Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны ( - страница 27

                Почтительный такой допреж был паренек:
                Захочет отдохнуть один-другой денек,
                   За месяц раньше клянчит.
                А нынче черт его, поди-ко-сь, не унянчит.
                   Глядишь: да точно ль это Нил?
                Как будто кто его, злодея, подменил!
                   Вечор потребовал получку.
                         "Зачем?"
                            "Как я в отлучку".
                (А сам впился в меня глазами — чуть не съест!)
                "Спросил бы загодя. Куда с такою спешкой?"
                "В Москву я, — говорит, да с этакой усмешкой. —
                         В Москву… на съезд".
                "Дорожка ровная: ни кочки, ни ухаба.
                Садись — кати… на съезд. Скажи хоть, на какой?"
                         "А на такой…
                   Приказчичий".
                         Смекаешь, дура-баба?!
                Все молодцы стоят кругом и ни гу-гу…
                А я уж совладать с собою не могу
                (Чай, есть и у меня… вот эти, как их… нервы!):
                   "Так вот вы по каким пошли теперь делам!
                   Так вот о чем вы по углам
                         Шушукалися, стервы!.."
                А кто всему виной? Приказчичий журнал!
                Он, он, проклятый, им мозги так взбудоражил!
                Да, нечего сказать, беду себе я нажил.
                Нет, Нил-то, Нил каков? Да ежели б я знал!
                         Спасибо, милый, разуважил:
                "В Москву — на съезд!.." Убил! Зарезал! Доконал!..
                На съезде, дьяволы, затеют разговоры
                         Про наймы, договоры,
                Про отдых, про еду… Найдется, что сказать!
                         Столкуются сынки с отцами,
                         Сведут концы с концами.
                Там долго ль круговой порукой всех связать?
                Попробуй, сладь тогда с моими молодцами!
                И выйдет: у себя ты в лавке — не хитро ль? —
                         Сиди, как аглицкий король,
                         Не на манер расейский:
                Законами тебя к стене-то поприпрут…
                Ох, матушка, скажи: я ль был не в меру крут?
                Аль чем был нехорош обычай наш житейский?
                Ведь всем им, подлецам, я был родным отцом.
                Ну, приходилося, обложишь там словцом,
                         Ино потреплешь малость, —
                Так по вине: прогул, аль воровство, аль шалость…
                Неблагодарные!.. Как дальше с ними жить?.."


                Тут наш Гордеич стал так горестно тужить,
                Что самого меня взяла за сердце жалость.
                Так басенку опять придется отложить.

...

1913 г.

Басня третья
СИЛА


                Купчиха в горницу глядит сквозь щель украдкой:
                   "Ох, господи!.. Войти ль!"
                Гордеич возится у образов с лампадкой:
                   Вправляет новенький фитиль.
                Решилася. Вошла. Глядит убитым взглядом.
                "Что, мать? — мычит купец. — Садись со мною рядом…
                         Гляди-ко веселей.
                Про съезд приказчичий пришли какие вести!
                Ну, прямо, будто кто, заместо векселей,
                Наличностью поднес мне тысяч двести!
                Как, значит, съехался весь этот подлый сброд,
                Так с первых слов: "Мы — кто? Мы — трудовой народ…
                Мы, дескать, сотворим… свободные… скрижали!"
                   Ан, тут им, голубкам, хвосты и поприжали!
                      "Мы"? Что за важность: "мы"??
                "Мы — пролетарии…Мы — сточки зренья нашей…"
                "Что? — тут начальство им. — Так вы смущать умы?!
                   Городовой! гони их взашей!
                   Чего, мол, с ними толковать
                   Да драть напрасно глотку?"
                   Того-другого — хвать!
                         И за решетку!
                Где, мне узнать бы, Нил? Влетело ль и ему?
                   Аль дал, мошенник, тягу?
                Сюда заявится? Ну, я ж его приму,
                         Бродягу!
                Метлой его! Метлой, злодея, за порог!
                         Я нынче строг!
                   Я покажу, чья сила:
                Всех молодцов скручу, согну в бараний рог!
                   У, дьяволы! Чума б вас всех скосила!"
              . . . . . .
              . . . . . .
              . . . . . .
                Гордеича сейчас, пожалуй, не унять.
                      И потому, как ни обидно,
                А басне без конца придется быть опять
                      Надолго ль, — будет видно.

...

1913 г.

Басня четвертая
ЗАЩИТА


                           Приказчичий союз


                Гордеич потчует в трактире Кузьмича: