А теперь держи меня - страница 33

— Добраться до Москвы, — бормочет Егор. — И не умереть. Андрей сказал, что мы на шаг впереди, но расслабляться пока рано. Прямо сейчас за нами уже может ехать хвост.

Я смотрю в зеркало заднего вида, чтобы проверить слова парня, но никаких подозрительных машин не вижу. На улице пасмурно, но чертовски душно. Дождя нет, но, думаю, в скором времени нам стоит его ожидать. Хорошо хоть солнце не уничтожает своими лучами, а то в салоне авто можно зажариться как в микроволновке.

— А с Матвеем что делать будем? — не отстаю я. — Когда он очнётся, снова попытается сбежать. Думаешь, у него хоть немного голова соображает?

— Я не знаю, — отрезает Шторм. Его брови сдвинуты, он держит руль правой рукой, а левой упирается в дверь и подпирает голову. — Очнётся, тогда и будем думать. Бросить мы его всё равно не можем.

— Тогда оставим в лечебнице, — предлагаю я. — По любому здесь есть в каком-нибудь городе больницы. Арчи дела нет до Матвея, вряд ли он вообще будет руки о него пачкать.

— Ты не права, — парень быстро смотрит на меня, а после снова возвращается к дороге. — Ему есть дело до каждого из нас. Пока мы все живы, он не успокоится. И не важно, наркоман ты или сумасшедший.

Я ничего не отвечаю, поджимая губы, и кажется, Егор замечает моё неодобрение.

— Ты, кажется, не понимаешь, насколько серьёзна ситуация, — говорит Шторм. — Ты его не видела. Арчи. Видела бы лично, боялась бы больше…

Я качаю головой, пытаясь смахнуть со штанов невидимые соринки и занять себя хоть чем-нибудь.

— Как будто сейчас я не боюсь, — огрызаюсь я.

Егор молчит.

Следующие полчаса мы едем в тишине — вскоре редкие капли дождя начинают барабанить по стеклу, и Шторм включает дворники. Я задумчиво наблюдаю за ними, чувствуя себя в лапах гипнотизёра.

— Заедем заправиться, — бормочет Егор.

Я не отвечаю, наблюдая за тем, как мы тормозим и плавно перестраиваемся в правый ряд. Дальше сворачиваем в сторону заправки и останавливаемся позади иномарки, водитель которой как раз «кормит» смою малышку.

Осмотревшись, я замечаю кафешку, а рядом небольшой магазинчик, и мой живот предательски скручивается. За весь день я перекусила всего парочкой шоколадных батончиков.

— Я с тобой схожу, куплю поесть чего-нибудь, — говорю я.

— Лучше останься, — советует парень, явно не горящий желанием, чтобы я светилась на камерах наблюдения, хотя какая разница-то? Всё равно уже в ракурс попали, да и если его спалят, мне прятаться будет бесполезно.

— Хочу размяться, — заявляю я. — Мы не останавливались с самого отправления. У меня ноги затекли.

Шторм качает головой, затем смотрит на всё ещё спящего Матвея. Авто впереди нас отъезжает, позволяя нам занять его место.

— Ладно. Возьми рюкзак, — соглашается парень.

Выключив двигатель, он натягивает капюшон, открывает дверь и выходит на улицу. Я повторяю каждое его движение — надев капюшон поверх кепки, я поправляю козырёк, хватаю рюкзак с заднего сидения и выхожу из машины как раз в тот момент, когда Егор говорит:

— Девяносто второй, пожалуйста.

Мы направляемся в сторону магазинчика — Шторм забирает рюкзак и достаёт из бокового кармана несколько купюр, чтобы сильно не светиться пачкой денег. Прячет наличные в карман, а после оборачивается, чтобы проверить автомобиль.

Капли дождя попадают на моё лицо, и я склоняю голову. Тёплый грозовой ветер обнимает меня своими невидимыми руками, в воздухе нависает напряжение. Думаю, скоро начнётся ливень, но я сомневаюсь, что Егор захочет остановиться здесь, чтобы переждать непогоду.

Внутри прохладно, работает вентиляция и кондиционер. Посетителей мало.

— Сходи выбери что-нибудь, я пока за бензин заплачу, — говорит Штормов, и я послушно киваю, направляясь вдоль стеллажей с товарами.

Я думаю о том, что у нас в рюкзаке два пистолета и шесть магазинов с патронами. А ещё поддельные документы. Надеюсь, Егор не собирается покупать сигареты, потому что в таком случае могут спросить паспорт.

Я беру две банки воды, подозрительно всматриваясь в посетителей магазинчика, и мысли о том, что каждый из них в курсе, кто мы такие и что собираемся делать, пронзают мою голову. Мне становится неуютно. Я смотрю на Егора, замершего в очереди на кассу, и сглатываю.

Прохожу дальше, хватаю три булки, пару пакетов с сухариками, пачку с сосисками и батон. Таран дал нам немного банок с консервами и шоколадные батончики, чтобы хватило на первое время, но, думаю, их лучше оставить на потом. Последнее, что оказывается в моих руках и, признаться, единственное, что помещается в них, ибо я сглупила и не взяла корзинку, это дезодорант.

Не знаю, на кой чёрт он мне сдался именно сейчас, но ходить вонючей мне не хочется. Тем более, никто из нас не знает, как долго нам придётся обходиться без душа.

Я возвращаюсь к кассе как раз в тот момент, когда Егор просит продавца залить 92 на третьей колонке, а после достать две пачки кента и зажигалку. К моему счастью, кассир не спрашивает документы, и сигареты мы получаем без проблем.

— Дезик-то тебе зачем? — усмехается Штормов.

— Надо, — бурчу я, пытаясь скрыть смущение.

Егор усмехается, и это успокаивает. За всю дорогу это первый раз, когда губы парня трогает улыбка.

— Пакет ещё можно? — просит парень.

Нам пробивают покупки, а после, расплатившись, мы выходим из магазинчика и направляемся к уже заправленному авто. Ура, всё прошло куда лучше, чем я рассчитывала. Наверное, я просто пересмотрела боевиков и решила, что даже такая безобидная вылазка сможет подпортить нам жизнь.