Паладинские байки - страница 161
– Того и пошел, – Оливио доел ананас. – Здесь жратва лучше и компания несравнимо приятнее.
Он встал из-за стола и, вымыв руки в рукомойнике у стены, первым покинул трапезную. За ним потянулись остальные, и только кадеты задержались – ведь им предстояло собрать посуду и отнести на кухню, а Карло и Джулио еще и пол в трапезной помыть – в наказание за то, что утром проспали на построение.
После обеда младшие паладины и кадеты должны были построиться в большом зале паладинского крыла, где наставники уже решали, кому чем заниматься до самой вечерней молитвы, да и после нее. Так что через пятнадцать минут все как один стояли длинной шеренгой навытяжку, внимая речи капитана, который расписывал, как важно следовать уставу. Речь была традиционно короткая, и все ее уже наизусть выучить успели. Когда капитан ее закончил и ушел, наставники принялись раздавать задания. Всех кадетов забрал на свое занятие мэтр Джироламо – им предстояло отрабатывать умения распознавать и сбивать заклинания. Часть младших паладинов получили направления на задания в городе – ведь придворные паладины в столице одновременно были и городскими, а горожане что ни день, то жаловались в канцелярию корпуса на фейские проделки, полтергейсты, колдокрыс и всякую незаконную магию, заваливая паладинскую канцелярию заявлениями. Часть оправилась на караулы в разных местах, Робертино был отпущен в университет, на практикум по анатомии, а Оливио – в город по поручениям от старших паладинов. Так что до первого ужина все были заняты по самое горло.
Первый ужин был таким же постным, как и оба завтрака с обедом. Густая похлебка из кореньев, гречневой крупы и шпината, заправленная обжаренным на оливковом масле луком, вареная картошка с тушеными в оливковом же масле овощами (морковь, сельдерей, свекла и спаржевая фасоль), компот и орехово-овсяное печенье на десерт. Изголодавшиеся по мясу паладины с тоской набивали желудки, в уме отсчитывая оставшееся до конца поста время. После ужина опять разошлись по караулам и занятиям – кому что назначили наставники, а те, кому повезло в этот день быть свободными от караулов, занятий и не заработать наказания, пошли в увольнительную в город. А кадетов опять забрал мэтр Джироламо.
А сами наставники отправились в свою старшепаладинскую гостиную – у них как раз появилось немного свободного времени, чтоб воспользоваться своими привилегиями, выпить по чашке кофе или чая, выдымить по дымной палочке и вообще отдохнуть.
Но не тут-то было. В гостиной их ожидали сам король и донья Сперанса Фурбакьоне, министр иностранных дел. Король устроился в кресле у камина, а донья Сперанса – за письменным столом.
– О, какая неожиданность, ваше величество, госпожа министр! – первым справился с удивлением Джудо Манзони и поклонился. Остальные последовали его примеру. Король махнул рукой:
– Садитесь, сеньоры. Как вы понимаете, если я пришел сюда – дело важное и... хм, секретное. Капитан знает, и он полностью полагается на вас.
– Гм, это лестно, – пробормотал под нос Кавалли. – Значит, дело крайне неприятное.
Донья Сперанса услышала его бормотание и сказала:
– Вы совершенно правы, сеньор Кавалли. Именно что крайне неприятное… и настолько же деликатное.
Король оглядел всех придворных старших паладинов, рассевшихся по гостиной (здесь не было только капитана и мэтра Джироламо, сейчас занятого с кадетами), сплел пальцы в «домик» и уперся на них подбородком. Он всех их знал очень хорошо – и ценил. А раз он пришел сюда по какому-то вопросу – значит, дело такое, что довериться король может только паладинам, присягнувшим ему на верность на крови. И старшие паладины это понимали.
– Не будем ходить вокруг да около, – начал король. – Нам нужны верные люди, способные справиться с непростым заданием – и справиться быстро, по возможности без шума и последствий. А вы – я знаю – на такое способны. Донья Сперанса сейчас вам все объяснит.
Взгляды паладинов обратились на министра, и лишь Манзони смотрел ей на плечо. Впрочем, он обычно и не смотрел женщинам в лицо, особенно в глаза, если только дело не касалось секса. Особенность сидского наследия – стоило ему глянуть женщине в глаза, как ее тут же охватывало желание. Конечно, это совсем не означало, что от этого дама немедленно прыгнет с Джудо в постель или что он ее непременно туда затащит, но он предпочитал не беспокоить их напрасно. Тем более если он этих женщин уважал. А донью Сперансу Фурбакьоне он очень уважал. И к тому же он один раз уже с ней спал, было дело. Дама тогда страдала от несчастной любви и это сильно мешало ее государственной службе, вот Джудо ей и помог, как посвященный Матери, залечив ее сердечные раны.
– Сегодня мы получили секретное послание от дира Топаза Второго, с просьбой о помощи. Особенной помощи. Кто-то наложил на посла Аллемании в Кандапоре заклятие, от которого посол заснул беспробудным сном. Кандапорские шаманы не смогли его снять. А кесарь Алвин желает видеть своего племянника на празднествах Новолетия. Если он узнает, что принц попал под заклятие, он сильно обидится. И тогда, в лучшем случае, кандапорские купцы отделаются повышением ввозных пошлин, а в худшем – может начаться война.
Паладины переглянулись. Да, дело серьезное. Дир Топаз Второй – правитель тейга, то есть гномьего города-государства Кандапор, а тейг Кандапор – давний союзник Фартальи. Уже триста с лишним лет этому договору о взаимной дружбе и помощи. И по этому договору, если тейгу Кандапор будет объявлена война, Фарталья должна оказать военную помощь. Но воевать с Аллеманией Фарталье совсем ни к чему. Не то чтоб армия Фартальи была слаба, совсем наоборот. Просто король Амадео Пятый воевать очень не любил, войну считал последним делом и вообще очень затратным по всем статьям мероприятием, к которому следует прибегать только тогда, когда исчерпываются все остальные возможности. А вот кесарь Алвин так не считал, наоборот, воевать он любил, и что ни год, то устраивал своим соседям какую-нибудь пакость с целью побряцать оружием, а если повезет – то и повоевать. Так что попавший под заклятие принц Эдвин, посол в Кандапоре, вполне мог быть жертвой какой-нибудь подлой провокации со стороны самого Алвина. В любом случае, гномам надо помочь. Надо разобраться с заклятием и снять его. А поскольку дело секретное, срочное и очень деликатное, то лучших кандидатов, чем королевские придворные паладины, не найти. Магов к гномам посылать бесполезно – они очень не любят людских магов, и в общем-то не без причин. Так что остаются только паладины.
