Ты не знал?… - страница 30

— Мы приехали очень поздно, потом я принимала душ… — Сиб почему-то вспыхнула до корней волос. — А который теперь час?

— Почти двенадцать! — уже из коридора крикнула Морин. — Не торопись, я приготовлю ланч на всех. Приходи в кухню.

Сиб со стоном рухнула на постель. После того что было ночью, она не знала, как смотреть в глаза Иниасу Блэру. И как вести себя с членами его семьи? Хотя Морин, кажется, очень мила, не чета своему мрачноватому братцу, однако Сиб чувствовала, что среди этой семейной идиллии ей нет места.

Однако следовало что-то делать. Либо остаться в постели, прикидываясь больной, либо встать, и… И что?

Наконец Сиб все-таки выбралась из-под одеяла и осторожно встала на перевязанную ногу. Больно, но терпимо. Девушка оделась и накинула на плечи куртку Иниаса — ее снова слегка знобило. Затем спустилась в кухню.

Кухня в доме Иниаса тоже была оснащена по последнему слову техники. Единственным раритетом являлась массивная плита, возле которой лежал Лаки. При виде хозяйки пес радостно завилял хвостом.

На стуле у большого стола сидела ясноглазая девчушка лет шести. Немолодой мужчина нарезал овощи возле раковины. Иниас, очевидно, еще не выходил.

— Это Сиб, — представила девушку Морин. — А это Рори Сеймор, мой муж.

— И покорный раб, — лучезарно улыбнулся мужчина. — Рад познакомиться, Сиб.

Взглянув ему в глаза, девушка тоже улыбнулась, силясь скрыть изумление — муж Морин оказался намного старше супруги.

— А я Эйтне, — раздался тоненький голосок. — А почему на тебе куртка дяди Иниаса?

В кухне воцарилась неловкая тишина, которую нарушила Морин:

— Не глупи, детка. Куртка просто похожа.

— Нет, это его куртка! — стояла на своем девочка. — В ней он приезжал к нам на Рождество! Разве у тебя нет своей? — изумленно спросила она Сиб.

— К сожалению, нет, — вздохнула девушка. — Мою украли. Твой дядя дал мне поносить свою, пока я не обзаведусь новой.

— Да, я знаю, что нужно делиться, — серьезно кивнула Эйтне. — Правда, я делиться не люблю, но мама говорит, что, если я этому не научусь, со мной никто не захочет играть… А ты поиграешь со мной?

— Я… ммм… мне надо погулять с собакой, — пробормотала Сиб, торопливо глотая кофе.

— Может быть, попозже, детка… — Морин виновато взглянула на девушку.

— Но сейчас проснется дядя Иниас, и тогда я буду играть с ним!

Тут Рори подхватил ребенка и закружил в воздухе.

— Девочка чудовищно избалована, — вздохнула Морин. — И это вина ее отца.

Глядя на Рори, подбрасывающего хохочущую дочь под потолок, Сиб с болью в сердце вспомнила, как и ее когда-то обнимали любящие и сильные мужские руки — руки отца… Видимо, лицо ее омрачилось, потому что Морин встревоженно спросила:

— Что с тобой?

— Все в порядке, — тряхнула головой Сиб. — Пошли, Лаки!

Пес с готовностью вскочил, и девушка, придерживая его за ошейник, направилась к двери. Видя, как она хромает, Морин нахмурилась.

— Ты уверена, что прогулка тебе не повредит?

— Ерунда! Просто нога немного ноет, — соврала она.

Подойдя к воротам, Сиб обернулась. Древнее строение обладало странной привлекательностью, оно просто притягивало взгляд… По одну сторону простирались бескрайние вересковые пустоши, по другую зеленели луга. Вдали блестела река. Словом, место было просто идеальным для любителей покоя и уединения.

Вокруг, насколько хватало глаз, не было видно жилья. Похоже, выбраться отсюда своим ходом — дело непростое, подумала Сиб. Еще не выработав четкого плана действий, она подошла к машине Иниаса. Рядом с нею стояли еще две: Морин и ее муж приехали каждый на своей. Облокотившись о дверцу, Сиб обнаружила, что Иниас не запер машину. А на заднем сиденье по-прежнему лежал ее рюкзак. Решение пришло мгновенно.

До ближайшей дороги девушка доплелась минут за пятнадцать. Движение тут было не слишком оживленным, если не сказать большего. Но ведь куда-то же она вела! И Сиб заковыляла вдоль обочины. Уже через полчаса она обливалась потом, колено болело все сильнее. Лаки тяжело дышал, высунув язык.

Среди немногочисленных водителей не нашлось ни одного, кто бы проникся состраданием к девушке с собакой. Сиб готова была расплакаться. А поскольку никто ее не видел, она, в конце концов, и заплакала — от злости. Хуже всего было то, что в голову все время лезли подробности прошедшей ночи — словно мелькали кадры фильма.

Сиб пыталась убедить себя, что спасается бегством, так как ей противны приставания Иниаса. Однако беда заключалась в том, что с самой собой она всегда была предельно честной. И теперь, отматывая воображаемую пленку назад, не находила ни единого момента, когда бы воспротивилась происходящему. Она не возражала — это он ее не захотел! Невинные девочки «не его конек»…

Если вдуматься, ей следовало быть ему благодарной. Не для того она защищала свою девственность от Эндрю, чтобы отдать человеку, для которого была пустым местом! Но тогда почему же она не сопротивлялась?

Любовь тут была ни при чем, это ясно. Ведь она едва знает Иниаса Блэра…

Сиб замотала головой, не в силах разобраться в себе самой. Да, разумнее всего поскорее унести ноги и, оказавшись далеко-далеко отсюда, спокойно все проанализировать.

Заслышав шум мотора, девушка встрепенулась и замахала рукой, но надежда тотчас сменилась глубоким разочарованием: из остановившейся машины вылезла Морин Сеймор!

— Сиб, милая! Тебя долго не было, мы заволновались. Что случилось? Ты пошла пройтись и заблудилась?

— Да, — кивнула Сиб, прекрасно понимая, что проницательная женщина догадалась о ее тайном замысле.