Горький привкус его поцелуев - страница 57

Над дверью зазвенел звонок. Он вошел внутрь, и его сразу же окутало теплом. Единственным посетителем, кроме Эдварда, был босоногий и одетый не по погоде мальчишка. Как его родители могли быть столь неосмотрительны? Он подумал о том, что надо бы поговорить с ними.

– Пожалуйста, – взмолился мальчик, протягивая кулачок, в котором была зажата монетка, – моя мама голодна.

– Прости, милый, – сказала миссис Поттс, – но за один пенни не купить мясного пирога.

– Но она умрет.

– Я уверена, с ней все будет в порядке.

Миссис Поттс посмотрела на Эдварда и обратилась к нему:

– Добрый день, лорд Грейлинг. Чего бы вам хотелось?

Он понимал, что, отдавая еду даром, не стоит надеяться на прибыль, но бывают же исключения. С другой стороны, если она начнет раздавать еду, все бедняки соберутся у ее дверей.

Эдвард опустился на колено перед мальчиком, которому, судя по всему, было не больше шести лет. Хотя в таверне было не настолько тепло, лицо мальчика, к удивлению Эдварда, раскраснелось.

– Что случилось с твоей матерью, парень?

– Она заболела.

– Вероятно, грипп, – сказала миссис Поттс. – Он уже многих подкосил.

Он коснулся ладонью лба мальчика:

– Слишком горячий.

– Тогда ему здесь не место. Прочь отсюда, парень. Возвращайся домой.

Эдвард поднял руку, чтобы прекратить ее истерику, а второй приобнял мальчика за худые плечи.

– Как тебя зовут, парень?

– Джонни. Джонни Ларк.

– Из скольких человек состоит твоя семья?

– Нас четверо.

– Заверните четыре пирога с мясом, миссис Поттс. Запишите их на мой счет.

Сняв пальто, он обернул его вокруг плеч Джонни Ларка и поднял его на руки. Мальчик был легким как перышко.

Взяв коробку, которую миссис Поттс поставила на прилавок, он добавил:

– И еще заверните мне четыре клубничных пирожных. Я скоро вернусь за ними. – Затем он посмотрел на мальчика и сказал: – Покажи мне, где ты живешь, Джонни.

Небольшой коттедж находился на окраине деревни. Глядя на веревки, натянутые на заднем дворе, Эдвард предположил, что мать Джонни была прачкой.

Опустив мальчика на ступеньки, он постучал в дверь. Никто не отозвался, и Эдвард открыл дверь. Из дома на него обрушился гнилостный смрад болезни.

– Миссис Ларк, – позвал он, входя внутрь.

С кровати в углу приподнялась женщина с распущенными рыжими волосами.

– Что ты натворил, Джонни?

Голос у нее был скрипучий, суровый и слабый. Лицо ее блестело от пота, а глаза потускнели.

– Он купил вам немного еды. А я – граф Грейлинг.

– О, милорд.

Эдвард бросился вперед, осторожно положил руку ей на плечо и ощутил жар, исходящий из-под ткани.

– Не вставайте. Я здесь, чтобы ухаживать за вами.

– Но вы же лорд.

– Который был весьма впечатлен изобретательностью вашего сына.

Повернувшись, он снял с мальчика пальто и повесил его на спинку стула. Потом, открыв коробку, Эдвард поставил на стол мясной пирог и сказал:

– Тебе нужно поесть, Джонни.

– Но моя мама…

– Я позабочусь о твоей маме.

Маленькая рыжеволосая девочка чуть младше Джонни вылезла из-под кровати. Эдвард взял ее на руки и посадил на стул. Четвертый член семьи лежал в колыбели. Ему придется размять пирог для ребенка и найти молока.

Эдвард предложил пирог женщине. Она покачала головой и сказала:

– Я не удержу его в желудке.

– Вам нужно попробовать. Съешьте хотя бы пару кусочков. Что говорит доктор о вашем состоянии?

– Он не приходил сюда. У меня не было денег, чтобы заплатить ему.

– Его что, вообще здесь не было?

Она покачала головой и ответила:

– Он не пришел, когда мой муж умирал на прошлой неделе. Сказал, что не может ничем помочь. Бен умер. Гробовщик пришел за ним и забрал наши последние деньги. А затем заболела и я. Кто позаботится о моих детях, когда я умру?

– Вы не умрете, – сказал он и передал ей пирог. – Съешьте столько, сколько сможете, а я схожу за врачом.

Он схватил пальто и направился к двери.

– Говорю вам, он не придет.

Эдвард остановился и оглянулся через плечо.

– Он будет обязан явиться сюда по моей просьбе, черт его подери.

Эдвард выбежал из коттеджа, едва замечая моросящий дождь. Когда он увидел больную женщину, младенца и маленькую девочку, у него началась паника. Перед лицом мелькнула Джулия, одинокая и живущая в убогих условиях. Он знал, что если она не захочет остаться в Эверморе, то он обеспечит ей что-то лучшее, нежели лачуга. Джулия получит коттедж в Котсуолдсе, армию слуг и достаточно средств на жизнь, в которой ни она, ни Элли не будут ни в чем нуждаться. Он напишет завещание и составит доверенность. Ему следовало заняться этим сразу же после приезда. Он должен был убедиться, что обеспечит их. То, что Альберт не сделал подобное, не злило его. Он был молодым, энергичным мужчиной. Откуда ему было знать, что смерть настигнет его на тридцатом году жизни? Но смерть не признает ни календарей, ни часов, и Эдвард не хотел, чтобы его застали врасплох.

Он собирался привести все дела в порядок и подсчитать все, что перешло к нему вместе с титулом. Его брат оставил дела в относительно хорошем состоянии, но Эдвард должен был выучить и узнать еще много чего. Хоть эта деревня и не входила в число его владений, он чувствовал ответственность за ее жителей. Он был самым крупным землевладельцем в округе и единственным, кто носил титул, на многие километры. Эдвард не собирался уклоняться от своих обязанностей.

Он приехал к дому врача и постучал в дверь. На пороге показалась маленькая женщина с волосами мышиного цвета. Ее глаза расширились.