Тайна, покрытая глазурью - страница 39

— Вот это точно. — Лизкин тон уже не был похож на глупую браваду или шутку, и поэтому я плечи её сжала, а улучив момент шикнула: — Что ты несёшь?

Она моргнула, кашлянула, к себе прислушалась и жалобно призналась:

— Кажется, я, на самом деле, перепила. — И тут же в мужа вцепилась: — Олег, что за вино ты купил? Я же просила что-нибудь лёгкое.

Аштаев, потягивающий это самое вино, её обвинения не принял.

— Это не я, это Аркадий.

— Замечательно, — проворчала Лиза, — ты даже вино к столу не купишь, всё через прислугу.

Я Андрею виновато улыбнулась, но он выглядел спокойным и равнодушным к поведению моей не совсем трезвой сестры.

— Что она несёт? — пожаловалась я Олегу, когда мы рядом оказались.

Тот на Лизу обернулся, прищурился, оценивая состояние жены, после чего мне шепнул:

— Налью ей ещё и уведу в спальню.

Конечно, это было неправильно, но как ещё сестру остановить, я не знала.

— Позор, — проговорила я и тут же рассмеялась. Присела рядом с Андреем на диван-качели, и он меня тут же рукой обнял. Едва заметно улыбался, а когда я рядом оказалась, вдруг сильно обнял и поцеловал в губы, правда, тут же отпустил, заметив поблизости ребёнка.

Олег только что увёл Лизу в дом, и мы остались в блаженном покое.

— Не обращай внимания, — посоветовал мне Данилов. — Она просто перебрала, такое со всеми бывает.

— Она такая смешная, когда пьяная.

— А ты? Ты смешная?

— Нет, я серьёзная. Когда я пьяная, мне всегда грустно.

Он улыбнулся.

— Себя жалеешь?

— Да. Почему так?

Андрей плечами пожал. Прижал мою голову к своему плечу.

— А вечер всё равно хороший, — сказал он.

Я немного удивилась.

— Серьёзно?

— Да. Зять твой вроде ничего мужик.

— Ничего, — согласилась я. — А ты в прошлый раз этого не понял?

— А когда? Он гостями занимался.

Я по руке его погладила, затем поторопилась выпрямиться, когда Дениска к нам подбежал и предпринял попытку забраться на качели между нами. Андрею пришлось его подсадить, и мальчик, устало выдохнув, привалился ко мне. Я по волосам его погладила.

— Устал бегать?

— У меня живот тяжёлый.

— Ещё бы, столько съесть.

Данилов усмехнулся, потом забрал у него яркий пистолет.

— Дай посмотрю.

Дениска игрушку отдал, легкомысленно заявив:

— Это игрушечный. А у меня настоящий есть, чёрный. Который присосками стреляет.

— Круто.

— А у тебя есть настоящий пистолет? — Дениска голову задрал, чтобы новому знакомому в лицо смотреть.

К моему удивлению, Данилов спокойно кивнул.

— Есть.

Мы вместе с Дениской глаза на него вытаращили: я удивлённо, а племянник восторженно.

— Настоящий-настоящий? — переспросил он.

— Да.

Дениска опомнился и решил похвастать:

— У папы тоже есть. В кабинете.

— У тебя, правда, есть пистолет? — спросила я чуть позже.

Андрей на меня посмотрел.

— Тебя это беспокоит?

Я поторопилась головой покачать.

— Нет. Почему должно беспокоить?… Ты его что, с собой носишь?

— Иногда.

— Зачем?

— Сладкая, я мотаюсь по окраинам и всякой глуши. Разное случается.

Пришлось согласиться.

— Да, наверное, ты прав.

Он насмешливо усмехнулся, приглядываясь ко мне.

— Конечно, прав. Я всегда прав.

Пора было заканчивать ахать и переживать, поэтому я чуть слышно фыркнула:

— Конечно.

— Конечно, — передразнил он меня. К себе притянул и поцеловал.

Как-то незаметно на улице стемнело, воздух стал прохладным, и из сада мы перебрались в гостиную. Лиза, полежав немного, снова спустилась вниз, и приняла живое участие в беседе. Говорили о работе Андрея, о продаже земли в области, обсуждали плюсы и минусы, Олег, кажется, не на шутку заинтересовался, начал вопросы задавать, а я сверлила его взглядом. Когда он, наконец, прочувствовал, то и заткнуться поспешил, правда, тут влезла Лиза, и принялась всерьёз рассуждать о том, что москвичей и вблизи областного центра стало много, а мы при таком потоке дачников просто задохнёмся. По сути, говорила она вещи правильные, вот только не в тот момент и не тем тоном, да и чужими словами. Я так и слышала предвыборную речь Горина, видно, Лизе она в душу запала в своё время. Но я молчала, позволяя ей развить мысль и показать степень своего знания вопроса. Олег тоже не вмешивался, только иногда вставлял едкие замечания, за что и получал по темечку.

Дениска, которому разрешили сегодня всю ночь не спать, набегался гораздо раньше, чем рассчитывал, получив такое щедрое разрешение от родителей, и сам запросился в постель, вот только сказку я ему должна была прочитать. Он тянул меня за руку и канючил, и в итоге, я сдалась, с дивана поднялась и отправилась за ним в детскую. Няня на сегодня была отпущена, но мы сами быстро справились со всеми вечерними обязанностями: переоделись, умылись, выпили витамины и почистили зубы. Дениска зевал, делал всё медленно, а я ненавязчиво его подгоняла. Когда он в постели оказался, свернулся калачиком и попросил почитать ему про Карлсона. Я читала минут десять, пока не услышала ровное дыхание. Замолчала, минуту сидела в тишине, разглядывая племянника, после чего поправила ему одеяло и осторожно поднялась, боясь лишним движением его разбудить. Свет в комнате погасила и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

Когда спустилась, в гостиной никого не обнаружила. Мало того, даже свет оказался приглушён. Я остановилась, раздумывая, куда все делись. Услышала голос Олега из кабинета, прошла и заглянула к нему, но он был один, по телефону разговаривал. В мою сторону даже не взглянул. Я вышла на веранду, остановилась у перил, глядя на тёмные верхушки деревьев, на минуту показалось, что кроме их шума на ветру и нет больше ничего, но потом услышала Лизкин голос неподалёку, больше похожий на шёпот. Прислушалась, мгновенно насторожившись, выглянула в сад, перегнувшись через перила. Тогда и увидела сестру и Андрея. Они оказались совсем недалеко, стояли у дерева и о чём-то говорили, точнее, шептались. Не понравилось мне то, что стояли они слишком близко друг к другу. Уж не знаю, что Данилову моя сестра говорила, но отодвигаться он не спешил, а в ночных сумерках мне и вовсе показалось, что стоит, опустив голову, внимательно её слушая.