Лантерн. Русские сны и французские тайны тихой деревни - страница 70
Доктрина нового монашеского ордена, созданного Святым Домиником, опиралась на три столпа: глубокое теологическое образование, созерцание и активную миссионерскую деятельность. Он основал несколько женских и мужских монастырей, однако сам святой и его ближайшие последователи много странствовали, проповедуя слово Божие и живя исключительно подаянием.
Предания сохранили описания многочисленных чудес, которые совершал Святой Доминик. Одно из них – Испытание огнем – произошло в городе Фанжо, который был в то время одним из оплотов катарской ереси. В качестве аргумента в богословском споре между Святым Домиником и представителями альбигойцев судьи бросили в огонь книги, излагающие учение катаров, и книгу, написанную Святым Домиником. Все рукописи сгорели, и только книга Святого Доминика была выброшена из пламени таинственной силой. Трижды бросали книгу в огонь, и трижды она из него вылетала, что послужило для присутствующих бесспорным доказательством истинности изложенных в ней постулатов о милосердии Иисуса Христа и Непорочности Девы Марии.
– Не смущайтесь, Никита, – примирительно сказал Антиквар. – Здесь я в своей стихии, мне не сложно выглядеть всезнающим. Могу себе представить, каким беспомощным я окажусь на вашей территории. Чем вы, кстати, занимаетесь? Рекламой? Очень интересно. А все-таки буфет хорош! Какие благородные пропорции!
Они сделали еще пару кругов по салону, посидели в креслах XVIII века, сошлись во мнении об особой прелести китайской лаковой мебели и, наконец, ударили по рукам.
Это был тот счастливый случай, когда в результате сделки выиграли оба. Никита с восторгом представлял себе законченный интерьер гостиной, а дядюшка Натан был приятно удивлен тем, что покупатель так быстро принял решение. Обычно клиенты ходили к нему по многу раз, прежде чем совершить подобную покупку. Чутье подсказывало Антиквару, что контакт с Никитой мог принести новые плоды в дальнейшем – у парня был практически пустой дом, и, судя по всему, он располагал средствами. Отношения с таким перспективным клиентом стоило закрепить.
– Если не возражаете, я хотел бы пригласить вас на ланч, – предложил он.
Никита не возражал. Ему по-прежнему волновал вопрос взаимоотношений Изабель и дядюшки Натана. Сближение с Антикваром давало надежду все прояснить.
В маленьком кафе месье Морель, по всей видимости, был частым гостем.
За бокалом отличного домашнего вина потек неспешный разговор. Антиквар расспросил Никиту откуда он и как оказался в Лантерн. Поинтересовался, когда приедет его семья. Они с юмором, без всякого напряжения поговорили о политике и экономике. И все это время Никита никак не мог подобраться к самой интересной для него теме, об Изабель.
Наконец он решился на лобовую атаку. К этому моменту они уже называли друг друга по имени.
– Натан, расскажите немного об Изабель. В конце концов, именно благодаря ей мы с вами познакомились.
Антиквар настороженно взглянул на Никиту. Вопрос ему не понравился.
– Изабель рано осталась без матери. Я хорошо знаю ее семью, помню ее с рождения, поэтому забочусь о ней по мере возможности. Настолько, насколько она мне позволяет. Современные девушки, знаете ли, не в меру самостоятельны. А почему вы о ней спрашиваете, Никита?
Правдивый ответ Никиты не понравился бы дядюшке Натану еще больше, чем вопрос, поэтому он попытался отделаться общими фразами:
– Просто она очень помогла мне, хотя могла бы этого и не делать. Она показалась мне необыкновенной.
– А еще она показалась вам очень привлекательной. Правда? – Антиквар буравил Никиту суровым взглядом.
– Конечно, Изабель очень красивая девушка.
Этот бесспорный факт было бессмысленно отрицать.
На лице Антиквара мелькнула тень страдания. Его взгляд из сурового стал умоляющим.
– Никита, прошу вас! Даже если вам кажется, что вы увлечены Изабель, оставьте ее! Вы живете в другой стране, у вас есть жена и сын. Для вас это просто забава, очередная порция острых ощущений. А для Изабель отношения с вами могут стать трагедией. Я хорошо ее знаю, эта девочка способна на сильное чувство. Молю вас, не портите ей жизнь!
Он замолк на минуту, подбирая слова.
– Человеку не дано знать все последствия своих слов и поступков. Неразумные действия могут выпустить в мир таких демонов, управлять которыми вам не под силу. Помните, мы говорили о Святом Доминике? Он был человеком жертвенным и обращал заблудшие души исключительно силой слова и личным примером. Однако через десять лет после его смерти созданный им Доминиканский монашеский орден стал движущей силой машины смерти – Святой Инквизиции. Не думаю, что Святой Доминик видел свое детище именно таким, а если великий святой мог так ошибаться, что уж говорить о нас, грешных!
Требование отказать себе в свежих эмоциях во имя того, чтобы не испортить кому-то жизнь, показалось Никите абсурдным. До сих пор в подобных делах он исходил только из собственных интересов. Однако в голосе Антиквара звучало такое неподдельное чувство, что Никита невольно ему подыграл:
– У меня нет никаких намерений в отношении Изабель. Ко мне скоро приедет жена, мы некоторое время поживем в Лантерн, потом отправимся путешествовать. А почему вы так волнуетесь за Изабель? Она выглядит разумной девушкой.
– Не знаю. С одной стороны, да, она взрослая, ей скоро двадцать пять. А с другой…
Казалось, Антиквар думает о чем-то своем. Он помолчал, затем снова обратился к Никите:
– Судьба была не слишком добра к ней, поэтому я не могу не волноваться. Я дружил с ее матерью.
