Рики Макарони и Старая Гвардия - страница 259

— Со мной что‑то не так? – вежливо уточнил Лео, когда посчитал, что выждал достаточно.

— Нет. Прости… Это вообще не имеет отношения к тебе, – пояснил, справляясь с собой, Рики. – Только не думай, что у меня истерика. Есть причина.

— Можешь рассказать мне, вместе посмеемся, – сказал Лео, но добавил, что, к сожалению, теперь его не так легко рассмешить, как раньше – иностранными словами.

— Нет. Это скорее серьезно, – сказал Рики. – Я только что сделал то, чего никогда не сделал бы Том Реддл. Понимаешь, он… боялся директора. А я его не боюсь!

— Я всегда знал, что ты – не он, – ровно произнес Лео, присаживаясь напротив.

— Я знаю, – кивнул Рики. – Но я убедился, не все так считают. Мне просто невыносимо думать, что ты и ребята подвергались опасности рядом со мной все эти годы.

— Мы об этом уже поговорили, – сказал Лео. – Между прочим, ни у кого не возникло желание бежать от тебя сломя голову.

— Даже у Эдгара? – вяло осведомился Рики.

— Как тебе не стыдно! Он уникальный зануда, конечно, но не трус и не предатель, – обиделся Лео. – Мы все обдумали и решили, что поможем тебе преодолеть это страшенное потрясение.

— Может, вы уже и план составили, каким образом будете меня морально поддерживать? – Рики старался не показать, насколько растрогало его это деловитое и мало оптимистичное заявление. – Наша команда ждет снаружи? – впрочем, в этом не сомневался.

— Нет. С какой стати там торчать и тратить время? – Лео пожал плечами. – Ладно, я даже не знаю, чем тебя подбодрить в такой ситуации. Мне велели спросить, хочешь ли ты видеть Снейпа.

— Интересно! – фыркнул Рики. – С каких это пор наш завуч спрашивает разрешения? Ну что же, можешь ему передать, что пока не хочу.

— Ясно, – не стал спорить Лео.

Рики это не понравилось. Он предпочел бы, на самом деле, чтоб его призвали к порядку. От того, что этого не происходило, он начинал чувствовать себя по–настоящему, едва ли не безнадежно больным – из тех, кому нельзя возражать.

— Значит, ты все время знал, – ровно произнес он, и собственный голос показался ему безжизненным, хотя внутри бушевали несопоставимые чувства. Он и злился, и чувствовал себя виноватым, и тревожился, и восхищался силой воли своего лучшего друга – всего не выскажешь.

Лео ответил не сразу.

— Для меня это ничего не меняло. Ты оставался моим лучшим другом.

— Теперь я знаю, в чем моя особенность. Я – что‑то вроде следующей жизни, – сказал Рики.

— Это усложнит твою жизнь, – констатировал Лео. – Но мою – вряд ли.

— Очень по–дружески, – пробормотал Рики.

Он услышал тяжелый вздох – такие обычно предшествуют нотациям или «доверительным беседам», и, вернув подушку за спину, откинулся на нее и опустил веки. Временами ему казалось, что он слишком устал, чтобы выслушивать какие бы то ни было замечания в свой адрес.

— Я понимаю, что нет смысла ни в чем тебя упрекать, – подтвердил его ожидания Лео, – но тебе не следовало уходить с вечеринки Миртл! Когда сэр Драко сказал Артуру, что ты куда‑то отправился… Клянусь, Уизли, по словам Дика, сделался совсем как его бабушка, заговорил о каких‑то дурных предчувствиях, даже побелел. Но все, конечно, было очень странно, я тоже забеспокоился. А потом Миртл добавила, что тебя пригласил один из портретов. Он еще околачивался там и сказал, где ты. А наша призрачная барышня тут потребовала, чтобы мы привели тебя обратно. И мы пошли в штаб.

— Должно быть, лучше бы пошел Поттер, – пробормотал Рики.

— Едва ли. Видишь ли, мы оказались в ловушке. Зайти можно, а обратно – никак. Там уже застряли Филипс с Чайнсби, и они так разнервничались! Кроме всего прочего, они видели, как ты исчез с Эйвери. И требовали объяснения с нас, что у нас здесь такое творится.

Лео осекся.

— Я знаю, что теперь они оба тоже посвящены в мою тайну, – сказал Рики.

В этом вопросе Лео, как ни странно, не проявил ни малейшего беспокойства.

— Ну и что? Вряд ли они станут дразнить тебя в коридорах, – рассудил он. – Чайнсби лучше Филипса понял, что это не шутки. Кроме того, нас всех заставят подписать документ о неразглашении.

— Так утешает! – Рики заставил себя открыть глаза. – Скажи мне, Лео ты подозревал Френка?

— Должен был, – резко произнес Лео. – Но, Мерлин, я представить не мог, чтоб он и Хатингтон… Кстати, Пит рассказал нам о том, откуда у Мелани взялся второй снитч в прошлом году. Ты не представляешь, что происходит?

— А разве Пит не тут? – удивился Рики.

Лео помотал головой.

— Его и пожилую ведьму – ты называешь ее миссис Дуглас? – оставят в замке до окончания следствия. Мы с ребятами хотим показать ему замок. Мистер Поттер дал нам такое поручение, но мы и сами считаем так. Между прочим, Пит попытался подлизаться к кошке Филча. Ничего не вышло, конечно. Он был потрясен, насколько своеобразная кошка! Артур возразил, что, по его мнению, просто вредная, но твой брат специально разыскал Филча и засвидетельствовал ему свое почтение. Тот дара речи лишился – правда, ненадолго.

— А что именно Пит ему сказал? – поинтересовался Рики.

— Что ему редко доводилось наблюдать такой результат. Филч, должно быть, мастер высокой категории. Но наш завхоз комплименты не уважает, и ответил на это, что в возрасте Пита лучше поменьше мусорить и побольше помалкивать. Но твоего брата это не смутило, наверное, ты предупредил. Вообще, ему здесь нравится. Питеру очень интересно колдовство, а профессор Флитвик был так любезен…

— Профессор Флитвик всегда очень любезен, – сказал Рики, напоминая себе таким образом, что ничего в мире не изменилось.

Неожиданно всплывшая мысль вызвала улыбку, которую он не сумел сдержать.