Покоренная графом - страница 25
– Если у вас будет время, я бы свозил вас – и вашего брата, разумеется, – посмотреть мое поместье. Мои земли граничат с землями Чентона.
Две бисеринки пота скатились по ее носу… и повисли на самом кончике.
– Это было бы приятно, – ответила она. И тут же смахнула пальцем пот, одновременно пытаясь разок-другой обмахнуться ладонью.
Игра становилась нелепой, и он проговорил:
– Мисс Уилкинсон, вам наверняка будет намного комфортнее без этой шали.
В тот же миг она судорожно вцепилась в концы шали – словно он собирался сорвать ее.
– Нет-нет, спасибо. Мне очень хорошо.
Однако выглядела она совсем не хорошо.
– Мисс Уилкинсон, а может, вы воспользуетесь уголком шали, чтобы утереть пот с лица? – Наверное, не следовало это говорить, но он боялся, что ей станет дурно. – Боже праведный, можно подумать, что под ней вы голая, – добавил он, не сдержавшись, хоть этого точно говорить не следовало.
О господи! Неужели мисс Уилкинсон еще больше покраснела?
Алекс внимательно посмотрел на шаль. И вдруг подумал: «Она что, и впрямь под ней голая?»
В тот же миг его мужская плоть отреагировала весьма предсказуемо.
Идиот! Конечно, она не голая! А жаль…
Он думал, что бы еще сказать, дабы сгладить неловкость, но тут из коридора донесся женский голос:
– Господи, неужели это…
Алекс обернулся и увидел, как в комнату входят еще две гостьи. Его взгляд скользнул по темноволосой женщине, шагавшей впереди, а затем перед ним возникла скромная на вид блондинка, которая очень походила…
О боже, Шарлотта! Да-да, это была она!
Его сердце на мгновение остановилось. Он впервые увидел ее после того, как отец Шарлотты привез ему известие об отмене свадьбы.
Боже милостивый, неужели она всегда выглядела такой юной?
Сердце снова забилось. Он испытывал… Да, растерянность и неловкость из-за того, что когда-то считал, будто влюблен в нее.
«А ведь как замечательно, что лорд Бафорд нанес мне тот визит», – подумал граф неожиданно.
Глава 6
Джейн аккуратно наколола на вилку горошину и отправила в рот. Наверняка трапеза уже почти закончилась. Как только женщины удалятся, оставив мужчин наедине с портвейном, она сразу сбежит в свою комнату. Может, это и трусость, но…
Нет-нет, она никого не боится. Просто сейчас ей… немного не по себе. Что ж, этого и следовало ожидать. Она ведь никогда не покидала Лавсбридж (и очень редко какие-либо незнакомцы приезжали в деревню), поэтому не привыкла разговаривать с теми, кого не знала с самого детства. А сейчас вдруг оказалась в комнате, где было множество незнакомых людей.
Наколов еще одну горошину, Джейн украдкой взглянула на виконтессу. Леди Чентон была явно настроена на сватовство, но до сих пор Джейн надеялась, что сестра лорда Эванса пыталась свести только Рэндольфа и леди Элдон. Однако теперь у нее начали возникать кое-какие опасения… Казалось, что эта женщина, а также мать лорда Эванса, считали ее, Джейн, подходящей женой для графа.
Леди Чентон сказала всем гостям, чтобы вели себя без церемоний и садились где пожелают… а затем Джейн каким-то образом оказалась рядом с ней. И не успели они сесть, как леди Чентон начала расспрашивать Джейн про Лавсбридж, про ее друзей, брата, родителей и про Дом старых дев. Виконтесса была с ней очень любезна, но к тому времени как она отвернулась, чтобы поговорить со своей дочерью Би, сидевшей по другую руку, Джейн чувствовала себя так, будто ее сбили с ног, а потом проехались по ней сразу несколькими каретами.
Она нахмурилась, уставившись на следующую горошину. И тут ей вдруг почудилось, что кто-то за ней наблюдает.
Она подняла глаза и…
Да, за ней действительно наблюдали! Наблюдала вдовствующая графиня, сидевшая по другую сторону стола. Но вместо того чтобы отвести взгляд, как сделал бы любой нормальный человек, пожилая леди улыбнулась Джейн и только после этого повернулась к мистеру Джону Гранту – вдовцу и бывшему супругу старшей сестры лорда Чентона, а также отцу восьмерых сыновей, двое из который сейчас сидели за этим столом.
Джейн тяжело вздохнула. Ох, она сбежит в свою комнату, как только сможет!
– Позвольте положить вам еще запеченного фазана, мисс Уилкинсон, – послышался голос лорда Эванса, и в тот же миг сердце ее заколотилось, а рука задрожала.
Хорошо хоть не расплескалось на скатерть красное вино, бокал с которым она в этот момент подносила к губам.
До этого граф был очень занять беседой с леди Шарлоттой, сидевшей по правую руку от него, и, вероятно, только сейчас заметил, что она, Джейн, тоже здесь присутствует.
А эта леди Шарлотта, миниатюрная блондинка, очень напоминала фарфоровую куклу. И всякий раз, улыбаясь, она опускала голову – насколько Джейн заметила, ни разу не посмотрела никому в глаза. Но о чем граф мог разговаривать с этой дурочкой? Впрочем, это его личное дело.
Упорно глядя на свой бокал, Джейн ответила:
– Нет, спасибо.
Но граф по-прежнему держал перед ней блюдо с фазаном – словно не слышал ее ответ. Тогда Джейн посмотрела прямо ему в лицо и отчетливо проговорила:
– Милорд, благодарю вас, но я больше не хочу фазана.
Он нахмурился, глядя в ее тарелку.
– Вы почти ничего не съели…
Она пожала плечами.
– Может, и так, милорд. А вы что, моя нянюшка?
Лорд Эванс широко улыбнулся.
– Ох, слава богу… А то я уже подумал, что феи утащили настоящую мисс Уилкинсон и оставили вместо нее покорного и кроткого подменыша.
«Тебе же вроде бы нравятся кроткие женщины», – мысленно ответила Джейн. К счастью, вслух она этих слов не произнесла. И вообще, какое ей дело до того, каких женщин он предпочитает?
