Правила соблазна - страница 40
Ваш преданный слуга»
– Сегодня персиковое платье, Агнес. – Селия постучала последним письмом своего таинственного собеседника по краю бюро. Она вообще не ожидала ответа, но вот он – перед ней. Собеседник признает свое полное поражение. Тем лучше, подумала она, подошла к туалетному столику и начала копаться в ящике в поисках желтой ленты.
Этим утром Селия отправилась в город с Джейн, девочками Трокмортон и несколькими джентльменами. День снова был солнечный, хотя дул прохладный, резкий ветер. Какое-то время Селия шла рядом с Джейн, но в конце концов она отстала, после чего к ней подошел мистер Чилдресс. Он был очень обаятелен и остроумен, но Селия не могла отделаться от ощущения некоторого дискомфорта, и только вернувшись к себе в комнату, чтобы переодеться к обеду, поняла, в чем причина. Мистер Чилдресс очень напоминал ей Берти.
Вероятно, это несправедливо по отношению к бедолаге, подумала Селия. Вполне вероятно, что во всех прочих смыслах он вовсе не похож на Берти. Но мистер Чилдресс обращает на нее чрезвычайно много внимания и слишком откровенно прислушивается к каждому ее слову. Его обаяние и остроумие выглядят какими-то искусственными, в них нет естественности и непринужденности. Он открыто льстит ей и делает все возможное, пытаясь очаровать, а это Селии не нравится. Именно так Берти завоевал ее сердце несколько лет назад. Наверное, меня сочтут помешанной, умываясь, думала Селия, и ее губы изогнулись в кривой усмешке. Разве можно испытывать отвращение к джентльмену, уделяющему тебе столько внимания? Вне всякого сомнения, большинство женщин пришли бы в восторг, если бы привлекательный любимец общества вроде мистера Чилдресса так преданно ухаживал бы за ними. Интересно, не он ли писал эти глупые послания; они вполне ему соответствуют. Но мистер Чилдресс наверняка подписался бы своим полным именем, не оставляя сомнений относительно своих намерений.
Вспомнив о письмах, Селия потянулась к волосам, чтобы снять желтую ленту, которую повязала утром. Может быть, такое усиленное внимание мистера Чилдресса было попыткой преодолеть разочарование, вызванное наличием ленты? Но ленты в волосах не было. Селия осмотрелась по сторонам, хмурясь на свое отражение в зеркале. Лента пропала.
Должно быть, она развязалась во время прогулки. По дороге домой ветер дул особенно сильно. Впрочем, неважно. Селия оделась к обеду и присоединилась к остальным, чувствуя себя намного увереннее и спокойнее. Право же, странно, ведь она всего лишь кого-то отвергла, но это казалось ей очень важным. Вместо того чтобы восторгаться банальной лестью и глупыми поступками, она дала им адекватную оценку и не подпала под их воздействие. Тем вечером обед доставил Селии большее удовольствие, чем обычно, в особенности потому, что мама посадила ее рядом с лордом Сноуденом, а не с мистером Чилдрессом. По крайней мере, лорд Сноуден не притворяется, хотя он довольно скучен.
Она очень удивилась, обнаружив на своем подносе с завтраком еще одно сложенное письмо. «Пожалуй, стоит начать завтракать внизу», – пробормотала Селия себе под нос, вскрывая послание. Она уже была готова бросить его в лицо мистеру Чилдрессу и прямо сказать ему, что не…
«Дорогая мадам,
Невозможно выразить словами то облегчение, которое я испытал, не увидев у вас в волосах желтой ленты. После столь жалкого начала было бы довольно справедливо, если бы я получил от вас сразу дюжину желтых лент. Я всю ночь не спал, опасаясь появления ленты даже цвета слоновой кости. При свете дня я с тревогой высматривал ее, едва осмеливаясь верить увиденному. И теперь могу лишь надеяться и молиться, что отсутствием этой ленты вы великодушно подарили мне второй шанс, точнее, еще одну возможность моему перу прошептать все те слова, не знающие ни языка, ни голоса. Порицая мою робость, вы отперли тайник моего сердца, и мысли и надежды, когда-то в нем заточенные, взбунтовались так яростно, что больше я их сдерживать не могу.
Если вы знаете, каково иметь в душе закупоренные чувства и томления, то должны понять, какую радость я испытываю, позволяя им вырваться на свободу и лететь к вам, пусть даже они ничтожны и робки. Они будут порхать над вами, всего лишь слабые шепотки восхищения, преданности и надежды.
Вечно преданный вам слуга»
Дочитав письмо до конца, Селия замерла. Это уже не скучная ода ее глазам, как первые письма. На этот раз она не стала сжигать послание, а положила его на стол и задумчиво рассматривала, пока одевалась. Чем объяснить такую перемену?
Может быть, нужно еще раз ответить? Будет справедливо объяснить бедолаге, что в тот день она повязала желтую ленту и что у нее нет ни малейшего желания и дальше получать его письма. Да, решила Селия, так она и сделает.
Но вечером это вылетело у нее из головы. Мать наняла труппу актеров, чтобы те изобразили пантомиму из шекспировской комедии, и Селия нашла это весьма занимательным, несмотря на то что мистер Чилдресс ухитрился сесть рядом с ней и бесконечно пытался завести разговор. Она кивала и улыбалась, но не слышала и половины из того, что он говорил. Вечер пролетел на удивление быстро. Ложась в постель, Селия совершенно забыла про письма и вспомнила о намерении прекратить переписку только утром, когда на подносе обнаружилось очередное послание.
– Агнес, – сказала Селия, взяв письмо. – Откуда они появляются?
Горничная встревожилась.
– Не знаю, мадам. Они просто лежат по утрам на кухонном столе. Там ваше имя. Мне их больше не приносить?
Селия поджала губы и открыла письмо. Оно оказалось лучше предыдущих, его даже можно было назвать славным.
