Вид с крыши - страница 41
Алекс повесил трубку, опустился на сидение возле телефона и закрыл лицо ладонями.
— Алекс…
Вероника приблизилась к нему.
— Алеша… — она положила свою ладонь ему на плечо. — Что-то случилось?
Не поднимая головы, Алекс пробормотал:
— Элина умерла от передозировки.
И вновь повисло молчание, тягостное, гнетущее. Вероника хотела помочь Алексу, но как это сделать, да еще в присутствии матери не представляла. В сознании все смешалось: признание Алекса и эта ужасная новость… Все это никак не сочеталось, не укладывалось вместе. Несколько мгновений Вероника так и стояла возле Алекса, держа ладонь на его плече. Мама Вероники тоже молчала, видимо, пытаясь разобраться, как будет правильнее поступить в этой ситуации. Алекс все поставил на свои места. Он убрал ладони с лица и нежно прикоснулся к руке Вероники на его плече.
— Ника, иди домой. Я как-нибудь разберусь со всем… — Он поднял на нее глаза. В его взгляде были боль, усталость, отчаяние и любовь, которую он так неожиданно раскрыл перед ней. — Прости…
… А дома ждал длинный и серьезный разговор с матерью. Она не стала ругать Веронику, повышать на нее голос. Все свои эмоции, которые, должно быть, огромным роем метались в ее душе, она загнала под засов, и теперь старалась беседовать с ней спокойно и выдержанно. И, нужно отдать должное, у нее это неплохо получалось. Она вновь перечислила все недостатки Алекса и обрисовала то светлое будущее, в котором хотела бы видеть Веронику, когда та закончит учебу, устроится на работу, а потом обзаведется семьей, выбрав себе в спутники жизни достойного человека.
— Неужели этот Алекс тебе настолько интересен, что ты от Ивана готова отказаться? — спросила мама, внимательно вглядываясь в лицо Вероники.
— Я не люблю Ивана, и он мне даже не нравится…
— Но ты же встречалась с ним столько времени?
— Я думала, что он мне нравится, старалась наладить отношения, но потом поняла, что все бесполезно…
— А Алексей? Он тебе нравится?.. Ты… его любишь?.. — во взгляде матери чувствовалось напряжение.
Вероника молчала. Даже себе она ни разу не отвечала на этот вопрос. Их отношения были такими непонятными, такими странными, что она боялась своего ответа и предпочитала его прятать даже от себя. А сейчас признание Алекса настолько потрясло ее, что в душе до сих пор царил хаос.
— Знаешь, — сказала вдруг мать, — если бы Алексей заботился о твоем счастье, как он утверждает, то не стал бы признаваться в любви.
Вероника посмотрела на мать долгим взглядом.
— Может быть. Но ты сама его вынудила… И я… кажется, счастлива, что он это сделал…
— Вероника! — мать всплеснула руками, видимо, теряя контроль над своими эмоциями.
— Мам, я очень устала. Ты не обидишься, если я пойду к себе?
И не дожидаясь ответа, Вероника встала из-за стола и отправилась к себе в комнату. Слишком многое произошло за этот долгий день, и она чувствовала, что на сегодня нужно ставить точку, иначе она не выдержит…
… На другой день после всех событий Вероника позвонила Алексу. Она предложила помочь водиться с Соней хотя бы вечером, после учебы, но Алекс мягко отказался, сказав, что баба Тома остается с ней. Пару раз Вероника приходила к нему, но никого не было дома. Сам Алекс не звонил, а на ее звонки отвечал коротко и ссылался на занятость. И после трех таких телефонных бесед Вероника звонить перестала. Ему было сейчас нелегко, Вероника понимала это, но все же…
А спустя две недели Вероника встретила Алекса у подъезда. Было утро пятницы. Не на шутку опаздывая в колледж, она выбежала на улицу, в слабой надежде, что домчится до остановки, и там ее по какой-то счастливой случайности уже будет поджидать автобус. И тут она увидела Алекса, который как раз садился в машину.
— Привет! — он улыбнулся. — Ты в колледж? Давай подвезу.
Вероника удивилась и обрадовалась такой перемене в поведении Алекса. Они сели в машину и вскоре добрались до места ее учебы. Алекс уверенно припарковался возле входа и вдруг произнес:
— Ника, я хотел поговорить с тобой… на счет того, что сказал тогда твоей матери.
У Вероники перехватило дыхание. Сердце забилось неровно и часто, и его тревожные толчки отдавались даже в ушах. Она боялась поднять глаза и посмотреть на Алекса, поэтому уткнулась взглядом в свои нервно переплетенные на коленях пальцы.
— Все, что я сказал тогда, правда… Но именно поэтому нам нужно перестать видеться. Я не тот человек, который должен быть рядом с тобой… Твоя мама права. Даже когда у меня не было дочки, я тебе не подходил, и твои родители были против. А сейчас, когда я не один… Я понимаю, что наши отношения сейчас выглядят больше как дружеские. Но для меня это давно не так. Очень давно… Я и в армию ушел в надежде, что смогу забыть тебя, и с Элиной там стал встречаться, думая, что увлекусь ей, и все пройдет. Но не прошло… Думаю, что для тебя я все же больше друг, чем кто-либо еще… По крайней мере, надеюсь, что это так… — Алекс сделал паузу и посмотрел на Веронику. Но она не могла вымолвить ни слова. Все, что он произнес, обрушилось на нее огромной волной эмоций, приведя душу в смятение.
— И чтобы все это не зашло дальше дружеских отношений, — продолжил Алекс, дыхание которого вдруг стало прерывистым, — предлагаю перестать общаться… Что скажешь?
Вероника не знала, что сказать. Ее переполняла буря эмоций, понять которые и разобраться с которыми она была сейчас не в состоянии. В ее душе переплелись растерянность, негодование, даже злость и в то же время неумолимое желание быть с этим человеком не смотря ни на что.
