От Ленина до Путина. Россия на Ближнем и Среднем Востоке - страница 182
В целом Иран стремился не выходить из Договора о нераспространении ядерного оружия и не нарушать его положений. Но в ряде случаев его действия не декларировались и вызывали подозрение и вопросы у МАГАТЭ. Сначала оно воздерживалось от передачи иранского досье в Совбез ООН, но затем сочло это возможным, видимо, под давлением Соединенных Штатов и Израиля.
Академик А.Г. Арбатов, крупный специалист по проблемам безопасности в современном мире, считает, что заблаговременное создание крупных обогатительных предприятий не было оправдано мирными нуждами, тем более что «топливо» для новых АЭС по сложившейся практике предполагала поставлять Россия, причем на протяжении всего срока эксплуатации реакторов. Большие подозрения вызывало и то обстоятельство, что строительство иранских обогатительных комплексов велось тайно.
Россия вместе с другими постоянными членами Совбеза четырежды (начиная с 2006 года) голосовала за резолюции по санкциям ООН против Ирана. Кризис вокруг ядерной программы Тегерана нарастал в 2002–2005 годах. На президентских выборах 2005 года в Иране победил Махмуд Ахмадинежад. Политика и антиизраильская и антиамериканская риторика нового иранского президента вызывали растущую негативную реакцию на Западе, что затруднило действия России, направленные на политическое урегулирование проблемы.
«Напряжение вокруг иранской ядерной программы уже несколько раз приближалось к критической черте, за которой был возможен старт военной операции против Ирана со стороны Израиля и США», — считают авторы обозрения в РСМД. В обстановке истерии стали всерьез говорить о возможности израильского или американского военного удара по Ирану. Речь фактически шла о региональной войне.
П.В. Стегний. Обстановка была такая, что израильтяне готовились бомбить Ирак.
Автор. Но от этого их остановили, отговорили американцы, не заинтересованные в новой ближневосточной войне, хотя именно они поставили в Израиль бомбы для глубокого проникновения под землю.
П.В. Стегний. Мы тоже их все время отговаривали.
Автор. Ну, нас-то можно послушать и игнорировать. А американцев не обойдешь.
П.В. Стегний. Нет, они нас очень внимательно слушали. Мы даже прислали в Израиль команду из трех десятков экспертов по иранской ядерной программе. Я не думал, что у нас их столько. Это были специалисты, которые конкретно знали, сколько там миллиграммов есть у иранцев, на какой стадии их разработки. Они откровенно сказали израильтянам: «Нам смешно, когда вы утверждаете, что завтра у иранцев будет бомба. На самом деле всё на очень ранней стадии».
Автор. Но тем не менее американцам не нужен был этот удар по Ирану. Дело не только в ответных действиях Ирана… Он тогда бы действительно сделал национальной задачей создание ядерного оружия. Иранцы не пожалели бы денег, не пожалели усилий, зарылись бы в горы так, чтобы никакая ядерная бомба их не взяла, через три — пять лет они бы что-то сделали.
П.В. Стегний. Война не нужна была той части американского истеблишмента, который представлял Обама. Другие были за войну».
Другую позицию занимает И.С. Иванов.
Автор. Израиль был готов нанести удар?
И.С. Иванов. Может быть, был бы и готов, но я сомневаюсь.
Автор. У вас есть сомнения?
И.С. Иванов. Да, есть. Я считаю, что как в Израиле эта тема была искусственно раздута, так и в Иране была искусственно раздута антиизраильская риторика с угрозами «стереть с лица земли Израиль». Это были больше пропагандистские позиции для внутреннего потребления. А для Израиля, мне кажется, это была истерия в период избирательной кампании в США. Для них было важно заручиться, чтобы и один и другой кандидаты, независимо от того, кто победит на выборах, заверили бы Израиль, что в любом случае США будут оказывать ему содействие. Как мы видим сейчас, такая кампания в Израиле серьезно спала.
Россия достаточно долго блокировала жесткие санкции США и их союзников в отношении Ирана. Задача была трудной: российская политика вызывала недовольство и в Вашингтоне, и в Тегеране. В то же время Иран вряд ли делал какие-то значимые встречные шаги, чтобы помочь России, которая настаивала на том, чтобы Иран вел конструктивный диалог с международным сообществом. В то время как Россия заверяла своих западных партнеров в отсутствии незаявленных элементов в исследовательской программе Ирана, Тегеран скрытно вел строительство объекта Фордоу на глубине 80 тыс. в скальных породах. Здесь могло быть размещено до 3 тыс. центрифуг.
Иранцы неоднократно срывали уже практически достигнутые договоренности по международному обмену накопленного обогащенного урана. Это ставило РФ в неудобное положение. Возможно, эти обстоятельства и сказались на том, что в 2010 году Россия поддержала очередную резолюцию Совета Безопасности ООН, № 1929, о санкциях против Ирана. На основе этой резолюции президент РФ Д. Медведев ввел запрет на поставки Ирану комплексов ПВО С-300, уже оплаченных Тегераном.
И.С. Иванов. Это вызвало раздражение и гнев иранцев, которые подали на Россию в суд. Правда, этот шаг России, возможно, стал существенным фактором, который подталкивает стороны к компромиссному соглашению между Ираном и «шестеркой».
Автор. Какова ваша оценка того, что мы, учитывая позицию США и Израиля, отказались поставлять Ирану С-300, то есть современные средства ПВО? Последовало иранское недовольство, попытки содрать с нас штраф и т. д., но с нашей стороны это было серьезное политическое решение.
