Миры Филипа Фармера. Том 10. Река Вечности. Мир Ре - страница 71

Ему захотелось рассказать о своем решении Филлис. Однако она могла подумать, что он испугался ее угроз. Хотя кому как не ей знать о его упрямстве и о том, что он никогда не поддавался принуждению. Но тогда почему она держала его под прицелом?

— Дик, я не отдам тебя никому! — рыдая, прошептала Филлис. — Я сделаю то, что хотел сделать Мюрель! Пусть мой поступок прервет межзвездный Проект, но я разрушу телесные матрицы и башню!

Блэк почувствовал, как в его груди вновь затикала часовая бомба. Тяжелый холодный ком опустился на сердце, и он понял, что теряет сознание. Все вокруг закружилось. Раздался тихий треск, и Ричард увидел тусклую полупрозрачную тень, которая отделилась от его тела и медленно заскользила по коридору. С каждым шагом она становилась все меньше и меньше, а вдали ее ожидало воинство душ, ряды которых тянулись на многие-многие мили. То были тридцать миллиардов теней, собравшихся в узком пространстве его ума, и взгляд тонул в этом безбрежном море фигур, и разум не мог охватить их числом или словом. А душа Блэка приближалась к ним и все уменьшалась в размерах, пока не стала точкой на фоне огромного мира людей.

Ричард закрыл глаза, и видение исчезло. Но оно показало ему суть явлений в их истинных пропорциях. Какими бы огромными ни казались его желания и амбиции, на фоне человечества он был лишь неразличимой точкой.

— Филлис, прости меня! — воскликнул он. — Ты моя любовь, и я…

Но она не слышала его слов. Отбросив оружие, Филлис протянула к нему руки и упала на колени. Подняв слепые от слез глаза, она шептала, словно в бреду:

— Я не могу сделать это! Я не могу убить тебя, Дик! Верни меня в долину и сотри мои воспоминания о тебе. Иначе я сойду с ума от тоски и разлуки! Делай что хочешь, милый! Я не могу заставить тебя любить!

Он поднял ее и прижал к своей груди. По его лицу бежали слезы.

— Фил, ты слышала, что я тебе сказал? Мы вернемся в долину вместе. Я понял, как ты сильно любишь меня, и мне стыдно за свою жестокость. Ты была права, когда говорила о ледяной броне на моем сердце. Но твоя любовь растопила этот лед. Ты пробудила во мне чувство, которого я прежде никогда не знал.

Они шептали друг другу слова любви. Потоки слез сменились поцелуями. Наконец Филлис немного успокоилась, и Блэк предложил ей отправиться в зал, где находился пульт управления.

— Мы прикажем машине воскресить Мюреля в одной из Долин и вернуть титантропа Джо к его косолапому народу. Потом компьютер оживит Чарбрасса, и мы расскажем ему о том, что случилось.

Они вошли в огромный зал, служивший сердцем Большого Грааля. Там, у пульта управления, их уже поджидал Чарбрасс.

Он по-прежнему улыбался, но казался совершенно другим человеком. Вокруг него сияла ослепительная аура. Очевидно, Чарбрасс больше не нуждался в маскировке, и его тело источало свой истинный свет.

— Вы можете не говорить мне о своем решении, ибо я знаю о нем, — произнес он мелодичным голосом. — Все, что происходило с вами в башне, являлось проверкой или, вернее, экзаменом на зрелость. Возможно, испытание показалось вам болезненным и суровым, но оно выявило все ваши положительные и отрицательные черты.

Блэк и Филлис молчали, не в силах вымолвить ни слова.

Они изумленно смотрели на сияющее существо, которое стояло перед ними.

— Объясняя вам четверым управление машиной, я намеренно ввел вас в заблуждение, — продолжал Чарбрасс. — Конечно, это не очень этично, но таковы условия проверки. На самом деле компьютер не может разрушать телесные матрицы и башню, а любой человек, погибший внутри Большого Грааля, воскрешается по тем же правилам, что и в долине. Однако мы, Строители, получаем новые тела через минуту после своей смерти. Как только Мюрель убил меня, я ожил в одной из комнат башни и начал наблюдать за вами с помощью видеокамер.

К Блэку вернулся дар речи.

— Значит, ты знаешь, что мы хотим вернуться к своим друзьям в Телем?

— Да, но вам лучше забыть об этом желании.

— Почему?

— Потому что вы оба прошли проверку. Вам четверым давалось самое величайшее из всех возможных искушений — вы могли завладеть огромным миром и стать владыками тридцати миллиардов людей. Мюрель не выдержал этого испытания, несмотря на значительный прогресс в своем этическом развитии. Он возвращен в долину для дальнейшей подготовки. Что же касается Джо, то он будет воскрешен среди своих друзей и близких — как вы того и хотели.

Мюрель разбирается в добре и зле, но не может применять это знание во благо. В свою очередь, Джо предстоит еще многому научиться, прежде чем он достигнет необходимого уровня развития.

Однако вы прошли проверку прекрасно. В какой-то момент я начал сомневаться в успехе, но ты, Блэк, победил свою гордость, а ты, Филлис, — свою одержимость в любви. Вы оба пожертвовали собой, то есть выбрали единственно верное решение.

Так уж получается, что душевный кризис либо возвышает, либо ломает людей. Вы сделали шаг вперед, и я рад, что вам это удалось.

К сожалению или, вернее, к счастью, вы не можете вернуться в долину. Мы нуждаемся в вашей помощи на Транзите — планете, где создается общество таких людей, как вы. Прежде чем отправить вас туда, я должен удалить ваши воспоминания об этой беседе. Мне хотелось бы оставить их вам, но они могут нанести огромный вред Проекту на Транзите. Тем не менее я спрашиваю вас, согласны ли вы лишиться воспоминаний о нашей встрече?

— Делай как надо, — ответил Блэк. — Я верю, ты желаешь нам добра.

Чарбрасс навел на них небольшую белую трубку.