Цепной пес империи. Революция - страница 144
– Маэл!
– Есть, ваше величество!
Ни Тириона, ни Арьи рядом уже не было.
Толпа внизу взбесилась. Крики слились в один сплошной гул, вспыхнуло множество драк, раздались выстрелы. Люди разделились на тех, кто обрадовался выстрелу в Аврелия, и тех, кто пришел от этого в ужас.
Оратора, радостно кричавшего на постаменте памятника о смерти императора, стащили вниз и начали буквально втаптывать в брусчатку. К нему пытались пробиться его товарищи, в ход пошли ножи и дубинки.
– Тихо!!! – гаркнул я на всю площадь, взмахивая рукой, раскат грома оглушил людей, и на пару секунд они замерли. – Император жив! Но пусть тот, кто стрелял в него, знает, что я найду его даже на краю мира! С того света вытащу!!!
Люди слушали меня не так внимательно, как Аврелия минуту назад, но мне и этого было достаточно.
– А теперь расходитесь по домам! Вы хотели увидеть императора, и он вышел к вам! А теперь расходитесь!
– Или что?!
– А ты сюда посмотри, горлопан!
Из открывшихся ворот выходили горцы, босые и раздетые до пояса. Крепкие бойцы на ходу разминались и потирали здоровые кулаки.
– Кто тут смелый?! Айда стенка на стенку! Мы тут уже заскучали в казармах сидеть! Давай разомнемся!
Драться с горцами желающих не нашлось. Люди медленно пятились назад, самые умные уже спешили уйти с площади.
– Ну что же вы?! Вы ж рэволюционэры?!
Видя, что толпа начала расходиться, я спрыгнул со стены вниз, затормозив свое падение магией. Немедля бросился к месту, с которого стреляли. Но время уже было упущено, убийца давно успел скрыться. А куда, интересно, Тирион с Арьей делись?
А они уже были на месте. Тирион тяжело дышал, а Арья внимательно все осматривала, в поисках возможных следов.
– Не догнал, – хрипло ответил Тирион. – У них лошади были.
– Запомнил?
– Двое в черных плащах, один вроде волшебник.
Интересно, было ли это заранее продуманным планом или блестящей импровизацией? Я думал, зачинщики бунта не ожидали, что император выйдет к народу. Но они ведь могли и не знать о снайпере. Или же вообще они никак друг с другом не связаны. Одни готовили бунт, а другие – убийство.
Рана Аврелия была не смертельной, но достаточно серьезной. Он полулежал-полусидел на кровати, под спину ему подложили кучу подушек.
– Дайте лучше вина, да покрепче. – Император отмахнулся от протянутой кружки с лекарством, но не тут-то было.
– Ваше величество, потом вы можете меня казнить, но сейчас я вам запрещаю употреблять вино! Категорически запрещаю!
Худой врач с невыразительным лицом стоял с непреклонным видом. Император долго смотрел на него, но тот не дрогнул.
– Давай свое пойло!
– Ваше величество, вам не стоит идти завтра на бал.
– Нам только слухов не хватало о моей смерти, – отрезал император.
– На бал вместо вас может пойти двойник.
– Ни к чему. Я пойду сам.
Мы с капитаном гвардии переглянулись. Делать нечего, раз император собирается идти на бал, нам придется обеспечивать его безопасность.
– Маэл, можешь что-нибудь сказать?
– Пока ничего определенного.
– Сможешь их найти?
Хороший вопрос…
– Не знаю. Мне кажется, что проще убить всех ваших врагов. Кто-нибудь из них обязательно будет виноват.
– Интересная мысль, надо будет ее обдумать. – Аврелий повернулся к своему секретарю. – Доклад о положении на фронте через полчаса. Совещание с адмиралами провести прямо тут. Все остальное по графику.
– Вам стоило бы отдохнуть…
– А править ты за меня будешь? Ты врач? Вот и следи за тем, чтобы я не умер раньше времени.
К вечеру удалось схватить и допросить нескольких организаторов митинга. Как я и думал, они ничего не знали о готовящемся покушении. Что еще хуже, им даже денег никто не платил. Они исключительно сами, по собственной инициативе решили захватить дворец и заставить императора отречься от престола.
Еще через пару часов все члены их «Партии народного единства» сидели в одной камере и выясняли, кто кого первым сдал. Но сколько еще таких вот умников в Райхене и что еще они планируют? Начнись сегодня бойня у дворца – этим сразу бы многие воспользовались.
Вечером, на большом семейном совете, мы решали, кто пойдет на бал, а кто нет. После короткого обсуждения я решил, что пойдут все, кроме моих родственников – Сенека Исмара, Далии Лавантейн и Инги Лебовской. Им нужно было охранять дом, а всем остальным я приказал веселиться.
Утром я проснулся от криков на улице. Открыв окно и выглянув, увидел мальчишку, бегущего по двору без шапки и в наполовину расстегнутой куртке. В руках он держал пачку газет.
– Победа! Победа у Эль-Ламейна! Противник разбит! Купите газету, господин! Блестящая победа!
Тирион выбежал на улицу и купил у пацана сразу две газеты. Одну он кинул мне.
– Что случилась? – недовольно спросила Арья, закутываясь в халат. – Закрой окно, холодно.
– Восемнадцатый кавалерийский корпус, нанеся с марша удар во фланг наступающим на оазис Эль-Ламейн кунакским войскам, перерезал линии снабжения, разгромил несколько артиллерийских батарей и захватил большой обоз. Оставшись без снабжения и с корпусом генерала Ланава в тылу, кунакцы прекратили наступление и перешли к обороне. Воспользовавшись этим неожиданным ударом, генерал Альба Логнеций прорвал ряды противника и обратил его в бегство. Вместе с кавалерией восемнадцатого корпуса он полностью разгромил противника, захватил артиллерию и не менее трех тысяч пленных, включая генерала, командовавшего кунакскими войсками.
