Хранитель Девяти Солнц - страница 89
— Достаточно странный выбор. Грязное место, погрясшее в пороке и лжи. Я не знаю, чем я так прогневал богов, когда родился правителем этого места.
— Бремя власти нести нелегко.
— Его нести невыносимо. Энтоэн, я всегда мечтал познакомиться с вами лично, хотя заочно я был знаком и с вами, и с вашими братьями. Я сожалею о их утрате, но верно сами боги расчищали вам дорогу к престолу.
— К которому я никогда не стремился.
— Знаю-знаю. Не будем об этом. А понравился ли вам мой дворец?
— О, да, вполне… Он очень… Красив…
— И главное его украшение — умирающий старик.
Солону очень хотелось найти для него слова утешения, но он не мог их найти в нужный момент. Да и суровый взгляд Рейхеля не давал ему покоя. Лицо его было очень безобразно, но еще более пугали глаза — почти мертвые глазницы, но такие выразительные, что утонуть в них мог любой.
— Хадвиг предупреждал меня о том, что в эти дни случится может всё, что угодно. И я охотно верю в это.
Солон не стал спрашивать, кто такой Хадвиг, да и не особо это было ему интересно. Наверное какой-нибудь слуга или друг.
— Любой день непредсказуем, — произнёс Солон.
— Я согласен с вами.
Солон так и не понял, зачем старик оставил его на этот разговор, ведь ничего путного он ему и не сообшил. Единственное, что Солон понял, что город Акра погряз в грязи и пороки. Не очень оптимистичное сообщение.
Спустя несколько минут времени пришлось разойтись. Появились слуги, которые стали убирать стол, а чуть позже и Хигель, который призвал Рейхеля в постель, где его должен был ждать лекарь.
— Пусть этот лекарь горит во всех адских огнях, — провочал Рейхель.
— Он поможет вам, дядюшка. Стоит только потерпеть.
И он окинул Солона многозначительным взглядом, словно напоминая ему о чем-то. Принцу ничего не оставалось, как поскорее скрыться с его глаз долой.
Ему нравилось блуждать по королевскому замку, пока никто его не видел, но вряд ли этот трюк прокатил бы и здесь. Не ровен час был и заблудиться, место ведь было более чем незнакомым.
Солон поднялся на этаж выше по винтовой лестнице, после чего завернул направо, в сторону длинного коридора. Там уже не было никаких огней и света, но Солон знал, что он должен быть именно здесь. По крайней мере так ему описали дорогу до его покоев.
Неожиданно что-то толкнуло Солона сзади, после чего резко ударило в бок и опрокинуло на пол. Никаких приведений и разбойников он здесь не ожидал увидеть, поэтому мгновенно вскочил, чтобы разобраться, в чем делать, но чьи-то крепкие руки схватили его за грудки и приставили к каменной стене.
— Меня зовут Хаффнер, — проговорил грубый голос. — Хаффнер Ларгбур.
В лунном свете Солон разглядел его полное наглостей лицо.
— А вот кто ты такой? Или что ты такое?
— О чем ты вообще говоришь? — напрягся Солон, но Хаффнер не собирался отпускать его.
— Не делай из меня дурака! Делай из кого угодно, но не из меня, чертов мерзавец!
Солон был уверен, что сейчас Хаффнер его ударит, но тот почему-то удержался.
— Ты имеешь дело со мной…
— С тобой? С кем же с тобой? Я ещё раз спрашиваю, кто ты такой!
— Я принц Аглун Хед, черт возьми!
— А вот на этот пора остановиться. Как ты оказался на месте принца, мерзкий бродяга? Что ты сделал с Умалишённым?
— Не смей называть меня так, — Солон не мог понять, откуда в нем столько смелости, но отлично понимал, что он в ловушке. Долго так продолжаться не могло.
— Это я решаю, как тебя называть! Я — Хаффнер Ларгбур, а ты безродный бродяга, смеешь скрывать от меня что-то?
— Это ты не смеешь нападать на принца. У меня больше власти, я могу обезглавить тебя…
Солон наконец-то получил заслуженную пощечину.
— Не советовал бы тебе пытаться. Я смогу убедить народ Карнарии в твоем обмане.
— В каком еще обмане?
— Сейчас я сломаю тебе что-нибудь. Думаешь, тебе удалось провести меня? Думаешь, я ничего не понял? Нацепил наряд пропавшего принца, взял его лошадь, кстати единственное, что было у него стоящего, а теперь прикидываешься им.
— А твое то какое дело?
— Такое, что у меня больше шансов обезглавить тебя…
— Он сделал это сам, — Солон понял, что дальше сопротивляться бесполезно. Хаффнер немного ослабил хватку. — Я встретил его в Эрегриттских горах несколькими неделями ранее. Он долго мне рассказывал что-то о том, что вся наша жизнь, а мы в ней актеры, а наш господь бродячий бард… После чего он предложил мне обменяться ролями…
— Красивая сказка. Сказка про то, как ты убил морально сломленного Энтоэна, после чего решил украсть его жизнь…
— Но это правда…
— Да мне плевать! — голос Хаффнера стал уже слишком громким для секретного разговора. — Мне плевать на то, что случилось там в горах, да и в горах ли это было вообще. Мне плевать на бедолагу принца Энтоэна, это существо не напоминало принца даже одеждой.
— Отпусти меня, — Солон попытался вырваться.
— И не надейся. Я не намерен выслушивать твою исповедь до конца, мне даже не нужно того, чтобы ты сознавался. Мне и так всё понятно. В королевском дворце тупицы все, кроме Эсгрибура и я до сих пор не могу понять, как он не догадался о подмене.
— Эсгрибур — человек чести.
— И именно это заставит его отправить тебя на виселицу как изменника. Я же не обременен такими моральными устоями. Гибель последнего наследника не приведет ни к чему хорошему.
— Вы намерены сохранить мне жизнь?
— Да. И даже беспокоиться о её сохранности. Стране нужен принц, нужен будущий король, и неважно — Эйгердер ли вернется или очередная марионетка сядет на трон. Трон должен быть занят чьей то задницей, и самое главное — чтобы эта задница занимала его по праву рождения. Если не останется законных наследников, появятся много претендентов на это место, многие из которых не побоятся даже узурпировать власть. Это может привести к войне, а война к голоду и разрухе.
