Бледная немочь - страница 56

— Что за метод? — полюбопытствовала Элинор.

— Розги.

Девушка с минуту смотрела на него, широко раскрыв глаза, а потом прыснула.

— Вы серьезно?

— Как никогда более.

— Считаете, Мад нужна хорошая порка?

— Нет, в этом я уверен. Не нужно понимать мои слова буквально, Элинор. Я лишь говорил о том, что мне иногда хочется сделать. Я — обыкновенный человек и мне иногда хочется кого-нибудь стукнуть.

Она кивнула.

Оглядев ее еще раз, доктор Рэндалл заметил:

— Что ж, Элинор, вижу, ты чувствуешь себя гораздо лучше. В таком случае, я тебя оставлю. Мне еще нужно кое-что сделать. А ты ложись в постель и постарайся заснуть.

— Нет, — Элинор встала, — я пойду вниз. Я знаю, что не засну, и никто не помешает мне думать. А я не хочу думать, понимаете?

— Понимаю. Хорошо, тогда пойдем вниз.

Перед уходом девушка взглянула на себя в зеркало, поправила волосы. Лицо, как ни странно, было вполне обычным, не было даже покрасневших глаз и опухших век, сообщивших бы посторонним о ее слезах. По мнению Элинор, это было очень хорошо. Никто не будет лезть к ней с глупыми и бесполезными утешениями. Она не хотела, чтоб ее утешали. От этого становилось только хуже.

Спускаясь по лестнице, Элинор избегала смотреть себе под ноги, опасаясь воскресить в памяти увиденное. Но все равно, видела как наяву: бесформенная фигура у подножия, тишина, не нарушаемая даже легким дыханием. Проглотив комок в горле, девушка шагнула с последней ступеньки и огляделась.

Сейчас в холле было так же пусто, как и раньше. Откуда-то слышались приглушенные голоса. Приостановившись, Элинор попыталась определить, откуда именно они доносятся. Слух не подвел ее: разговаривали в той самой комнате, которую она покинула некоторое время назад.

Подойдя ближе, девушка открыла дверь, вошла вовнутрь и обнаружила там доктора Рэндалла, Джеффа и невысокого, полного мужчину лет пятидесяти — отца Тернера. Все трое обернулись на звук.

— Мисс Беррингер, — заговорил Тернер с печально — скорбным видом, — сожалею, что нам пришлось встретиться в такой печальной обстановке. Эта трагическая случайность, — он покачал головой.

— Здравствуйте, отец Тернер, — отозвалась Элинор, присев.

Джефф вглядывался в ее лицо слишком внимательно.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он позднее.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Она села на стул, аккуратно расправив платье. Чувство утраты завладело ею в достаточной степени, но не могло заглушить важных вопросов, которые ее волновали.

— Что я должна делать? — задала она самый основной.

Доктор понял ее первый.

— В данный момент ничего, Элинор. Обо всем позаботятся слуги.

— Совсем ничего?

— Разумеется, нет. Ты могла бы позавтракать, к примеру.

— Точнее, пообедать, — уточнил Джефф, вспомнив, что ничего не ел с утра, а это было уже достаточно давно.

— Я не хочу есть.

О себе такого Джефф не сказал бы. Вслух же он произнес:

— Тебе нужно поесть хотя бы немного. Ведь так, доктор?

— Вне всякого сомнения, — согласился Рэндалл.

Элинор не стала возражать. Она была уверена в том, что не проглотит и кусочка, но не спорить же с двумя взрослыми мужчинами по такому ничтожному поводу.

Джефф отправился распоряжаться насчет обеда, не подозревая, с какими трудностями ему предстоит столкнуться. Слуги, потрясенные случившимся с любимой хозяйкой, совершенно позабыли о своих обязанностях, и Джеффу пришлось напомнить им о них. А так как голод не располагал к мягкости и деликатности, на которые он и в нормальном состоянии был способен в очень слабой степени, то напоминание слугам вышло довольно резким. Первой спохватилась кухарка Мэри, вспомнив, что завтрак так и не был съеден. Она захлопотала, засуетилась, вернув остальных к реальности.

Убедившись, что его слова произвели впечатление и будут исполнены, Джефф вернулся к остальным и сообщил им, что обед будет подан через двадцать минут. Отец Тернер сделал робкую попытку отказаться, но очень скоро сдался.

И лишь тогда, когда вошедшая Линда объявила, что все готово, Элинор вспомнила о Маделайн.

— А где Мад? — спросила она у Джеффа.

— Ушла в свою спальню по совету доктора, — с легкой гримасой неприязни ответил тот, — он сказал, что ей будет очень полезно поспать. Но куда полезнее это окажется для нас. Не слышать слезливых воплей и хныканья — что может быть полезнее!

— Как вам не стыдно, Блэкки! — нахмурилась девушка, — Мад очень нуждается в отдыхе. Она много плакала.

Мужчина хотел возразить, но сдержался. Хотя бы сегодня ему не нужно ругаться с Элинор. Множество нелестных эпитетов в адрес Мадди так и просились на язык.

— Нужно спросить ее, будет ли она обедать, — продолжала Элинор.

— Это сделает горничная, — Джефф слегка подтолкнул ее к выходу, — к тому же, если она спит, то явно не сможет при этом есть.

Вопреки своему заявлению, Элинор все же пообедала. Впрочем, сперва ей казалось, что она ничего не сможет съесть. Положив в рот кусочек лишь из вежливости, тщательно прожевав его и проглотив, девушка изменила мнение. Пожалуй, она съест еще один кусочек. Вскоре она обнаружила, что тарелка первозданно чиста.

Доктор Рэндалл и пастор откланялись одновременно, посчитав, что все формальности выполнены. Когда дверь за ними закрылась, Джефф обернулся к Элинор:

— Пожалуй, мне тоже нужно покинуть этот дом.

Пораженная, она уставилась на него во все глаза: