А теперь держи меня - страница 32

Таран берёт один из рюкзаков и бросает другу — парень ловко ловит его.

— Егор с Соней, — второй рюкзак парень грубо пихает в руки Шторму, и тот кривится. — Я с Машей и с Матвеем.

— Чёрта с два!

— Вот нихрена!

Одновременно возмущаемся я и Егор. Переглянувшись с парнем, я немного смущаюсь.

— Маша поедет со мной, — уверенно говорю я. — С тобой я её не оставлю.

— И Матвея тоже, — заявляет Шторм. — Ты его бросишь где-нибудь на дороге.

Таран убирает назад волосы, шумно вздыхая. Его лицо после стычки со Штормовым покрыто синяками и ссадинами, выглядит парень немного жалко.

— Слушайте, — он пытается говорить спокойно, но получается у него с трудом. — Это самый оптимальный вариант. Разделиться по двое. Хочешь отправить девчонок одних? — Андрей смотрит на Егора. — Маша накосячит в первый же день, она не в себе, а Соня нужна Малийскому, значит в приоритете.

— Как и я, — перебивает его Шторм. — Всё будет направлено на меня. Со мной всем опасно.

— Чушь, — Таран отмахивается, снова роясь в сумке. — Когда мы разделимся, никто не будет знать, кто мы и куда мы отправимся. Мы запутаем их с помощью документов. Я поменял всё местами, главное, к копам не лезть, иначе в участке сразу поймут, что они поддельные.

— Сейчас не поняла, — Кристина бросает остатки сигареты на подоконник, которую уже успела раскрошить в руках.

Андрей показывает на стопку документов, лежащих на столе.

— Разбирайте, — бросает он, чуть отходя в сторону. — Я перепутал нас всех местами. Егор теперь Рома. Я — Матвей. Рома — Егор. Матвей — я. Маша — это Крис. Крис — Соня. Соня — Маша.

Я неуверенно подхожу к столу, находя паспорт, предназначенный для меня. В нём моя фотография, только имя и данные чужие. Теперь я Мария Розина и мне 25 лет.

— Бред какой-то, — бурчит Егор, рассматривая свой паспорт.

— Не бред, а то, что сможет спасти тебе жизнь, — Таран прячет один из телефонов в свой карман, а после убирает в последний рюкзак пачку денег, пистолет, несколько магазинов из общей сумки и ключи. — Итак, Крис едет с Ромой. Егор с Соней, а я с Машей. Так уж и быть, разбирайся со своим другом сам, — обращается он к Шторму. — Но если он вас потащит на дно, сам будешь виноват.

— Отлично, — Штормов прячет в рюкзак вещи.

— Я же сказала, что Машу не оставлю, — возникаю я.

— Сонь, — Егор смотрит на меня. — С ним она будет в безопасности.

— Да они перебивают друг друга! Видел, что было полчаса назад? Ещё глядишь, что похуже с ней сделает… — кошусь в сторону рыжего, но тот лишь закатывает глаза.

— Да за кого ты меня принимаешь? Я вам тут жизни спасаю, и вот тебе благодарность…

На улице резко включается сигнализация, и я вздрагиваю. Мы все оборачиваемся к окну, отвлекаясь от разговора.

— Всё нормально, — сдержанно говорит Маша. Я и забыла вообще, что сестра стоит рядом со мной. — Я поеду с ним.

Она медленно подходит к столу, даже не шатаясь, уверенно берёт один из пистолетов, вынимает магазин, отодвигает затвор, ловко ловит последний падающий патрон, а затем нажимает на кнопку, заставляя затвор со щелчком вернуться на место и снова заряжает оружие. Делает она это так, словно проще занятия в этом мире нет.

— А вот сейчас я уже сомневаюсь в расстановке команд, — шутит Андрей.

— Думаю, проще было бы распределить так, чтобы среди пары был хотя бы один, кто умеет стрелять, — бурчу я.

— Не боись, я как-то в тире все банки подбил, — иронично тянет Егор, но я даже не улыбаюсь.

Я смотрю на сестру и думаю о том, что она-то уж точно сможет за себя постоять. Главное, алкоголь ей не давать, а то мало ли, убьёт ещё Андрея в приступе своих страданий. Крис и Рома единственные, кто не жалуется на расстановку команд.

А Таран тот ещё эгоист. Он мог поставить Машу с Ромой, а с собой взять Крис. Или же поставить Егора с Крис, а меня с Ромой. Или, в конце концов, меня взять с собой, а сестру оставить Штормову. Так было бы куда продуктивнее…

В итоге у Андрея шансов выжить больше всего. Он и Матвеем прикинулся, и Машу превратил в Крис. Кому нужен наркоман и какая-то девчонка, которая согласилась работать ради денег? Хитрый ублюдок, позаботился только о своей заднице.

— Егор, Ром, останьтесь. Вы будете за рулём, поэтому я вам расскажу дальнейшие действия. Будет лучше, если остальные о них не узнают, — тянет Таран.

— Класс! — Крис поджимает губы и недовольно направляется к выходу.

Сестра забирает свои документы и пистолет, устало следуя за девушкой, а я скрещиваю на груди руки, мол, это всё бред какой-то. А если кого-то из них схватят, что тогда делать остальным?

— Мне не нравится, что этот придурок возомнил себя лидером, но других вариантов у нас нет, — говорит Егор, намекая, что мне лучше последовать за остальными.

Я качаю головой, мысленно посылаю их всех к дьяволу и покидаю кухню. Пусть делают, что хотят, но если они облажаются, погорит каждый из нас…

22

27.4beats — shallow

Флешбэк 9.

Собрав нужные вещи, мы садимся в машины и уезжаем. Маршрут, по которому мы двигаемся в Москву, знает только Егор, и сложно сказать, хорошо это или же плохо. На заднем сидении спит Матвей, которого нам пришлось вырубить значительной дозой снотворного, чтобы тот перестал, наконец, сопротивляться и проклинать нас.

Понятия не имею, каково это — ломка, но по виду Иркутского — это неприятно. Даже слишком. Парень без дозы с того самого момента, как мы забрали его от Нади, девушки, у которой Матвей скрывался от Арчи.

— Какие у нас планы? — спрашиваю я, сидя на переднем сидении и внимательно наблюдая за дорогой.