Найти Джейка - страница 48

На мгновение в голове мелькает вопрос: на чем, собственно, строятся мои планы? Откуда я знаю, как надо действовать в подобных обстоятельствах? Из кино? Сериалов? Из дешевых детективов? Там обычно описываются драматические поступки героев, решения на грани жизни и смерти, судьбоносные открытия. Но на деле все происходит не так. Вам необходим шанс, счастливый случай. До этого момента вас швыряло от одной точки к другой наобум, порывами ветра судьбы. Но мне нужно вырваться из порочного круга. Это единственный способ найти сына.

Больше всего меня пугают любые новости, от них ничего хорошего ожидать не приходится. Отчасти я даже боюсь найти сына, потому что все предположения раскладывались на два простых сценария: либо Джейк мертв, либо он убийца. И, как только что-то станет известно, один из этих сценариев окажется правдой. На глубинном, инстинктивном уровне я не хочу допустить ни того, ни другого.

Я открываю глаза. Где я? Прикован наручником к скамье. Я в полиции, я арестован. Сквозь туман усталости и боли я вспоминаю предъявленное обвинение — противодействие правосудию. Мне оно кажется бессмысленным, но какая разница? Когда меня приведут на допрос, я не собираюсь унижаться. Я потребую, чтобы полицейские рассказали мне, что они сделали для того, чтобы найти моего сына. Я не позволю страху взять надо мной верх. Я обязан держаться ради Джейка.

Мне не приходится долго ждать. За мной снова приходит детектив. Моя соседка по камере, потрепанная жизнью пятидесятилетняя женщина в красном платье и клочковатом парике, при виде него раздвигает ноги и облизывает губы. Я отвожу взгляд.

— Мы хотели бы задать вам несколько вопросов, — ровным тоном говорит коп.

— Мне нужно сделать один звонок.

Он отводит меня к вделанной в стену телефонной будке и отходит на десять шагов в сторону. Я набираю номер Рейчел.

— Ты где? — спрашивает она устало.

— Меня арестовали.

— Что???

Я стараюсь объяснить ей, что я делал, но даже мне самому мои действия кажутся сейчас нелепыми. Жена некоторое время молчит, потом спрашивает:

— Джонатан уже там?

— Нет.

— А он придет?

— Нет, — говорю я, не желая еще больше злить Рейчел.

— Значит так, я сейчас приеду. До моего прихода храни полное молчание.

Я не собираюсь молчать, но покорно выслушиваю все, что она велит мне сделать. А затем послушно следую за детективом. Я не боюсь вопросов полиции. Я хочу получить ответы на собственные вопросы.

Коп приводит меня в маленькую квадратную комнатку, где стоят стол и два стула. Я хмыкаю, увидев «зеркало» на стене. Как будто это может кого-то обмануть.

— Садитесь, — говорит детектив.

Его голос звучит чуть поживее, по сравнению с предыдущей монотонной интонацией.

Я сажусь на стул.

— Вы понимаете, почему вы здесь?

Я улыбаюсь:

— Потому что меня обвиняют в противодействии правосудию.

— А вам известно, почему вам предъявляют это обвинение? — Теперь его голос звучит почти нормально.

— Нет, неизвестно. Надеюсь, вы меня просветите.

Коп наклоняется и берет с пола коробку, которую я сначала не заметил.

Взяв коробку двумя руками, он поднимает ее над столом, и через прозрачный пластик я вижу куклу, которую нашел в лесу. Она таращится на меня своими дикими глазами. Все ее члены согнуты под неестественными углами.

— Вы нашли это, не правда ли? А что вы сделали, чтобы найти моего сына? — Я гляжу на нее, не отводя взгляд.

Детектив бросает куклу на стол:

— Ваш сын подозревается в массовом убийстве. В настоящее время нашей первейшей заботой является безопасность окружающих. Нам также стало известно о том, как агрессивно вы вели себя с журналистами сегодня утром.

Я предпочитаю проигнорировать это замечание.

— Вы не имеете ни малейшего понятия, где Джейк сейчас находится, не так ли? Вы уже говорили с кем-нибудь? Вы вообще делаете хоть что-нибудь или нет?

Меня бьет дрожь. Я готов броситься на него. Не склонный к насилию, я последний раз дрался, наверное, в классе пятом, но теперь мне нестерпимо тянет разбить этому мерзавцу нос.

— Поверьте мне, сэр, мы непременно найдем вашего сына, пока он не нанес вред кому-нибудь еще.

— А вот это вы зря сказали.

Детектив явно растерян. Забавно наблюдать такую реакцию у человека его положения и темперамента. Но он понимает, что я имею в виду. Разговор, скорее всего, записывается, и каждое выражение предвзятости рано или поздно всплывет на суде, будь то гражданский или уголовный процесс. Когда вы женаты на адвокате, то поневоле начинаете в этом разбираться.

— Как давно вам стало известно, что ваш сын собирается причинить вред окружающим? — спрашивает коп.

Прежде чем я успеваю ответить, дверь распахивается и в комнату входит Джонатан, непринужденный и вальяжный, как всегда.

— Рад видеть тебя, Саймон, — говорит он и поворачивается к детективу: — Можно мне тоже стул, будьте так добры.

Появившийся в дверях полицейский в форме жестикулирует, приглашая коллегу выйти. Адвокат немедленно садится на освободившийся стул. Невозмутимое лицо Джонатана в мгновение ока меняется, и он поворачивается ко мне.

— Как вы сюда попали? — удивляюсь я.

— Приехал на такси.

— Нет, серьезно. Как вы узнали, что я здесь?

— При помощи сканера для прослушки частот полиции.

— Неужели вы этим занимаетесь?

Джонатан улыбается:

— Не я сам, конечно, мои сотрудники. Что ты успел сказать копам?