Зерно Ненависти - страница 51

И Леста, и Джувенел потеряли дар речи. Некрис был уверен – у дагуэры, как у него сейчас в голове крутится один вопрос – зачем Шелане понадобились эти кольца?

– Надеюсь, вы передумали их покупать? – осведомился Ледар.

– Вообще – то нет, – задумчиво протянул маг, чем заслужил непонимающие взгляды от охотника и возлюбленной.

– Ты позволишь ей обладать такой магией? – изумленно прошептала дагуэра ему на ухо.

– Леста, у меня нет выбора, – так же тихо ответил некрис. – Если я хочу освободиться от оков Шеланы, мне необходимо принести ей кольца. И следить, чтобы она не надела одно из них мне на палец.

– Да, пусть надевает его кому – нибудь другому, – ядовито произнесла девушка.

– Послушай, у нее в запасе, я уверен, есть кое-что и пострашнее этого артефакта. Я же не могу отвечать за действия Шеланы! Если я не выполню это задание, я уверен – она воспользуется этим и будет третировать меня всю оставшуюся жизнь. Ты этого хочешь?

Леста подавленно молчала.

– Значит, решено, – подвел итог Джувенел и повернулся к Ледару. – Сколько вы хотите за эти кольца?

Охотник, невесело усмехнувшись, покачал головой.

– Не понимаю, с чего ты решил, что я буду их продавать. Кажется, я сказал это в самом начале, и с тех пор мое мнение не изменилось. И не изменится никогда.

– Но почему?

Ледар посмотрел на Джувенела так, будто раздумывал, достоин ли тот ответа. Решившись, охотник произнес:

– Я уже несколько лет не продаю и не отдаю найденные артефакты потому, что одна такая сделка обернулась жуткой трагедией. Я до сих пор расплачиваюсь за свою страшную ошибку.

– Что вы имеете ввиду? – с тревогой спросила Леста.

– В том, что происходит в Реттике, виноват я, – признался Ледар.

– Не понимаю, – произнесла Леста, – вы хотите сказать, что исчезновение призраков в Реттике – дело ваших рук? Но как это может быть?

– Не моих рук это дело, – поморщился Ледар, – но произошедшее в Реттике напрямую связано с моей работой. Во время вылазки в очередные руины Древних я случайно набрел на сгоревший дом, за это время от него остался только пол и сгоревшие брусья. И безобразного вида кукла. Точнее, она не была уродлива, но внушала нешуточный страх, даже не знаю, почему.

Кукла лежала рядом с пепелищем, целая и невредимая. Конечно, она была вся в копоти, да и ее одежда порядком потрепалась, но я все же взял ее с собой, решив продать в столице под видом бывшей игрушки ребенка Древнего. Правда, сам я в этом сомневался – на поверхности куклы не было никакой магии, да и вряд ли бы она пролежала так долго – охотники на артефакты забредали и не в такие дали.

В общем, продать куклу в Дельскаре мне так и не удалось, хотя первоначальную цену в итоге я скинул в несколько раз. Вернулся домой, в Реттику и пожаловался Датрику, одному из друзей, тоже бывшему охотнику. Он взглянул на куклу и загорелся желанием ее купить. Датрик вообще любитель всего странного и уродливого. Я назвал смешную сумму – на тот момент я лишь хотел поскорее от нее избавиться. Жуткая кукла, она никогда мне не нравилась. В общем, игрушка перекочевала в карман Датрика.

– И… что случилось потом? – спросил Джувенел, ожидая услышать самое худшее. – Надеюсь, с вашим другом все в порядке?

– Жив ли Датрик? Да. Но все ли с ним в порядке? Нет, я бы так не сказал, – с тяжелым вздохом произнес Ледар, запустив пальцы в седые волосы. – Когда он принес куклу домой, показал ее своей дочке, Тинаре. Она была в восторге – вымыла куклу, расчесала и зашила ее одежду. Ходила с ней, не расставаясь. Потом Датрик начал замечать странности. Тинара при нем болтала с куклой так, будто та была живым человеком. Причем девочка утверждала, что кукла – это он и зовут его Нихт.

На этом странности не закончились. Через какое – то время Тинара, подойдя к отцу, сказала, что Нихту скучно, и он хочет, чтобы жители Реттики устроили ему день рождения. Датрик посмеялся над словами дочки, предложив ей самой устроить кукле праздник. На следующее утро он увидел Тину с огромным кровоподтеком на лбу. Перепугавшись, спросил, что случилось. Девочка сказала, что ночью нечаянно врезалась в стену.

– Ох и ничего себе! – не сдержавшись, воскликнула Леста. – И он в это поверил?

– На тот момент да, – ответил охотник за артефактами. – Но то, что происходило дальше, привело его к догадке, что с куклой что – то неладно. Каждый раз, когда Тинара высказывала волю Нихта, а Датрик ее не исполнял, с девочкой что – то случалось. Последний раз, когда она в двух местах сломала ногу, Датрик не выдержал. Он во второй раз в жизни взял куклу в руки и спросил, что ей нужно.

– И кукла что, ответила? – опешил Джувенел.

– Разумеется, нет – Датрик ничего не чувствовал и не понимал. Тогда он задал тот же вопрос дочери. Тинара сказала, что кукла хочет поклонения всех жителей Реттики, в противном случае они будут обречены. Нихту было подвластно вбирать в себя души, питаться ими, и через Тину он пригрозил – если селяне откажутся, то они лишатся своих душ, и шанса попасть после смерти в Мертвый мир у них не будет. Думаю, вы понимаете – люди были готовы на многое, лишь бы после смерти остаться рядом с родными.

– Вы пытались как-то его остановить? – тихо спросила дагуэра.

– Пытались. Куклу хотели сжечь, закопать или порезать на лоскуты. Но все, кто прикасался к ней с целью причинить вред, вскоре получали серьезные увечья – их будто вела по жизни чужая рука. К счастью, никто не умирал, но… Люди боятся того, что Нихт просто набирается сил, и смерть всей деревни не за горами.

– Значит, это все – таки кукла Древнего? – уточнил некрис.