Рики Макарони и Старая Гвардия - страница 108

— Я не пойду в Хогсмид, — заявил он.

— Только этого не хватало! – возмутился Ральф.

Рики тоже вознамерился разубедить гриффиндорца. Он рассчитывал, что в Хогсмиде тот немного развеется, а намерение страдать в гордом одиночестве не пойдет на пользу при его взрывном характере. Но, похоже, чувства Рики и других слишком явно отразились на их лицах; Артур немедленно направился к двери.

— Пойду позанимаюсь… Нет, все нормально. Здесь, в самом деле, слишком много народу, — заявил он, прежде чем покинуть компанию.

После его ухода повисла неловкая пауза. И в последнее время, с тех пор как поклонники Доры впутали его в это дело, Рики считал своей обязанностью прекращать подобные инциденты.

— Значит, нам нужно собраться в холле послезавтра, — нарочито бодрым тоном произнес он. – И лучше выйти пораньше, пока останутся места в «Трех метлах».

По едва заметным признакам он понял, что напряжение отпустило. Застывшие в своих позах друзья как будто оттаяли, начали переглядываться, хотя только что избегали смотреть в глаза друг другу.

— Марго, я еще не пригласил тебя… — заговорил Лео.

Но грифифндорская староста неожиданно помотала головой.

— Извини, но я не могу, — сказала она с очевидным сожалением. – Дело в том, что мои родители не подписали мне разрешение на этот год. Они считают, это слишком опасно – выходить из школы.

Лео мужественно принял удар.

— Жаль, — произнес он, и Рики в очередной раз оценил его тактичность. Непостижимым образом Лео выбрал как раз такой тон, чтобы не усугубить расстройство девушки, но и не слишком пренебрежительный.

— Если в этот раз ничего ни с кем не случится, я постараюсь убедить их, — добавила Марго.

— Значит, ты свободен? – хищно оскалилась София.

— А ты… Извини, то есть, тебя можно пригласить? – Лео вопрошающе поглядел на гриффиндорскую старосту.

— Я рада, что у тебя будет замечательная компания, — улыбнулась Марго.

София одарила ее снисходительным взглядом, из которого следовало понять, что Марго не должна быть так уверена в ее потенциальной безопасности.

— И ты мне расскажешь о заклинании Щита? – спросила она требовательно, обращаясь к Лео.

— Да, если тебя это интересует, — ответил он.

— Дик, а ты хочешь пойти со мной? – осведомилась Джорджина.

— С огромным удовольствием, — ответил равенкловец.

— Удивительно, как это еще никто не пригласил таких милых девушек, — не сдержавшись, Рики тоже решил присоединиться к обмену любезностями.

— Нас приглашали, но мы отказывались, — деловито сообщила Джорджина.

На ужине Артур появился поздно.

— Перестань беспокоиться о нем, — посоветовал Лео.

Рики медленно проводил взглядом запоздавшую сову, которая как раз снижала высоту.

— Но это же ненормально – так страдать, — сказал он в свое оправдание.

— Ты ему ничем не поможешь, — резонно возразил Лео.

«Хотел бы я быть таким же черствым», — подумал Рики и с неодобрением покосился на лучшего друга.

За соседним столом «Равенкло» между тем поднялся такой шум, что даже Генри оторвался от своей тарелки, полюбоваться, что же там происходит.

— Какая миленькая! Дай посмотреть, — визжали девчонки.

— Не знал, что ты такая скрытная, — удивлялся Виктор Чайнсби.

— Прекратите! Это уже не смешно, в самом деле! – выговаривала подружкам пунцовая Мелани. – Не могу же я принимать подарки неизвестно от кого!

«Точно неизвестно, от кого», — в душе согласился Рики, считая, что ухаживать за правой рукой Виктора может только тот, кто находится от нее на приличном расстоянии и не имеет возможности, как следует, ознакомиться с ее ангельским нравом.

Между тем Дора и Тиффани повернулись друг к другу с выражением величайшей заинтересованности.

— Ничего себе! – возбужденно зашептала Тиффани, так что по всему слизеринскому столу задребезжали графины. – Какой придурок дарит такие дорогие подарки? Это же неприлично!

— Настоящий придурок, — не усомнилась Дора. – Кому еще она может понравиться!

— Вы, тихо, — фыркнул на них Эйвери. – Вы ничуть не лучше нее, если не можете найти более достойной темы для разговора.

— Вообще‑то она, помнится, из магглов, и вряд ли понимает, сколько это стоит, — обратилась к девочкам Ариадна, отвлекая на себя их внимание от Френка. Рики оценил ее благие намерения – иначе ссоры было не миновать.

Он не выдержал и все же вытянул шею, пытаясь высмотреть, что же такое вызвало ажиотаж.

— Считаешь, ей надо сказать? – задумалась Тиффани.

В руке Каролины между тем красовался браслет. Вещь показалась Рики очень красивой. Стоить он мог сколько угодно — Рики знал, что голубые камни с такого расстояния могут оказаться с равной вероятностью и драгоценностью, и стеклом. Но не было сомнения в том, что вещь выбиралась специально для Мелани, и не только по цвету камней, подходящих для старосты «Равенкло». МакКинли, держащая браслет так, чтоб другим одноклассницам было видно, прокомментировала, что он подходит Хатингтон точно по руке; Рики на вскидку с ней согласился.

— Надо сказать ей, пусть не надевает, — решила Дора. – А вдруг он проклят?

Но Мелани не собиралась надевать, хотя настаивала, чтобы браслет, наконец, отдали ей. Еще не закончился обед, как она отправилась к учительскому столу, где, невзирая на протесты подружек, передала подарок завучу. При этом она достаточно громко возмутилась, так что все, кто хотел, ее услышали.

— Зачем, он же тебе понравился! – разочарованно вздыхали одноклассницы.

Мелани хмурилась и периодически гавкала на них. Даже за ужином.