Стая (полная версия) - страница 55
— Денис? – спросила Наталья и взяла чистое блюдце.
Денис посмотрел на бокал с коньяком и покачал головой:
— Нет. Сладкое после крепкого алкоголя как-то не хочется. Просто чай, если нетрудно.
— Конечно, — женщина кивнула и подала ему чашку крепкого чая.
Этот чай имел очень густой выразительный аромат. Похоже, что привезен откуда-то из-за границы. В местных магазинах на полках такого не встретишь.
К концу ужина аппетит у Юли разыгрался не на шутку. Есть в ее конституции своя прелесть. Можно торты лопать, не боясь потолстеть. Посмеявшись над Лилей, она приступила ко второму куску «Наполеона».
— Зря ты отказываешься, — посмотрела на Дениса.
— Нет. Но на завтрак я бы съел с удовольствием. Если что-нибудь останется.
— Я прослежу, — заулыбалась.
Ужин закончился тихо-мирно, удовлетворив абсолютно всех. Вкусная еда, дорогие напитки, спокойная семейная атмосфера. Не зря говорят, что сытый человек – добрый человек. Но расслабляться еще не время, решил для себя Денис. Это за столом со всей семьей можно о погоде-природе поговорить, а наедине с мужчинами уже совсем другой коленкор. Сейчас он уже не ощущал былого напряжения в присутствии Сергея Владимировича. Собственное положение ясно, сюрпризов не ожидается. Теперь только работа и ничего больше. Рядом с Монаховым Денис чувствовал себя как рыба в воде, и ему это нравилось. И то, как сам Монахов к нему относился, — тоже нравилось. Не довлел, не нагнетал обстановку. Если «нет», то безапелляционное; если «да», то твердое. Но внутри Шаурина не оставляло ощущение что это только затишье, очередной этап. Как уровень в компьютерной игре, который обязательно нужно пройти, иначе вверх не поднимешься. Даже если придется пройти его тысячу раз.
Только одно пока непонятно, на каком именно уровне уже находится Шаурин и как выглядит последний этап.
Юля сложила чашки и заляпанные кремом блюдца в раковину. Включила воду. Зою уже отпустили, всю остальную посуду она вымыла, но о чайном сервизе из белого тонкого фарфора девочка решила позаботиться сама. Не потому, что не доверяла Зое. Нет, уж очень хотелось чем-нибудь заняться на кухне, помаячить, помельтешить. Вдруг получится с Денисом обмолвиться парой словечек. Сегодня наедине они совсем не были, только за столом под всеобщими взглядами. А так хотелось поговорить… Только не как за ужином, ограничиваясь дежурными нейтральными фразами.
— Пойду схожу в бильярдную, — сказала Лиля, поправляя юбку.
От такого неожиданного заявления руки у Юли дрогнули, и намыленная чашка выскользнула, звонко стукнувшись о дно раковины. И как только не разбилась…
— Не ходи, — сказала девочка, развернувшись к сестре.
Это была в высшей степени наглость. Даже сама Юля себе такого не позволяла. Никогда она не ходила в бильярдную, если отец там был не один. Чаще всего именно там папа решал какие-то важные рабочие вопросы. Так было заведено. И никто не нарушал этого порядка. И неважно Денис ли разговаривал с отцом в этот момент, или дядя Юра…
— Почему? Дядя Сережа меня раньше звал. Мы даже пару раз в бильярд играли.
— Вот именно. Звал. Сейчас тебя никто не зовет, — Юля и сама не поняла, откуда в ее голосе взялись стальные нотки. Но сейчас на кону стоял не только покой отца, но и ее собственный. Понятно, что Лилия не просто в бильярд собралась там поиграть, а перед Денисом задом повертеть, чего Юлька допустить никак не могла. Не хотела, чтобы Лилия к нему и близко приближалась, пытаясь соблазнить своими формами. Пусть другими мальчиками играет, а Дениса не трогает. Он не для нее, не для ее развлечений. У Лили таких игрушек полно.
Старшая сестра заметила, как остро кузина среагировала, и лицо ее изменилось. Лилия подозрительно сощурилась и окинула девочку взглядом.
— А тебе-то что? – посмеиваясь, спросила. – Или сама неровно дышишь к нему? – развеселилась еще больше, что очень уязвило Юлю. На нее накатило бессилие. Именно в этот момент девочка поняла, что есть вещи, с которыми она справиться не в состоянии. Тут деньги и власть папы ей ничем не помогут, а в случае с Денисом, — только усугубят ситуацию.
Несколько секунд она смотрела на Лилию, застыв на месте, не замечая, что пенная вода капала с рук на пол. Старалась сохранить спокойствие, держалась, что есть силы, чтобы не показать чувств, что забурлили внутри. Мысли, как назло, лихорадочно носились в голове, словно добавляя жару. В конце концов… Ее отец — старший брат, он главный…
Юлька стиснула кулаки, окатила Лилию холодным взглядом и широко улыбнулась, сверкнув белыми зубами. Чтобы в этой жизни отхватить или удержать лакомый кусок, нужны здоровые крепкие зубы… А в Юлькиной улыбке не было доброжелательности, скорее, желание заморозить Лилю на месте.
— У тебя слишком богатая фантазия. Умерь свой пыл, — улыбка младшей сестры угасла, кристаллики льда подернули взгляд серо-зеленых глаз. – Имей совесть. Ты находишься у меня в доме, веди себя прилично! Или у тебя совсем крышу снесло? Сядь, прижми свой зад к стулу, съешь еще один кусок торта и успокойся.
Лилия опешила. Впала в короткий ступор. Она, конечно, знала, что у Юльки характерец еще тот… Они часто ссорились, препирались, но ни разу до того времени Юля не говорила с ней таким высокомерным и уничижающим тоном. Лилия не сразу нашлась, что ответить.
— Ненормальная, — фыркнула она и вышла из кухни. Это все, что она придумала сказать.
Юля прислушалась к шагам. Правда, шум льющейся из крана воды мешал это сделать. Но все же, удалось уловить шаги Лилии по лестнице. Она поднималась в спальню. Юлька вздохнула свободнее. Одну битву она выиграла. А сколько их еще – неизвестно… И самая главная не с сестрой и кучей таких же ополоумевших от любви девиц, а с самим Шауриным. Это даже не битва, а целая война. Они с Денисом подружились, общались свободнее, но хотелось других взглядов и других слов. Чтобы перестал он видеть в ней малолетнюю подружку. Кажется, что это сделать почти невозможно. Если бы могла, Юля спросила бы совета у матери. Но она не могла. Оставалось надеяться только на себя.
