Изгнанники. - страница 25
Не его дело, правда. Мурена не была ранена. В продавце не нашлось ничего такого, от чего дракон обязан был её защитить. Само Впечатление оказалось чрезмерно огромным, неохватным, она потерялась в нём. Огляделась, изумилась, обошла… Потрясённая, вышла на белый свет.
Мурена увидела дно Великого Моря, не того моря, где вылавливают коряги и собирают раковины, жемчуг, кусочки битого стекла, а самое дно, где под снегом спят Восходящие, бескрайнюю, Заснеженную Степь. Над ней колышется брюхо океана, роняя снежинки, обрушивая снега, сметая бураны, гоняя позёмки, и падая, падая, падая безветренным снегопадом. Который никто не видит, некому. Пока не начнёт спускаться Коронованный, Дарующий-Силы, Царь-на-Троне, идя на единственный манок для дроидов, который неотделим от Восходящего в мир. Пришло время. Тогда свет дроида охватывает степь от края до края, озаряет каждую снежинку над ней.
Картина сама по себе завораживающая, достойная того, чтобы смотреть на неё часами. Но там были — близнецы! Прекрасные, безмятежно спящие рядом. Зов один. Дроид один. И он взял одного! А второй остался... Мурена видела его глаза, открывшиеся первый раз в жизни, снегопад, отразившийся в них, и удаляющийся абрис прекраснейшего дроида на свете.
"Я найду его... — шептала Мурена в забытьи. — Он есть, я знаю... Даже если прошли тысячи лет, если пройдёт ещё столько же... Он есть... Я найду его..."
Самые противоречивые порывы запутались в один клубок. Мурена не могла бы стать хищницей, по сути, дикий любознательный зверёк, для которого день прожит впустую, если в который раз не проверены свои силы и не открыты новые горизонты, но хищницей... Это другое. И вот, впервые в жизни она столкнулась с болью сострадания, несправедливости! Посмотрела в глаза существу, в отличие от Изгнанников, не получившему и одного шанса!
И сочувствие, и любопытство, и жадность. Мурена знала о хищниках моря достаточно, чтобы утвердиться в мысли: они бессильны, возможно, даже слепы перед этой куколкой, чистой нулевой фазой. Он, Невзошедший, пройдёт сквозь тени, как нож — масло, как иголка, беспрепятственно. А что дальше? Не имея помощи дроидов, не ведая Впечатлений древнего мира, эпохи до дроидов, какой он сейчас? Проникая в хищные тени, в Морских Гигантов, он ли управляет потоками их зацикленных теней-основ? Или сам бессильно кружится в этих потоках? Он представлялся Мурене то потерявшимся ребёнком, ищущим спасения, то владыкой Великого Моря, подчинившим его хищников, управляющим ими, как дроид глава семейства принадлежащими ему дроидами, то вещью, чудесным артефактом, давно утратившим Огненный Круг, цельным, неразрушимым отпечатком чистоты и горя.
— Даже если тебе ничего не надо, — Бест сидел на корточках над Муреной, свернувшейся клубком, — я понял, ты всё знаешь, всё на свете видела уже, но жить без воды нельзя. Попей! Не нужно тебе это Впечатление, мешает, так возьми и смой, но совсем без воды невозможно...
Гроза бушевала над Морской Звездой, совсем недалеко от пещер, молнии, разветвляясь перевёрнутыми кронами, уходили в землю. Белые Драконы со своими всадниками носились в потоках дождя. Борей вернулся весь мокрый, что-то мурлыкая, сел у стены… Сорвался и улетел снова. Мурена лежала неподвижно. Не всё она знала, не всё видела, в том-то и суть, но возможность поделиться сомнениями, особенно с Бестом, была для неё полностью исключена. Выводами — пожалуйста. Трофеями — сколько угодно. Предположениями? Тоже. Но проблемой — характер не тот. Её мысль металась между тремя равновеликими, равноудалёнными вершинами вероятности. Металась и металась, кружила и кружила. А чем меньше в человеке, в полудроиде воды, тем легче поначалу вращается его Огненный Круг, медленней исчерпывается срок жизни, но и мысли слушаются хуже. Ей бы следовало спросить себя: и что? Что мне даёт, оказавшись истинной, любая из этих версий? Остановившись на одной, выберу ли я способ действий отличный от единственного — идти наобум и напролом? Или, может быть, рассмотреть перспективу: если — то? Если он выжил, если Впечатление недавних времён, и он всё ещё юн, затерянный в глубинах, как он мыслит, не зная помощи дроидов? Примут ли они его? Сделают ли Восходящим, раз прежде не сделали? Если он вырос и сам смог отнимать Впечатления, ловить на поверхности, накапливать, объединять, делать тени? Если он сам — пресловутое Морское Чудовище, что даёт эта встреча? Удовлетворение любопытства и гибель? А если всё так и случилось, но только давным-давно? Если его Огненный Круг остановил вращение? В глубинах моря движется по инерции лишь удивительный артефакт, тень человека, не знавшего помощи дроидов. И что? Она сможет эту тень присвоить? Использовать?..
Даже этих, промежуточных вопросов Мурена не задавала себе. Она безостановочно по кругу перебирала одну вероятность за другой, словно в её власти решить, каким ему плавать там, в океане.
Обеспокоенный состоянием, Чёрный Дракон, уже несколько дней видимый, не отходил от неё, лежал, обогнув хвостом, а голову положив у ног. Кто-то подошёл и одну за другой вылил несколько больших раковин Впечатлений ей на голову: вилась среди леса дорога, размеренный стук, город издалека, много старинных книг ровными рядами. Кто это был? Бест Наверняка. Мурена приоткрыла глаз и увидела рядом его круглое колено. Её всегда поражала эта его способность, будучи по природе ненавязчивым, а часто и неуловимым, оказываться рядом с новичками первым, а ещё со всякими ранеными и убогими, вроде того, что она представляла собой сейчас. Вот же, остальные заняты, нашли пещеру и расширяют её, он здесь...
