Чародейская Академия. Книга 1. Санта-Ралаэнна - страница 73
Вновь смешки в зале.
– Тихо! – рявкнул Саграно. И, переключаясь на студентку, – продолжайте, мадемуазель Люсти. Мы внимательно слушаем. Поясните, пожалуйста, мысль о том, что иллюзии, согласно вашим словам, как правило, не могут причинить физический вред. Значит, допускаете возможность воздействия их не только на разум, но и на тело?
Теперь не только Гека, но и Эрик во все глаза смотрел на Жанну. Столь разительная перемена в обращении, совсем как в том анекдоте: на «вы», да по фамилии… Неужели и впрямь француженка владеет секретом обольщения, позволяющим растапливать сердца из льда и гранита? Не зря, видно, хвалилась, что даже Саграно ей нипочём. Как бы кое-кто из них совсем голову не потерял.
– Разумеется. Если иллюзии создаёт Мастер, или, тем паче, Великий Мастер, – Жанна кокетливо наклонила очаровательную головку в сторону учителя, слегка тряхнув кудряшками, – он может вложить в заклинание дополнительную силу, дав создаваемому образу некоторые черты индивидуальности и возможность использования определённого запаса собственной магической энергии. Простейшим примером в данном случае является заклинание Фантомная Личность. Подобная иллюзия способна превратить энергию хозяина в собственные заклятия и нанести повреждения заклинаниями типа Огненного Шара или Магического Кулака.
– Во! Слышали? Когда человек учится, это сразу видно! Можете садиться, мадемуазель. А остальные чтобы к следующему занятию подготовились создавать простейшие иллюзии! Всё, занятие окончено!
Уже за порогом аудитории компания друзей собралась вновь.
– Молодцы, ребята! – с чувством произнесла Таисия, восхищённо глядя на героев сегодняшнего занятия. – Честно говоря, не ожидала, что не испугаетесь держиморды и вызоветесь сами. Какое счастье, ещё не перевелись настоящие мужчины! А за это вот вам награда от всего женского коллектива!
И она от всей души расцеловала сначала одного, потом другого. Эрик немного растерялся, а Олаф снова покраснел.
– Ну а теперь ваш черед развлекать преподавателя, – обратилась она к Джо и Фэну. Надеюсь, завтра Асфарг будет потрясён глубиной ваших знаний. Распределите роли между собой, чтобы не получилось дублирования. Я тоже подготовлю что-нибудь не очень сложное из жанра альтернативных стихий, раз уж сегодня выступать не пришлось. А теперь…
Она взглянула на часы.
– Есть предложение: до обеда ещё порядочно времени, пошли купаться.
Никто не возражал.
Глава 32
Они успели вовремя: когда возвращались, на горизонте начали скапливаться тучи, а вскоре пошёл самый настоящий ливень. Сквозь окошко уютной столовой сплошная стена дождя настраивала на философский лад, и вовсе не вызывала раздражения. Особенно после двух недель жары, когда на небе не появлялось ни облачка. Воздух наполнился свежестью, запахом цветов и хвои, и дышать стало приятно.
Поскольку, тем не менее, прогулки по острову временно отменялись, все разбрелись по своим каморкам. Гека взялся за штудирование учебников по магии Природы; Эрик после вчерашних проработок обширной литературы по волшебству Духа не испытывал ни малейшего желания учить что-либо, и потому решил наведаться в библиотеку взять какую-нибудь книжку попроще, а заодно и спросить о некоторых интересующих его вещах.
Однако, подходя к хранилищу мудрости тысячелетий, он столкнулся со спешащим куда-то Мастером Халидом.
– Ой, Халид-ага, а я как раз к вам собирался…
– Извини, мой юный друг, меня срочно вызвали туда! – старик показал пальцем на потолок. – Приходи через час, вряд ли я задержусь надолго.
И Эрику ничего не оставалось, как вернуться к себе и появиться вновь спустя означенное время.
Дождь почти прекратился, однако хмурые тучи застилали почти всё небо, создавая ощущение преждевременно наступивших сумерек. Поэтому вновь горел светильник – тот самый, что и во время его первого посещения библиотеки, сразу по прибытии в Академию. Мастер Халид успел вернуться и суетился где-то у дальних стеллажей, перекладывая книги.
– Это ты, Эрик? – спросил он издалека. – Через минутку освобожусь и подойду. Чай пить будешь?
Особого желания к чаепитию Эрик не испытывал, но обижать старика отказом не хотелось, и он согласился.
– Тогда иди по левой стороне, пока не доберёшься до внутренней комнаты.
Аккуратно приоткрыв дверцу стойки, Эрик проник внутрь. Двигаясь вдоль крайнего слева стеллажа, примыкающего к стене, и стараясь не задевать выступающие корешки книг, иногда столь ветхих, что казалось, тронь – и рассыплются на отдельные страницы, он добрался до небольшого освещённого коридора, приведшего в апартаменты главного распорядителя книжного богатства.
Скромная комнатка, собравшая в себе по минимуму всё необходимое для работы и жизни. Два стола – письменный и обеденный, двустворчатый шкаф, потемневший от времени, старомодная кровать, покрытая расписным покрывалом, а рядом – окованный железом деревянный сундук, на котором располагалась вазочка с засохшими лесными цветами. Письменный стол завален книгами, тетрадями, обрывками листов с записями на незнакомых языках. Из осветительных устройств – два больших светильника на противоположных стенах, поскольку окон не имелось. Однако то ли благодаря вентиляции, то ли из-за сквозных отверстий, невидимых глазу, отсутствовал специфический аромат затхлости, присущий каменным мешкам. Скорее наоборот: здесь куда свежее, чем в основном зале книгохранилища.
Неслышно сзади возник хозяин жилища.
– Нравится моя скромная лачуга? Присаживайся на лавку и располагайся как дома. Сейчас быстренько подогрею самовар, да приготовлю зелёный чай. Могу спорить, такого тебе пить не приходилось: он заваривается по старинному оригинальному рецепту восточных купцов и призван сохранять бодрость тела и ясность духа во время долгих караванных переходов.
