Рики Макарони и Старая Гвардия - страница 177

— Тебе послание, – сурово произнес ближайший друг, поняв, что его действия достигли цели.

— Ну и что? Подождет, — проворчал Рики. – И в воскресенье нет покоя…

— Я не виноват, что ты так популярен, – ответил Лео угрожающе.

Рики неохотно сел на кровати.

— Вот, полюбуйся, — предложил друг, указывая на одеяло, которое сползло с него.

Умом Рики понял, отчего друг так взволнован. К его одеялу, похоже, на уровне груди, красной печатью была прикреплена записка: «Вот теперь берегись, итальянское отродье!».

Но его это почему‑то не напугало, а оскорбило.

— Вот найду того, кто это сделал!… – зашипел он.

— Тише! – потребовал побледневший Лео. – И не говори здесь на серпентарго!

— Который час? – спросил Рики, немного успокоившись.

— Почти десять. Ты пропустил завтрак, – порадовал друг.

— Ну и плевать, — сердито заявил Рики, прекрасно зная, что через час будет второй.

— Никто в спальне этого не видел, и не надо поднимать панику, – рассудительно заметил Лео.

— А кто это написал, по–твоему?! – интуиция Рики без малейшего колебания указывала на одного такого соседа по спальне…

Но Лео в недоумении покачал головой.

— Ни у кого из наших нет такого почерка, – уверенно заявил он. – Я же иногда помогал учителям проверять контрольные и знаю. Вот, погляди. Такие вытянутые пляшущие буквы. У того, кто это писал, тряслись руки! Но я разбудил тебя не поэтому. Прочитать можно и потом.

— А что тогда?! – вскинулся Рики.

— В гостиной ждет Мирра Жанн. У нее неприятные новости. Одевайся.

Кузина Эйвери, которого Рики обвинил бы в первую очередь, скромно сидела в самом дальнем углу, сложив руки на коленях. Явно расстроенная, девочка, казалось, занимает меньше места, чем обычно.

— Что случилось? – участливо спросил Рики, усаживаясь напротив.

— Моему папе стало хуже, — ответила она. – И я вчера была дома.

— А, — растерялся Рики. Он не ожидал такого разговора и почувствовал себя виноватым, словно допускает редкую бесчувственность и бестактность. Он вопрошающе повернулся к другу, желая знать, почему тот не предупредил его, и какой смысл ему узнавать о семейных делах Мирры.

— Думаю, с твоим отцом все будет в порядке, — уверенно произнес Лео. – Повтори, пожалуйста, то, с чем ты сегодня утром пришла ко мне?

— Я перемещалась домой накануне ужина, — сказала Мирра. – В гостиной как раз никого не было, а ведь профессор Снейп настаивает, чтобы меня никто не видел. Он проводил меня и наказал, чтобы я возвращалась аккуратно и не стряхивала пепел на ковер перед камином.

Мирра умолкла, глядя виновато, почти затравленно.

— Очень хорошо. Дальше, — попросил Лео.

Он отлично умел разговаривать с детьми – покровительственно, но не менторски, и в то же время без сюсюканий. Должно быть, у него имелся прирожденный талант разговаривать с людьми, какой положен сыщикам, или это свойство прирожденного старосты, подумал Рики.

— Я пробыла дома около трех часов, — приободрившись, продолжила Мирра. – Подождала, пока пройдет время отбоя, и еще час, как мы договорились с профессором. Он обещал, что перед этим зайдет и отправит всех из гостиной.

— Так вот почему… — понимающе кивнул Рики.

— А когда я вернулась, на полу бы не просто пепел! – воскликнула девочка, готовая заплакать. – Ковер тлел! Я, конечно, загасила огонь, но вы посмотрите, что с ковром! Что скажет профессор?!

— Он ничего не скажет, если ты объяснишь ему все, как нам. Нет, пожалуй, я сделаю это сам, — решил Лео, видя, что пересказывать по третьему разу для нервов второклашки будет слишком. – Спасибо.

Лео встал, и Рики подался следом. Но, казалось, определенного направления, куда двигаться, не было. Друг заговорил, меряя гостиную прогулочным шагом:

— Надо немедленно сообщить обо всем профессору Снейпу.

Рики эта мысль показалась не столь блестящей, как он ожидал.

— Я предпочел бы не фигурировать в этой истории с Миррой, — сказал он. – И вообще, если мне угрожают, я сам разберусь. Не хочется связываться с гриффиндорской мафией…

Друг обернулся к нему; Рики отчетливо заметил, что услышанное разгневало его.

— Ситуация более чем серьезна! – отчеканил слизеринский староста. – Ты понимаешь, что ночью здесь разгуливал посторонний! Он мог не припечатать к тебе записку, а раскроить череп.

Рики как‑то не подумал об этом. Мелькнула протестующая мысль, что до сих пор он как‑то умудрялся не погибать. Но нарисованная Лео перспектива, в самом деле, не способствовала успокоению.

— Ничуть не лучше, если этот «кто‑то» живет в общежитии, — продолжал Лео.

— Так ты не исключаешь такую возможность? – спросил Рики.

— На самом деле, вряд ли, — решил признаться друг. – Хотя, кто‑нибудь вполне мог связаться с Упивающимися смертью.

Рики не сдержался и покачал головой. Его мысли не заходили так далеко. Глупая шутка, с которой началось его утро, на глазах принимала масштабы всемагического бедствия.

— Но это, наверное, можно установить, если проверить у всех палочки, — продолжал рассуждать вслух Лео. – Хотя, тогда начнется паника, можно спугнуть, и вообще лишняя огласка…

— А ты думаешь, Мирра не проговорится своим подружкам? – заметил Рики.

— Пожалуй, это предстоит решить Снейпу, — сразу собрался слизеринский староста. И, пусть Рики этого совсем не хотелось, он вызвался сегодня же сопровождать друга в кабинет профессора Снейпа.

Но он настоял, что это вовсе не горит. Тем более, после завтрака компания решила полетать. Погода стояла прекрасная, как вчера.

После первой гонки Рики пришлось признать, что рассуждения Дика при покупке метлы были правильны. «Лебедь» прекрасно маневрировал, но уступал в скорости.