А теперь держи меня - страница 47

Голова идёт кругом. Значит, если мы откажемся от операции, то Шторм может навсегда остаться прикованным к кровати. Чем же он занимался в тайне от меня, раз у него такие последствия? Чёртов идиот…

— Я найду деньги, — решительно говорю я. — Когда можно будет с ним поговорить?

— Егор всё ещё без сознания. Ему лучше остаться в больнице под пристальным наблюдением, — я неохотно киваю. — Советую вам с друзьями вернуться домой и отдохнуть. Когда Егор придёт в себя, я обязательно позвоню.

— Хорошо, — машинально отвечаю я, а в мыслях так и вертится: «нужны деньги», «нужно срочно где-то отыскать кучу денег на операцию».

Врач последний раз осматривает меня таким взглядом, словно я вот-вот грохнусь в оборок, и уходит.

Говорите, беда не приходит одна?

Маша у Арчи. Таран с Кузнецом возвращаются обратно, чтобы спасти её. Егор в больнице. Срочно нужны деньги на операцию. Чёрт бы побрал эту жизнь! Можно хотя бы день без проблем обойтись?

Когда узнаю, что творил без моего ведома Егор, убью его. Точно! Возьму и убью. И не нужно будет на счёт денег волноваться…

30

Halsey — Angel On Fire

Всё оказывается куда тяжелее, чем я представляла. На следующий день Миша с Андреем уезжают спасать сестру, а я отправляюсь на работу, чтобы хоть где-то отвлечься от противных мыслей, но даже проект от Виктории не спасает. Такими темпами моя производительность снизится и меня выпрут с должности. Чувствую, с моей удачей именно это и случится.

— Ты в последнее время какая-то загруженная.

Это перерыв, и я снова сижу в кафетерии с Кириллом, преследующим меня буквально по пятам. Парень словно поджидает, когда я отправлюсь перекусить, чтобы поболтать и опять попытаться уговорить перейти в его отдел. Понятия не имею, почему он прицепился именно ко мне, есть же работники гораздо опытнее и объективнее. А я тут всего несколько месяцев, и в моём наличии только один глобальный успешный проект. Остальные так, мелочи.

— Да проблем много, — бросаю я, ковыряя вилкой в салате.

Есть совершенно не хочется. Мысли забиты отправившимися в адское логово парнями и Егором, который, наконец, очнулся после вчерашнего обморока. Об этом мне сообщил доктор сегодня утром.

— Наверное, серьёзные проблемы, раз ты который день ходишь с кислой миной, — парень пытается пошутить, но я даже не улыбаюсь.

— Да уж, — бурчу я.

— Может, я чем-нибудь могу помочь?

Кружка с кофе в его руках кажется такой неестественной, портящей всю картину, и я задерживаю на ней взгляд, пытаясь понять, что в этот момент смотрелось бы лучше? Виски? Вино? Кола? Может, я просто хочу напиться и забыть о всех бедах?

— Ну, если ты знаешь, где можно быстро найти кучу денег, то было бы здорово, — пытаюсь придать голосу ироничности и выдать свои слова за шутку, но, очевидно, Кирилл воспринимает всё всерьёз.

— Деньги нужны? — вскидывает бровь.

Я вздыхаю, откидываясь на спинку стула. Да, мне нужна туча денег, чтобы вытащить Штормова из больницы. А ещё сегодня вечером он у меня получит за то, что занимался всякой ерундой без моего ведома.

Недолго молчу, не в силах определиться, стоит ли рассказывать Кире подробности. Он всё-таки чужой как для меня, так и для Егора, но мы с ним знакомы почти полгода. Да и думать о том, что парень связан с Арчи, — смешно. Он успешный работник с кучей денег, десятками любовниц и собственной яхтой. По крайней мере, выглядит таким со стороны.

— Егору нужна операция, — наконец, не выдерживаю я, не в силах больше молчать об этом. — Он сейчас в больнице, и если я не найду деньги в ближайшее время, то его может парализовать полностью.

Я не смотрю на Кирилла, прожигая взглядом тарелку. Меня тошнит от собственных мыслей, и я тону в их ядовитом дыме. Хотя, может быть, мне просто несвежий салат продали.

— Так, это не проблема, — улыбается парень. — Я могу дать тебе денег на операцию.

— Угу, — решаю, что это шутка.

— Нет, серьёзно. Деньги — не проблема, — пожимает плечом Кирилл.

Я смотрю на него с прищуром, внимательно изучая эмоции на лице. Он так пытается выпендриться что ли? То же мне… Богатей нашёлся.

— Я периодически занимаюсь благотворительностью, так что могу помочь, — продолжает парень.

«Благотворительностью». Как отвратительно это прозвучало из его уст. Это всё равно, что играть в переходе метро и собирать мелочь, — такие у меня ассоциации с благотворительностью. Ничего в этом мире не делается просто так. А уж тем более оплачивать чужие операции.

— Ладно, я понял, что ты всё равно не возьмёшь их, — сдаётся Кирилл, проигрывая со мной в «гляделки». — Тогда давай так. Ты переходишь ко мне в отдел и работаешь на меня, а я оплачиваю операцию твоего парня.

Вскидываю бровь, насмешливо фыркая.

— То есть, ты покупаешь меня? — иронично тяну я, впервые за весь день поддаваясь смеху.

— Ну, технически, да, — соглашается парень. Он делает глоток и причмокивает губами, словно вкуснее ничего никогда в жизни не пробовал. — Но, насколько я тебя знаю, ты всё равно просто так деньги не возьмёшь, так что буду вычитать долг из зарплаты, со временем отдашь.

Ага, через хренову тучу лет.

— Не знаю, — признаюсь я. — Как-то странно всё это. Мне нужно подумать…

Кирилл шумно вздыхает, ставит кружку на стол, затем облокачивается предплечьями и наклоняется ко мне. Я пристально наблюдаю за ним, засматриваясь на влажные губы.

— Пора учиться принимать, а не только отдавать, — протяжно говорит он. — Короче, я поговорю с Викой, завтра тебя переведут ко мне. Назначай дату операции, потом пришлёшь мне всю нужную информацию. Вытащим твоего парня из больницы.