Тайна оберега - страница 43

Закончив с самоваром, работница взялась мыть полы, потом подмела двор, и только она закончила наводить порядок, как в трактире вновь начали собираться посетители, и ей пришлось отправляться мыть посуду. Ближе к вечеру заведение наполнилось пьяным весельем, и Таяне так за целый день не удалось присесть. Даже есть пришлось на ходу: хозяйка постоянно находила для неё работу. Уже ночью совершенно изнеможённая девушка еле добралась до своего сундука и смогла, наконец, отдохнуть.

Последующие три дня проходили в тех же заботах. В субботний вечер было особенно многолюдно, и Таяна только поспевала подавать чистые тарелки и кружки, как поварёнок вновь заваливал лохань грязной посудой. Девушка вертелась, словно белка в колесе, но хозяин, заглянув в кухню, недовольно прикрикнул:

– Долго ещё ждать? Пошевеливайся! Мне вино не во что наливать!

– Сию минуту, пан, – заспешила Таяна и передала чистые кружки подскочившему поварёнку.

Другой паренёк подхватил поднос с угощеньями и тоже скрылся за дверью. Тут повар потребовал принести муки, но, оглядевшись, обнаружил, что все разбежались, и, чертыхаясь, сам направился в амбар.

В кухне никого не осталось, когда туда завалился пьяный постоялец.

– Я просил подать мне жареного цыплёнка! – взревел он и, никого увидев, растерянно замер. Осоловелый взгляд господина скользнул за неплотно прикрытую дверь и остановился на стоящей к нему спиной девушке.

Похотливо ухмыльнувшись, мужчина, направился к посудомойке и, подкравшись, обхватил её руками. От неожиданности Таяна вздрогнула и, резко развернувшись, оказалась лицом к лицу к наглецу. Взглянув на девушку, человек в отвращении отшатнулся:

– Чёрт! Вот так чучело! – поморщился он, и, к своему ужасу, Таяна узнала Фрола Друцкого. Боярин собрался было уйти, но вдруг о чем-то задумался, остановился и подозрительно прищурился. – Где-то я тебя видел? – запустил он пальцы в бороду, и девушка замерла.

Поедая её глазами, Фрол старательно соображал, и по растянувшейся на его физиономии усмешке Таяна поняла, что он её вспомнил.

– Ведьма, – радостно выдохнул Друцкий. – Да, разукрасил тебя пан не на шутку. Значит, тебя по всем дорогам ищут, а ты в борделе решила подработать? – хихикнул он. – Что, эта работёнка приятней, чем в холопках ходить?

Услышав обидные слова, девушка возмущённо вспыхнула, но промолчала.

– Вот Болеслав обрадуется, что нашлась пропажа, – похотливо оскалился Фрол. – Думаю, пан простит, ежели я тебя прежде его оприходую, – вновь потянул липкие ручищи боярин. Таяна, ловко отскочив в сторону, увернулась, и пьянчуга чуть не грохнулся в чан с грязной водой.

– Ах ты, стерва! Всё равно не уйдёшь! – разозлился Друцкий и, стряхивая с рукавов воду, угрожающе двинулся к Таяне. В ужасе наблюдая за приближением мужчины, бедняжка попятилась. – Брось ломаться! Не то хозяевам пожалуюсь, что гостя не жалуешь.

Сделав ещё пару шагов, девушка уперлась спиной в полки с посудой. Фрол, не торопясь, подходил, и Таяна, непроизвольно пошарив рукой, нащупала деревянную рукоятку. Не раздумывая, она ухватила её, и тяжёлая сковорода, сделав дугу в воздухе, заехала боярину по уху. Тяжёлый удар звоном заполнил комнатёнку, но девушке показалось, что этот звук разнёсся по всему трактиру. Фрол блаженно улыбнулся, покачнулся и свалился к её ногам. Если бы глаза Таяны не затекли, наверное, от испуга она их вытаращила. Ожидая, что сейчас к ней сбегутся люди и за избиение постояльца её жестоко накажут, посудомойка беспомощно уставилась на дверь. Но в проёме никто не появился, и девушка растеряно взглянула на неподвижное тело.

«Неужели убила? – похолодела она и, наклонившись, приложила пальцы к шее Друцкого. – Нет, живой», – облечено выдохнула Таяна, но её сердце тут же учащённо забилось: бедняжка понимала, что ей надо бежать. Когда Фрол придёт в себя, он наверняка захочет отмстить за обиду и, конечно, постарается вернуть её пану Залевскому. За дверью послышались беззаботные голоса поварят, и девушка забеспокоилась: теперь ей не удаться улизнуть незамеченной. «Так, не раскисать!» – приказала она себе и, стараясь выглядеть как можно спокойней, вышла из моечной.

Не торопясь, словно направляется по делам, Таяна миновала кухню и прошмыгнула в свою каморку. «Дальше что?» – пронеслось в голове и, взглянув на сундук, она подняла крышку. Сверху лежала мужская одежда. «Переоденусь парнем! – тут же осенило её. – Если за мной пошлют погоню, то будут искать девку. Да к тому же мужчине странствовать гораздо проще, чем женщине», – и Таяна тут же вытащила штаны и рубаху.

Порывшись, девушка нашла ещё старенький зипун и залатанную шапку. «Всё равно они никому не нужны. В конце концов, это плата за мою работу, – оправдывая своё постыдное воровство, рассудила бывшая посудомойка.

Дрожа от страха, что в любую минуту Фрол может прийти в себя, или же его просто найдут, Таяна свернула одежду и украдкой выскользнула из дома. К счастью, никто на пути ей не встретился, и незамеченной девушка покинула постоялый двор. Юркнув за забор, Таяна кинулась в ближайший лесок. Ночь давно окутала окрестности, скрывая беглянку от посторонних глаз, но только оказавшись в зарослях, она позволила себе оглянуться. Как раз в этот момент в трактире поднялся шум, и по двору забегали люди с факелами, а кто-то, грязно ругаясь, поносил всё на свете.

Наблюдая за шумной суетой, девушка затаилась, но в её сторону никто не направлялся, и она позволила себе отдышаться, а затем, не откладывая, переоделась в мужскую одежду. Спрятав юбку и кофту под кустом, Таяна засыпала их прошлогодними листьями и, желая убедиться, что погони за ней нет, снова взглянула в сторону постоялого двора. Люди с факелами поскакали по дороге, ведущей в Москву, и беглянка облегчённо вздохнула. «По-видимому, пан Залевский решил, что я намереваюсь жаловаться царю, – усмехнулась она. – Хорошо бы… Да только кто меня к нему пустит?»