Расстрел «Белого дома». Черный Октябрь 1993 года - страница 95
По воспоминания народного депутата Н. Г. Григорьева (врач по профессии), первого раненого, в оказании помощи которому он принимал участие на третьем этаже 20-го подъезда, принесли в «Белый дом» в 16.15. Это был журналист В. В. Шурыгин. О том много ли было пострадавших, свидетельствует то, что освободился Н. Г. Григорьев только в 21.00. А ведь, кроме этого, был здравпункт и на первом этаже.
Официально признано, что погибли три человека, ранения получили 74. Все трое известных на сегодняшний день погибших – это работники милиции. Старший лейтенант А. И. Бойко погиб возле мэрии от выстрела неизвестного нам снайпера, а двух полковников В. А. Швидкина и И. Д. Шишаева убили свои.
«Я, – пишет военный обозреватель газеты «Завтра» В. Шурыгин, – никогда не искал и не пытался узнать фамилию того милиционера, который вогнал мне в бедро двадцатитрёхмиллиметровую газовую гранату. И хотя входе следствия он был установлен, я не стал выпытывать у следователя его фамилию. Зачем она мне? Свою кровь я ему прощаю, а вот за кровь убитого им полковника милиции Ивана Шишаева, которого он застрелил через мгновение после выстрела в меня, всё из того же крупнокалиберного помпового карабина, ему будет трудно ответить перед богом. Потому что убил он его просто так, походя. Убил, когда тот попытался остановить стрельбу по людям. Выбежал вперёд, крикнул: «Что вы делаете? Немедленно прекратите стрельбу!»».
Что же касается 74 раненых, то из них только 10 приходится на сотрудников МВД. Причем пять рядовых Софринской бригады (в том числе рядовой Глазунов, умерший в госпитале) были ранены человеком в милицейской форме, личность которого якобы осталась неустановленной.
«…Взятие комплекса зданий мэрии и гостиницы «Мир»…, – пишет М. М. Мусин, – было полной неожиданностью для МВД». Открыв по демонстрантам огонь, руководители этого ведомства, будто бы не ожидали, что в ответ на это безоружные люди пойдут на штурм названных зданий, а поэтому бросили их на произвол судьбы».
Велика ли была численность тех, кто блокирвал «Белый дом»?
«3 октября, – отмечает М. М. Мусин, – только в столовой мэрии обедало более 6000 эмвэдэшников, а к охране самого здания дополнительно было привлечено подразделение из 100 вооруженных до зубов военнослужащих МВД».
Как же нужно было испугаться, чтобы полк внутренних войск бросил на произвол судьбы мэрию и гостиницу «Мир», в которых находился оперативный штаб, возглавлявший осаду Белого дома? Это тем более удивительно, что демонстранты были безоружны.
Итак, никакого штурма мэрии и гостиницы «Мир» не было.
3 октября около 13.00 известный публицист Олег Платонов оказался в нескольких минутах ходьбы от «Белого дома» у метро «Баррикадная» и здесь, если верить ему, увидел огромное скопление милиции: «одних машин 1000», а самих милиционеров «30–50 тыс. человек».
Приведенные цифры вызывают сомнения. Однако даже если допустить, что количество машин и милиционеров преувеличено на порядок, все равно получается, что в непосредственной близости от Садового кольца находилось несколько тысяч сотрудников МВД, которых без всякого труда в течение нескольких минут можно было перебросить и к «Белому дому», и на Калининский проспект, и к Смоленской площади, и на Зубовскую площадь, и к метро «Парк культуры», и на Крымский мост, и на Крымский вал.
Комментируя произошедшее, один из очевидцев тех событий, называл «странным» то, что «отряды у мэрии, постреляв в воздух и снайперски ранив несколько человек, разъярив толпу, вдруг отошли, открыв Дом Советов», а «потом вообще ушли, оставив свои грузовики и даже не вынув ключи зажигания: езжайте, мол, люди добрые, в Останкино».
«Любой, едва прошедший обучение шофер, – пишет Ю. М. Воронин, – выходя из кабины, автоматический берет ключи с собой». А тут десятки брошенных машин и все с незакрытыми кабинами и ключами зажигания.
«Элемент провокации, – констатировал потом И. В. Константинов, – присутствовал с самого начала событий 3 октября».
Глава 5. Вечер в Останкино
«Были сборы недолги»
По свидетельству Э. З. Махайского, «в 16–50 у мэрии, возле той ее части, где расположен зал заседаний, появились депутат Константинов и лидер партии „Возрождение“ Скурлатов». И. В. Константинов заявил, «что сейчас будут поданы машины для желающих ехать в Останкино». Вскоре действительно «подъехали два бортовых автомобиля ГАЗ-53».
«Трофейные машины начинают наполняться добровольцами, – вспоминает А. Залесский, наблюдавший за происходящим в другом месте, – Грузовики с порванным брезентовым верхом и разбитыми стеклами кабин, автобусы, битком набитые молодежью, опьяненной воображаемой победой, отъезжают без всякого порядка. Из окон торчат красные и монархические знамена».
Можно встретить утверждения, будто бы идея идти в Останкино возникла после прорыва блокады «Белого дома» спонтанно, и А. В. Руцкой лишь озвучил ее. Действительно, когда «в 15.40» В. Уражцев ворвался в кабинете спикера, он заявил: «Ну, а теперь на Останкино».
Между тем имеются сведения, что после того, как были захвачены грузовики в тоннеле под Калинским проспектом и часть демонстрантов устремилась далее по Садовому кольцу, то далеко не все затем повернули в Большой Девятинский переулок к «Белому дому». Другая часть демонстрантов направилась дальше – в Останкино.
По свидетельству А. А. Маркова, узнав об этом, он послал за ними машину с приказом вернуться. Однако те, кто вел колонну, этому приказу не подчинились.
В связи с этим следует обратить внимание на то, что когда демонстранты еще находились на Октябрьской площади, уже началось пикетирование останкинского телецентра.
