Унесённые «Призраком» - страница 55
– Не думаю, что рассказ о вскрытии убитой женщины подходит для застольной беседы, – проговорил доктор Норвуд, – однако, по просьбе господина Пелисье, я все равно должен ознакомить вас, губернатор, с полученными результатами. Эта женщина, Келли Паркер, судя по всему, ночью развлекала моряков в одном из пабов и под утро была кем-то задушена, но явно не с целью ограбления, потому что заработанные за ночь деньги остались при ней: несколько пенсов и один совсем новый, блестящий шиллинг.
– Я видела, как ее выносили из переулка, – оживилась Кейт, – и сразу подумала, что это, должно быть, падшая женщина: на ней не было чулок, а вырез ее платья был непристойно глубоким. Но, если дело не в деньгах, тогда кто и зачем убил эту несчастную? Ведь, насколько я слышала, – она смущенно опустила глаза, – продажные женщины ведут себя с мужчинами ласково.
– Зато пьяные моряки подчас грубы и жестоки с ними. – Роберт нахмурился и отодвинул тарелку. – Стейн, вы сказали, что нашли у убитой монету в один шиллинг. Я хотел бы взглянуть на него. Вы оставили вещи убитой в госпитале?
– Вещи – да, но не деньги. – Доктор Норвуд вынул из кармана носовой платок и развернул его: среди горстки темных кружков сверкнуло яркое серебро. – Я не хотел, чтобы они случайным образом потерялись, ведь у миссис Паркер, возможно, остались родственники, которым теперь пригодится каждый пенни. А что, неужели вам знакома каждая монета на острове?
– Каждая – нет. – Роберт аккуратно, двумя пальцами взял новенький шиллинг, осмотрел его и положил обратно. Потом повернулся к мистеру Айвору: – Прошу прощения, сэр, но я должен немедленно отбыть по делам. Нужно кое-что проверить.
– Что именно? Ты поедешь один? Куда? – не на шутку встревожился губернатор. – Возьми экипаж и Джейсона…
– Не нужно. – Капитан вышел из-за стола. – Я всего лишь навещу О’Нила и Апдайка. Вернусь поздно, так что не ждите. С вашего позволения…
Он набросил на плечи китель и стремительным шагом покинул столовую. Девушки взволнованно посмотрели ему вслед, затем обменялись взглядами, и через минуту Кейт поднялась:
– Благодарю за ужин и гостеприимство, мистер Айвор. День был трудный, я устала, и, пожалуй, пойду к себе. Мэри, мистер Норвуд… Спокойной ночи!
Мэри надеялась, что после ее ухода Стейн продолжит рассказ о том, как он провел день, однако отец наклонился к ней и ласково проговорил:
– Дитя мое, тебе тоже пора отдыхать, а нам с доктором нужно многое обсудить касательно этого дела. Ступай в свою комнату, Мэри-Энн. Доброй ночи!
Возражать отцу она не посмела: видимо, мужчины собирались говорить о вещах, не предназначенных для женских ушей. Пришлось мило улыбнуться, попрощаться и уйти. Спать ей совершенно не хотелось, поэтому, поразмыслив, девушка отправилась в библиотеку. Не только для того, чтобы выбрать что-нибудь для вечернего чтения: в глубине души Мэри надеялась, что после разговора с отцом Стейн тоже заглянет сюда в поисках подходящей книги… и тогда, быть может, оставшись наедине, они поговорят о чем-нибудь еще. Не важно, о чем, можно даже молчать; главное – просто быть рядом, чувствовать близость и осторожно касаться друг друга взглядами.
В этот час Генри Апдайк гостил у родственников и играл в вист с двоюродным братом, а Эйдан О’Нил у себя дома собирался лечь спать. Но сон и азартные игры пришлось отложить: Роберту требовалась помощь.
– Нужно срочно найти Хупера и его шайку, – коротко объяснил капитан. – Знаете, в каком пабе они отдыхают?
– Понятия не имею, – пожал плечами Апдайк. – Но, думаю, это нетрудно узнать.
– Зачем вам Красавчик, капитан? – поинтересовался О’Нил. – Хотите проверить, не упился ли он насмерть?
Роберт не ответил. Они зашли сперва в «Старого боцмана», потом в «Колокол», и там-то как раз выяснили, что самая шумная попойка второй день продолжается в «Дубовой бочке».
– Приличные люди туда не суются, – хмуро сказал им хозяин «Колокола», – а все оборванцы и шлюхи давно уже там. Я бы на вашем месте, добрые господа, остался и выпил здесь.
– Если бы я хотел выпить, так бы и сделал, – ответил Роберт и повернулся к спутникам: – Идемте туда. И будьте готовы ко всему.
– Я уже начинаю жалеть, что не исповедался и не причастился, – буркнул О’Нил и рассмеялся, увидев вытянувшуюся физиономию Апдайка: – Успокойтесь, Генри! Я пошутил. Никто нас и пальцем не тронет.
Еще на подходе к «Дубовой бочке» они услышали доносящееся из открытых окон нестройное пение. Около дюжины охрипших глоток старательно выводили любимую матросами песню:
– Прощайте, адью, испанские леди!
Спасибо, мерси, за вашу любовь!
Уходим мы в море, ждёт берег английский,
Надеемся вскоре увидеться вновь!
– Веселятся, – вздохнул Апдайк. – И, судя по тому, как не попадают в ноты, все пьяны ниже ватерлинии.
– Судя по тому, что помнят слова, – хмыкнул Эйдан, – до ватерлинии еще далеко.
Они зашли внутрь и поморщились: воздух был сизым от табачного дыма, от посетителей жутко несло перегаром. Роберт задержался возле дверей – остановил одну из вульгарно раскрашенных девиц, начал ее о чем-то расспрашивать. О’Нил прислушался.
– Да, была. – Девица наморщила лоб: – На ночь? Не помню, но, если купите мне вина, я попытаюсь…
– Хватит тебе вина. – Капитан, преодолев отвращение, сунул ей в ладонь несколько монет. – Кто из людей Хупера брал вчера на ночь Келли Паркер? Ты его видела?
– Минутку… – Она деловито пересчитала деньги, а потом широко улыбнулась: – Так сам Красавчик ее и брал. Келли весь вечер у него с колен не слезала.
