Стая (полная версия) - страница 54
Так она и делала. В разговор почти не вступала, лишь бросала молчаливые взгляды на присутствующих да поддакивала.
— Юленька, что-то ты у нас сегодня больно задумчивая, — сказала жена Юрия, обратив на девочку внимание.
— А мне, тетя Надя, похвастаться нечем. Вот и молчу, — попыталась улыбнуться в ответ Юля.
Как-никак нужно держать лицо. Не хватало, чтобы еще кто-то догадался о ее чувствах и переживаниях.
— Как это нечем? – вставила свое слово мама. – Расскажи, как ты снова всех в карты обставила.
Юлька невольно засмеялась.
— О, да. Было дело.
— Денис вон тоже под раздачу попал, — усмехнулась Наталья.
— Да? – тут же вклинилась в разговор сестра.
— Да. До сих пор в себя прийти не могу.
— А на что играли? На раздевание? – хихикнула Лилия и получила испепеляющий взгляд Юльки. – Шутка, — ретировалась со смехом.
В такие моменты Юля еле сдерживалась, чтобы не сказать грубость. Ей было стыдно за сестру. Лилия ведь далеко не дура, но почему-то вела себя именно так!
— На конфеты, — быстро сказала, пока Денис не успел выдать ее.
— Много выиграла? – спросил отец, улыбаясь.
— Очень. Боюсь, как бы теперь у меня аллергия на сладкое не началась.
— Антигистамины нужно принимать, Юля, — пошутил Денис.
— Лучше сразу цианистый калий. Нет человека – нет проблем.
За столом раздались веселые смешки. Все знали, что Юля остра на язычок. Лилия хлопнула накрашенными ресницами, никак не могла уловить суть, чтобы вставить свое слово. Но поразмыслить, как следует, девушке не удалось, отец попросил ее принести соль, которой на столе не оказалось, и она нехотя покинула свое место.
Денис подался немного вперед и негромко сказал:
— После нас хоть потоп, да?
— Ничто не вечно под луной, — продолжила Юля в той же манере, выдерживая его внимательный взгляд. Это было трудно, но приятно.
За общим весельем их приглушенного разговора слышно практически не было. Басовитый голос отца сосредоточил на себе внимание остальных.
— Платон мне друг, но истина дороже. Признавайся, Юля, какая муха тебя сегодня укусила?
— Не муха. Кажется, меня ворона обгадила.
— Зря волнуешься. Ворона в павлиньих перьях даже взлететь не в состоянии.
— Да?
— Да.
Услышав ответ Дениса, Юля улыбнулась. Иногда она его не понимала. И в такие минуты чувствовала себя совсем маленькой и глупой. Но сегодня не хотелось докапываться до истины, раскрывая смысл его слов. Удобнее было переложить свои догадки на выводы. Что она и сделала... Тогда по телу хлынула волна облегчения. Напряжение, что весь вечер держало ее в железных тисках, начало отпускать. Так и подмывало рассмеяться. Денис видел, как она пыталась сдержаться, строго смыкала губы, но от этого искры в серо-зеленых глазах разгорались еще ярче… Все же, совладать с собой не удалось и когда Лилия вернулась на место, Юля звонко рассмеялась, тут же прикрыв рот ладошкой. Взрослые обратили на нее свои взоры, и дочь виновато покосилась на родителей.
— Простите. Анекдот.
— Что за анекдот? Расскажите мне, – вмешалась Лилия.
— Не стоит. Он грубый, — ушел Шаурин от ответа.
— Но Юле ты его рассказал, — слегка надавила девушка.
— Юля. – Денис улыбнулся, скрывая за улыбкой все, что только можно скрыть. – С Юлей мы давно знакомы. Она привыкла.
В груди стало тепло. Юля чувствовала, что лицо ее, верно, стало пунцовым, потому что щеки горели. И ладони. Все тело. Лишь оттого, что его взгляд коснулся ее лица. Хотелось шумно отдышаться, как после обморока, но она лишь глубоко и неслышно вздохнула. Непослушные мысли нашли новое русло. Перестал мучить вопрос, понравилась ли сестра Денису. Очевидно, что нет. Зато Денис Лилии, определенно, понравился. И ревность, съедавшая изнутри, лишь слегка улеглась.
Шаурин снова бросил на Лилию внимательный взгляд. Та капризно поджала губы, выражая свое недовольство. Знала бы она, как исказились черты ее симпатичного лица… В этой мимолетной гримаске прослеживалась вся ее натура. Капризный, плаксивый ребенок, привыкший получать все по первому требованию. И дальше ничего не изменится. Только у ребенка, жившего внутри взрослой девицы, потребности будут больше. Казалось бы, в одной семье воспитывались девочки. А такие разные. Хотя братья Монаховы сами как земля и небо. Сергей – крупный, крепкий мужчина, от одного взгляда которого толпа расступалась. И Юрий – сухощавый, субтильный, прячущий мысли за стеклами очков. А вот руки у него сильные, с набухшими венами. Глядя на них, сразу перестаешь воспринимать его как плюгавенького «экономиста» неброской внешности.
— Я думаю самое время заварить чай. У нас есть вкусный торт. Юля, справишься? – предложила Наталья.
— Конечно, сейчас сделаю, — отозвалась дочь и вышла из-за стола.
— О, нет. Торт я не буду.
Жена Юрия отказалась от десерта. Наталья не смогла уговорить отведать ту хоть маленький кусочек. Надежда упорствовала, ссылаясь на диету. Еще бы она ни упорствовала. Весь ужин просидела над тарелкой овощного салата, попивая шампанское. А тут кусок торта и вся диета насмарку. Мать Лилии была очень стройной яркой брюнеткой. С броскими чертами лица, крупными, но соразмерными. И все же, не мог Денис сказать, что она красива. Чего-то недоставало ей для такой лестной характеристики. И Лиля – копия матери. Копия в прямом смысле этого слова безо всякой двойственности. Видно, для девушки мать была идеалом, что она даже жесты ее копировала и интонацию. Смотрелось это комично. А уж жеманность и излишнее кокетство раздражало до невозможности. По сравнению с такой эмоциональностью, Юлька смотрелась как глыба льда – холодная, невозмутимая и неприступная. Одним взглядом остужала. Не хотел бы Денис когда-нибудь увидеть Юльку в амплуа, которое выбрала старшая сестра. Образ проститутки еще никого не красил. Дорогая она или дешевая значения не имеет. Кто-то стоит на панели, а кто-то за дорогие подарки в постель ложится. Суть от этого не меняется. Лилия, по всей видимости, в пылу чувств готова себя отдать задаром.
