Шасса - страница 61

Снова короткий приступ удушья, затем прояснение сознания.

— Сай! Саишша, быстро приходи в себя! Мне не нужен твой хладный трупик на руках, я с ним в храм не пойду! — голос Сима доносился как сквозь вату. Я медленно открыла глаза и узрела уже одетого Сима, который держал меня на руках и тряс за плечи.

— Да в порядке я, в порядке, — я рывком села, вспомнив о том, что этот наглый паладин уже забрался в мое сердце настолько, что даже огонь его теперь не жжет! Вот что значит — в огне не горит, и в воде не тонет. Осталось только медные браслеты пройти и будет у меня личная бронированная спина, за которой очень удобно спрятаться.

Вопросы, вопросы… И еще надо разобраться с текущими проблемами, как то: кто такой Норд, как выжить и устроиться в Темной Империи, устроить паладинов, перейти Гиблые болота… И найти там мой браслет. Я почти с ненавистью посмотрела на кольцо. Так это оно показало мне видения?.. Интере-есно шассы поют…

— Сим, что ты знаешь о божественной игре? Ребята, если кто что знает — выкладывайте сейчас.

— Я знаю, — подал голос Норд. Он мгновенно понял, что сейчас не время для глупых вопросов, — Когда богам становится скучно, они избирают смертных и играют их судьбой. Такая «забава» может продолжаться много лет или даже веков, когда действия избранника приводят к глобальным последствиям. Очень часто бывает, что избранный умирает, и тогда боги выбирают новую игрушку. Обычно из ближайшего окружения предыдущего избранника. Демиурги-создатели нашего мира приглядывают за ними, чтобы они не выходили за «рамки приличий». При этом они и сами не гнушаются «сыграть». Нередко боги заключали союзы с предприимчивыми игрушками. Еще боги затевали игру ради исполнения договоров, которые задолжали им смертные.

— А перехитрить богов можно?

— Были прецеденты. Правда, редко. Очень, очень редко рождались существа, которые были способны играть с богами на равных.

— Ты во что вляпалась, Сай? С богами не поладила? — эх, Сим, я пока помолчу. Однако так приятно, что о тебе кто-то заботится.

— С богами у меня, слава им же, все в порядке, — я хмыкнула, — А вот с тобой нет. В вкратце, ты теперь можешь не бояться моего пламени. Уж не знаю почему, но оно теперь тебя жечь отказывается. Так что надо будет тебе заговорить одежду, а то будешь после каждого воспламенения голышом бегать, — я немного слукавила, но, по моему глубокому убеждению, знать о моих чувствах Симу пока рано.

— Если наедине с тобой, то я не против! — ухмыльнулся тот.

— Пошляк!

— Сама такая!

— Я-то тут причем?! — опешила я.

— Так ведь после того, как ты мне одежду сожгла, у меня штанов не осталось! Любой фаербол в твоем исполнении может стать фатальным для моей гордости!

— А, ну если для гордости — то ничего, — не осталась в долгу я. Найт, Норд и Люц с упоением следили за нашей пикировкой.

— Мальчики! Вы почему молчите и не защищаете меня от наглых приставаний?

— Я не наглый! А если тебе неприятно, могла бы сказать! — ой, я, кажется, его обидела. Смотря в его мрачнеющее лицо, я попыталась смягчить свои слова:

— Да я пошутила! Мне приятно! Я, может, вообще… А, пропади оно все пропадом! — тут я прикусила себе язык и сделала то, что мне так хотелось. А именно: обвила руками шею паладина и поцеловала его куда-то чуть ниже носа. Нетрудно догадаться, куда я попала.

Сим сначала опешил, будто боялся, что я его сразу же оттолкну, а потом уверенно начал помогать, и даже совсем взял ситуацию под свой контроль. А я плавилась в его объятиях, растворялась в глазах и совсем не обращала внимание на то, что происходит вокруг. Мысли постепенно улетучивались, глаза автоматически закрылись. Воздуха стало не хватать, но я сориентировалась и приоткрыла жабры. Спустя еще двадцать секунд поняла, что у Сима они тоже есть, иначе бы этот самый лучший в моей жизни поцелуй не длился бы так долго.

Кровь в венах вскипела, пламя вырвалось из-под кожи, охватило и меня, и моего Сима. А поцелуй становился еще чувственней, сердца стучали как бешеные… В эту минуту мне показалось, что нет никого, кроме меня и Сима. И весь мир — только для нас. Кажется… я окончательно… влю… билась…

— Эй, я понимаю, что любовь, но об одежде вы подумали?! — неохотно отрываюсь от губ паладина и ищу нарушившего наш покой взглядом, который прямо намекает на реки… нет, на моря крови. Сим же прижимает меня еще крепче и, кажется, абсолютно счастлив, впрочем, как и я. А я, глупая, еще не верила рассказам старших девочек о том, что они чувствовали… А впрочем, какая разница? Это мой поцелуй, мое счастье, и мой самый любимый паладин.

— О какой одежде? — интересуется Сим. Злость улеглась, оставив после себя умиротворение.

— О твоей, целовальщик ты наш! — сердится Найт, — Вы горели во время своих поцелуев! Одежда почти вся в лохмотья превратилась! Где теперь замену брать?!

Сим усмехается и, не обращая на Найта внимания, шепчет мне на ухо:

— Кажется, я догадался, почему меня твой огонь не берет.

Мысленно ругаюсь. Почему-то мне совсем не хочется, чтобы Сим знал о моих чувствах к нему. Тут замечаю, что одежда Сима превратилась в обгорелые обрывки, а моя — наоборот, целехонька. Неожиданно мне стало весело-весело, потому что я вспомнила ту самую реплику Сима о гибели его гордости.

— Норд, глянь на карте — есть тут какая-нибудь деревня? Одежда благополучно улетела в конец хвоста.

— Я так и знал, что этим все закончится! Сейчас посмотрю… Есть. Но далеко. На окраине леса, но мы в него не очень глубоко ушли. Деньги дай!

— Сколько?