Танки - страница 28
Им было приказано найти и уничтожить колонну русских. Гоззо знал о том, что должен произойти заранее подготовленный взрыв. Собственно, его он и ждал. Но его люди были не в курсе подобных деталей, и теперь они вопросительно уставились на своего командира…
Подобные диверсионные группы не были редкостью в те времена на территории СССР. Дело в том, что гитлеровское командование, сделав в готовящейся войне основную ставку на свои мощные вооруженные силы, не забывало и о ведении так называемой «тайной войны» против Советского Союза. Подготовка к этому шла полным ходом, и всевозможные диверсии против Страны Советов фашисты старались вести постоянно и в самых широких масштабах. Активность этих действий резко возросла после захвата Польши осенью 1939 года и особенно после победоносного окончания французской кампании. По оценкам, в 1940 году число шпионов и агентов, направленных на территорию СССР, увеличилось по сравнению с 1939 годом почти в четыре раза.
Понятно, что советские пограничники не дремали, и в течение предвоенного года было задержано около пяти тысяч вражеских лазутчиков.
В 1940 году начальник штаба верховного главнокомандования вооруженными силами Германии генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель и начальник штаба оперативного руководства верховного главнокомандования Вермахта генерал Альфред Йодль подписали директиву, адресованную всем разведывательным и контрразведывательным органам. В ней им предписывалось уточнить имеющиеся данные о Красной Армии, об экономике, мобилизационных возможностях, политическом положении Советского Союза, о настроениях населения и т. д. Также предписывалось вести активную подготовку разведывательно-диверсионных мероприятий с целью обеспечения скрытой подготовки к агрессии.
Естественно, важную роль в подготовке войны против СССР играл Абвер, который был одним из наиболее осведомлённых, разветвлённых и опытных секретных органов фашистской Германии по подготовке «тайной войны». Особенно широко Абвер развернул свою деятельность с приходом 1 января 1935 года в «Лисью нору» – так называли сами гитлеровцы главную резиденцию Абвера – сухопутного адмирала Канариса, который стал всячески укреплять своё ведомство.
Наверное, об этом следовало рассказать раньше, но центральный аппарат Абвера состоял из трех основных управлений. Непосредственным центром сбора и предварительной обработки всех разведывательных данных, касающихся сухопутных войск иностранных армий, в том числе Красной Армии, являлось управление военной разведки «А-1», возглавляемое генералом Гансом Пикенброком.
После предварительной обработки управление «А-1» представляло данные военного характера в главные штабы различных видов вооруженных сил.
Управление «А-2», которым руководил полковник Эрвин Лахузен фон Вивремонт, занималось подготовкой и проведением диверсий, террора и саботажа на территории других государств.
И, наконец, управление «А-3» во главе с полковником Францем фон Бентивеньи осуществляло организацию контрразведки внутри страны и за границей.
В систему Абвера входил также разветвлённый периферийный аппарат, всевозможные специальные органы и абверкоманды при всех армиях и равных им соединениях. Даже к отдельным дивизиям прикомандировывали офицеров Абвера.
Параллельно с ведомством Канариса работал другой орган разведки – так называемое Шестое управление Главного управления имперской безопасности, которое возглавлял Вальтер Шелленберг. Во главе Главного управления имперской безопасности стоял Рейнхард Гейдрих.
По сути, Канарис и Гейдрих были шефами двух конкурирующих разведслужб, и они вели постоянную грызню за «место под солнцем». В частности, кабинеты Абвера были нашпигованы микрофонами, и их находили даже в кабинете Канариса. Канарис же, как только он стал главой Абвера, стал бороться против Гейдриха, используя козырную карту – информацию о том, что Гейдрих не был чистым арийцем, и в нём текла в том числе и еврейская кровь.
У немцев имелось несколько десятков учебных центров по подготовке агентуры для засылки на территорию СССР. Один из таких «учебных центров» находился в малоизвестном отдаленном городке Химзее, другой – в Тегеле под Берлином, третий – в Квинцзее, близ Брандербурга. Будущие диверсанты обучались там различным тонкостям работы на «восточных территориях». В этих центрах, помимо казарм, стрельбищ и учебных зданий, стояли макеты мостов и переездов, пролегали участки железнодорожного полотна, и обучение максимально приближалось к «реальным» советским условиям.
А ещё Канарис приказал создать специальный орган «Абвер-заграница», получивший условное наименование «штаб Валли». Во главе «штаба» стоял опытный разведчик полковник Гейнс Шмалыплегер, и под его руководством мощные радиостанции постоянно следили за эфиром, перехватывая передачи советских военных и гражданских радиостанций. Также у него были специальные лаборатории, типографии, мастерские по изготовлению различного вооружения, советской военной формы, знаков различия, фальшивых документов, печатей, денежных купюр и других необходимых для диверсантов вещей.
Для выполнения в советском тылу диверсионно-десантных операций Абвер имел также свое «домашнее» войско в лице головорезов из батальонов «Бранденбург-800», «Курфюрст», «Нахтигаль», «Роланд», «Бергман» и других подразделений, формирование которых началось в 1939 году. Эти так называемые части особого назначения в большинстве своем были сформированы из украинских и прибалтийских националистов, а также бывших белогвардейцев и прочих сомнительных типов.
