Паладинские байки - страница 155
– Черт, неудобно как… Джулио, следующий знак ты чертить будешь.
Джулио только вздохнул.
Они отметили на плане лужайку крестиком и двинулись дальше.
На второй похожей лужайке знак чертил Джулио. Получалось у него это хуже, чем у Карло. Он пыхтел, сопел и ковылял, но знак все-таки нарисовал. Выйдя из круга, он со страдальческим лицом сунул руку под мундир и принялся поправлять штаны:
– Больно…
Карло укоризненно сказал:
– А надо было поверх, а не под. А ты уперся – «надо как положено». Ну вот и отдувайся.
Джулио только сморщился, рукой махнул и заковылял в сторону центральной лужайки, видневшейся в просвет между стенами. Доковылял до середины и вдруг замер, рассматривая композицию из статуй. Анхель благоразумно туда не пошел – ведь именно там сид его и поймал.
Карло подошел к приятелю:
– Что такое?
Тот поковылял по кругу, задерживаясь у каждой статуи. Сказал, остановившись у статуи тилвит-тега в короне из цветов:
– Смотри. Их восемь.
– И что? – не понял Карло.
Анхель, удивленный странным поведением кадета, подошел ближе, но на лужайку выходить не стал. А Джулио наклонился, рассматривая замшелый небольшой валун, лежащий у подножия статуи:
– Ну как что. Восемь статуй. И вот под каждой еще валун лежит с руной, – он содрал мох с валуна и полностью обнажил выбитый на нем символ. – Очень старый валун.
Карло все еще с недоумением пялился на всё это. А Джулио перешел к соседней статуе феи-агуане и поскреб похожий валун у ее подножия.
– А ну-ка, Карло, а давай обдерем мох со всех этих камней, – неожиданно очень серьезным тоном сказал Джулио. Анхель счел нужным подать голос:
– Объяснять порчу лабиринта сами потом будете.
Кадет, обычно боящийся любого начальства, только рукой махнул, и принялся обдирать третий валун. Карло, больше не задавая вопросов, занялся соседним камнем.
Анхель вдруг почуял спиной холодок. Полузабытое ощущение фейской магии. Похоже, Завеса здесь пришла в движение. Он перепугался, вынул меч из ножен, воткнул в песок дорожки, опустился на колени и принялся молиться.
Кадеты наконец ободрали последний камень, и Джулио торжествующе сказал:
– Я так и думал!!! Смотри, Карло. Восемь статуй – это восемь месяцев фейского календаря. Вот: Гэави, от Новолетия до Пробуждения, потом Дэфро, от Пробуждения до Весеннего Равноденствия, потом Гвенвин, от Равноденствия до Дня Цветов, а дальше и остальные…
Он пошел по кругу, показывая на статуи:
– Блодье, Гласвель, Мантэйсио, Фритье и Кэсги. Ну вот они-то стоят по порядку. А рунические камни – нет! Они должны создавать Колесо Времени, Олуин Амсер, а вместо этого получается Гиат Агоред, открытые врата. Вот сид и явился через эти врата!!!
Карло смотрел на приятеля, раскрыв рот от удивления. Моргнул:
– Ты в этом разбираешься?!
Тот пожал плечами:
– А что такого?
– Ну-у, – протянул Карло, по-прежнему удивленный. – Нас ведь такому еще не учили.
Джулио нагнулся, поднатужился и поднял камень:
– Некогда болтать. По-моему, сид близко. Давай камни таскать. Надо их на место поставить, запустить Олуин Амсер, тогда ворота закроются. Бери вон тот, под Дэфро, и волоки туда, к Фритье. А оттуда – сюда.
И он сам поволок камень через лужайку к другой статуе. Карло схватил указанный камень и, кряхтя, потащил его к нужному месту.
Анхель всё это время только и делал, что молился, надеясь, что сид все-таки первым делом заинтересуется не им, а новенькими жертвами.
Надежда оказалась напрасной.
Сильная и нежная рука легла на его плечо, мягкие губы коснулись уха и прошептали:
– Ты вернулся… Я рад! Не стоит тревожить Сияющую, лучше позволь мне подарить тебе наслаждение снова!
Анхель прижался лбом к крестовине меча и усерднее забормотал молитву. Сид не отстал: гладил его по голове, шее и плечам, избегая, однако, касаться акантов на мундире, и шептал в ухо, подробно расписывая, как именно он хочет подарить ему наслаждение. Анхель с ужасом почувствовал, что его штаны становятся тесными, а мышцы слабеют, и желание начинает охватывать его.
Словно сквозь вату, до него донеслись голоса кадетов:
– Ой, вот черт, сид явился!!! – это вскрикнул Карло.
– Сеньор Анхель, умоляю, отвлеките его еще чуть-чуть!!! Нам еще два камня перетащить надо!!! – а это пропыхтел Джулио.
От этих воплей немного прояснилось в голове. Сид продолжал его лапать и шептать на ухо соблазнительные пошлости, почему-то напрочь игнорируя кадетов, но Анхель теперь по крайней мере замечал что-то еще.
И, видимо, усиленная молитва и попытки преодолевать соблазн (пока успешные) немного восстановили Анхелевы мистические умения. По крайней мере он начал видеть движения сил и наконец понял, что именно делают кадеты. Лужайка с восемью статуями была местом, где Завеса не просто истончилась, а вообще раздвинулась, и даже странно, что этими вратами только один-единственный сид-соблазнитель воспользовался. Хотя, конечно, могли и еще какие-то повыползать, просто не стали задерживаться в лабиринте… Сейчас на лужайке линии сил уже почти сложились в Колесо Времени, которое вполне может утянуть сида назад в мир фейри, если только, конечно, Джулио додумается поменять местами рунические камни так, чтобы поворот Колеса пошел в обратном направлении. И еще надо, чтобы сид оказался там, на лужайке, когда будет замкнут последний рунический камень.
Карло как раз установил один из двух оставшихся камней у статуи Дэфро, а Джулио потащил второй к статуе Кэсги. Анхель только собрался крикнуть ему, чтоб не смел ставить камень туда, как Джулио и сам сообразил, поволок его к Дэфро, крича Карло:
