных дел у меня занимал Иммур. Он, наверное, был единственным знакомым мне оборотнем, который мог с каменным лицом три с половиной часа обсуждать прошедшую зиму. Лично я начинал звереть эдак через час, и это был вполне достойный результат, достигнутый годами практики: большинство выходили из себя минут через десять. Так что Таан-вера соседи очень уважали. И это было бы здорово, если бы их уважение не выражалось в окружении общения ещё более сложными церемониями.
Да о чём можно говорить, если у них одновременно существовало пять совершенно разных языков общения для разных случаев!
— Кхм, — вдруг тихо и как-то смущённо кашлянул Иммур, кивнув в сторону Александры. — Может, мы для дальнейшего разговора переберёмся ко мне?
Глянув на собственную жену, я не удержался от ироничной усмешки: подобрав ноги, привалившись плечом и головой к стене, она спала. Причём, кажется, весьма крепко. Согласно хмыкнув и кивком велев Таан-веру выйти, я аккуратно уложил женщину в кровать. Та что-то сонно пробормотала, когда я осторожно снимал с неё одежду, но так и не проснулась.
Иммур ждал меня снаружи возле двери. Когда я вышел, но замешкался на пороге, раздумывая, можно ли оставлять Александру одну, друг без труда понял мои затруднения.
— Не волнуйся, моя каюта — вот она, напротив, других пассажиров кроме тени в этом отсеке нет, вход закрыт артефактом, артефакт настроен на меня. Ну, и на тебя, разумеется.
Я скрепя сердце согласился и шагнул следом за ним в соседнюю комнату — зеркальное отображение предыдущей. В конце концов, всюду водить жену с собой за ручку — откровенная паранойя, а в случае чего я совсем рядом.
— Что ты с ней делал, что она так умаялась? — насмешливо уточнил Мур, но под моим недовольным взглядом осёкся и опустил глаза. — Извини, я…
— Давай мы оставим тему усталости моей жены и продолжим прерванный разговор, — поморщившись, предложил я и присел на один из стульев. — Ты в курсе истории с отравлением в Таре?
— В общих чертах, — пожал плечами Таан-вер. — Был какой-то традиционный праздник, и в общий котёл с супом попала ядовитая рыбина. Извини, я не помню, как эта тварь точно называется. А вот яд у неё, кстати, очень известный, «ласковая смерть», — сообщил он. Я кивнул; название действительно было знакомым. Сразу стало понятно, почему никто не поднял панику: яд вызывал глубокий сон, переходящий в кому и смерть. Любимое оружие трусливых самоубийц — быстро, безболезненно и наверняка. Только раньше я не знал, что этот яд получают из рыбы. Между тем Иммур продолжил. — Тварь эта довольно редкая и похожая на вполне приличного сородича, поэтому рыбак не распознал опасность, да и чистившие рыбу женщины — тоже. Ребята Муна даже сумели в общей куче отбросов найти нужные потроха, и по-моему за одно это их уже стоит премировать. Единственный странный факт, что супчик этот съели все, включая твою охрану; их командир всегда казался мне очень осторожным типом.
— Традиция, — поморщившись, пояснил я. — Нельзя отказываться, мореплавателя целый год будут преследовать несчастья; а воздухоплаватели от них по суеверию недалеко ушли. Учитывая, что капитан дирижабля и мой начальник охраны были старинными друзьями, это может объяснить участие в пиршестве бойцов. Неужели, правда — случайность? — с сомнением проговорил я.
— Ну, это уж вы с Мунаром разбирайтесь, — отмахнулся Таан-вер. — На мой взгляд для спланированного покушения слишком ненадёжно, а оба предыдущих раза он действовал наверняка. К тому же, оба раза целью было скорее дискредитировать тебя в глазах сторонников мира, а тут — массовое убийство с кучей посторонних жертв. Не вяжется с предыдущим почерком. То есть, либо правда случайное совпадение, либо ты не угодил кому-то ещё. И если первый умён, изобретателен и осторожен, то второй — безжалостен и безразличен, хотя и не менее осторожен. Но повторюсь, это обсуждай с Муном, он всем этим занимается, а не я. Ты мне, коль уж соизволил выжить и найтись, лучше вот что скажи…
