Гражданская война на сѣверо-западѣ Россіи - страница 154

Третье мнѣніе было Е. И. Кедрина. Безъ помощи финновъ не взять Петрограда, армія уже пятится назадъ, необходимо, поэтому, всемѣрно возстановить престижъ правительства и внушить довѣріе къ его политическимъ обѣщаніямъ; внѣ этого провалъ бѣлаго дѣла неизбѣженъ. Ген. Юденичъ слабохарактерный человѣкъ, дѣйствуетъ подъ вліяніемъ окружающей его въ Нарвѣ среды. Нужно попытаться еще разъ разогнать эту компанію. Предложить убрать въ отставку Глазенаппа и Гулевича, а если, что можно ожидать, ген. Юденичъ не выполнитъ такого постановленія, смѣнить тѣхъ же генераловъ властью правительства, т. е. оффиціальнымъ приказомъ, распубликованнымъ въ газетахъ. Пусть тогда иниціатива колебанія существующаго юридическаго порядка принадлежитъ правому лагерю, который и понесетъ публично за это отвѣтственность. А на открытый скандалъ они все-таки не пойдутъ. Давно затянувшіеся переговоры съ Финляндіей о содѣйствіи нашей арміи слѣдуетъ оформить оффиціальной нотой къ финляндскому правительству, дабы показать ему, что живъ еще курилка — с.-з. правительство по прежнему существуетъ и дѣйствуетъ. Мы должны использовать наше юридическое существованіе до конца.

Естественно, что Е. И. Кедрину не то Ф. Г. Эйшинскій, не то П. А. Богдановъ тутъ же возразили: ну, а что будетъ дѣлать правительство, если генералы молча игнорируютъ оффиціальный приказъ правительства, оставшись по прежнему на своихъ мѣстахъ? Не вынудимъ ли мы сами себя къ сложенію нашихъ полномочій послѣ подобнаго афронта? А разъ такъ, то упреки, что мы вонзали ножъ въ спину арміи опять грозятъ повиснуть на насъ.

Исторія разберетъ, кто дѣйствовалъ честно, а кто губилъ дѣло, — отвѣчалъ Е. И. Кедринъ. Мы предварительно предложимъ выполнить увольненіе генераловъ самому главнокомандующему, а если онъ не выполнить такого приказа — отдадимъ его подъ судъ...

Въ результатѣ возобладало мнѣніе Е. И. Кедрина. Хотя его рѣшеніе вопроса представляло завѣдомый скачекъ въ пространство, но въ виду безвыходности правительства, метавшагося между нежеланіемъ «дезорганизовать армію» и нежеланіемъ «покрывать планы камарильи», проэктъ Кедрина отвѣчалъ естественной человѣческой слабости, стремящейся оттянуть окончательный конфликтъ. Это было именно такъ, потому что для единогласности рѣшенія всего правительства оппозиція потребовала, чтобы журналъ подписали также С. Г. Ліанозовъ и М. С. Маргуліесъ, бывшіе въ то время въ Гельсингфорсѣ, на согласіе которыхъ почти навѣрняка не приходилось разсчитывать.

По отношенію Финляндіи составили отдѣльное постановленіе, гласившее: «уполномочить предсѣдателя совѣта министровъ, министра иностранныхъ дѣлъ С. Г. Ліанозова войти въ соглашеніе съ правительствомъ Финляндіи о содѣйствіи войскамъ сѣверо-западной арміи со стороны финскихъ войскъ въ цѣляхъ овладѣнія Петроградомъ и подписать соотвѣтствующій сему соглашенію договоръ».

Оба журнала отослали въ Гельсингфорсъ, а часть коллегъ (И. Т. Евсѣевъ, А. С. Пѣшковъ и М. М. Филиппео) снова поѣхали на фронтъ — въ генералъ-губернаторство ген. Глазенаппа!

Картина, которую они тамъ застали была окончательно безотрадна. Безтолковщина, расхищеніе продовольствія интендантами въ практической дѣятельности, и mania grandiosa самого генералъ-губернатора, какъ административное увѣнчаніе царившаго всюду безпорядка. Въ управленіи генералъ-губернатора пріютилось 60 офицеровъ, крайне нужныхъ на фронтѣ, и оно имѣло колоссальный обозъ.

Относительно появленія министровъ Глазенаппъ уже распорядился. Первый же городской комендантъ, къ которому обратился съ какимъ-то распоряженіемъ А. С. Пѣшковъ, откровенно заявилъ ему, что онъ долженъ предварительно справиться у ген. Глазенаппа, кого ему слушать, министра или ген. Глазенаппа. Генералъ разрѣшилъ вопросъ, конечно, не въ пользу министра. Спустя дня два-три войска потеряли Гатчину и Лугу и большевистская обходная колонна едва не перехватила поѣздъ, въ которомъ удирали изъ Гатчины соединенные по злой ироніи судьбы и всесильный генералъ-губернаторъ и безсильные министры. Поѣздъ мчался съ потушенными огнями, генералы отчаянно нервничали, сидя съ револьверами въ. рукахъ, и только невозмутимый М. М. Филиппео проспалъ всю дорогу невиннымъ сномъ младенца.

Въ эти же тревожные дни я встрѣтился однажды на одной изъ ревельскихъ улицъ съ эстонскимъ главнокомандующимъ ген. Лайдонеромъ. Онъ направлялся въ военное министерство. Это было по пути мнѣ, и мы пошли вмѣстѣ. Произошла краткая, но очень интересная бесѣда. Генералъ самъ заговорилъ о тяжеломъ положеніи сѣв.-зап. арміи. Привожу нашъ заключительный діалогъ почти дословно. Онъ хорошо сохранился въ моей памяти.

Ген. Лайдонеръ: «Положеніе еще можно поправить. Я могу двинуть на помощь вашей арміи цѣлую дивизію боевого состава, съ артиллеріей, кавалеріей, но… при создавшихся политических условіяхъ, вы Сами понимаете, что помощь мы можемъ оказать лишь при гарантіи нашей независимости со стороны Антанты».

Я: «Можно, генералъ, передать ваши слова нашему правительству?»

Ген. Лайдонеръ: «Пожалуйста».

Я немедленно передалъ весь разговоръ правительству. Ліанозовъ въ сотый разъ постучался, куда слѣдуетъ, и въ сто первый не получилъ отвѣта. А генералъ Юденичъ, услыхавъ про обѣщаніе Лайдонера, выругался и сказалъ, что пусть Лайдонеръ лучше смотритъ за своей арміей и не учитъ другихъ, когда его не просятъ. Скрытое неодобреніе политическихъ шаговъ русскаго главнокомандованія, а, можетъ быть, и задѣтое военное самолюбіе привели флегматичнаго ген. Юденича въ большое раздраженіе. Русская же бѣлая политика совершила еще одинъ промахъ.