Я сгораю. Разве ты не видишь? - страница 30

20.

Syd Matters – To All Of You

Ночью действительно начинается ливень. Он барабанит по крыше моего домика, словно сумасшедший, пытаясь разнести в клочья преграду и добраться до меня. То стихает, то с новой силой обрушивается на лагерь. Ветер буйствует, теребит деревья, которые в ответ истязают стены и крышу домика, будто злясь на кого-то, гроза нависает прямо над нами. Раскаты грома эхом проносятся над лесом, редкие вспышки молнии вдалеке пугают.

Сегодня точно не до пробежек.

К подъёму дождь стихает, но не прекращается, и когда противная сирена вонзается в мои мозги, направляясь прямо к сердцу, мне приходится выбраться из постели и привести себя в порядок. Завтрак никто не отменял, и мне вместе со Стивом придётся вести группу в столовую прямо под дождём. У меня нет зонта. И я не уверена, есть ли он вообще у кого-то здесь. Когда я собиралась в лагерь, я не подумала о том, что погода может испортиться.

Я не сплю уже пару часов. Не только из-за привычки бегать по утрам, но и из-за грозы. Находиться одной в домике было немного страшно, и я всю ночь боролась с желанием выскочить под ливень и спрятаться в объятиях Стива. Думаю, это было бы слишком.

Я надеваю поверх скаутской рубашки толстовку и направляюсь к двери. Открывать её совсем не хочется, но у меня нет выбора – я распахиваю преграду, морщась от холодного ветра, и выхожу на крыльцо. На улице пусто. Я замираю возле перил под навесом, облокачиваюсь на них предплечьями и смотрю в сторону главных зданий. Отсюда я вижу часть озера – вода неспокойная и бурлящая из-за дождя, словно закипающий чайник. Я вслушиваюсь в стоны травы и листвы, прогибающихся под натиском капель, с наслаждением вдыхаю в себя запах сырости и улыбаюсь.

Всё-таки это то, что нужно. Жара уже надоела, духота приелась и больше не приносит удовольствия, солнце теперь не раздражает.

Я слышу, как открываются двери домика напротив, и поворачиваю в ту сторону голову. Стив Браун замирает на крыльце. Его руки спрятаны в карманах чёрной распахнутой толстовки, на голове капюшон и кепка, очков нет. Я поднимаю руку и машу ему в знак приветствия, но то ли парень не видит меня, то ли не хочет отвечать мне взаимностью. Он опускает голову, достаёт зажигалку, словно собираясь прикурить, но потом убирает её обратно в карман.

Теперь его скаутский галстук небрежно повязан на шее.

Стив несколько секунд стоит на одном месте, а затем натягивает капюшон на голову ещё сильнее и выходит из-под навеса. Я внимательно наблюдаю за тем, как Браун переходит через дорогу, срезает путь и идёт ко мне по траве. Он не ускоряется из-за дождя, словно бы вовсе не замечая его. Я не вижу лица парня, пока тот не останавливается рядом со мной.

– Привет, – его голос заставляет меня улыбнуться.

– Привет.

Стив подходит ко мне и легко целует, одной рукой схватившись за перила, а вторую положив мне на талию. Я просовываю руки под толстовку и обнимаю его. Такое чувство, что мы с ним не виделись целую вечность, а не несколько часов. Внутри всё трепещет, и я готова порхать, словно обезумевшая птица.

– Ты был прав на счёт дождя, – говорю я, когда Стив отстраняется.

– Конечно, – фыркает парень. – Я чувствителен к изменению погоды.

Я утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю еле заметный запах духов. Небольшая щетина колет меня в щёку, но я лишь улыбаюсь. Не хочу отпускать его, не хочу снова лишаться его тепла. Я променяла бы всё на свете, лишь бы провести вечность в его объятиях.

– Эмма, – Стив целует меня в макушку. – Ты не представляешь, как чертовски мне нравишься.

Я тихо выдыхаю, забывая, как дышать. Голова идёт кругом, и я не могу контролировать свои эмоции.

– И ты, – трусь носом о его скулу. – Тоже мне очень, – вдыхаю его запах, осекаюсь. – Очень нравишься, – наконец, завершаю свою мысль, буквально вырвав её из круговорота остальных слов.

Стив снова целует меня, и чувствую, как ноги подкашиваются. В груди так больно, что хочется стонать, но это приятный дискомфорт, словно бы во мне не хватает места всем эмоциям, которые я испытываю, и они пытаются вырваться на свободу, разорвав меня изнутри. Я хочу быть ближе к Брауну, но объятий недостаточно. Всё это не то. Я хочу забраться к нему в грудь и свернуться клубочков возле сердца, чтобы Стив всегда носил меня внутри себя, чтобы каждое мгновение быть рядом с ним, и от невозможности этого я задыхаюсь. Мне не хватает воздуха. И мне кажется, что я никогда не смогу насытиться этими поцелуями, которые вскружили мне голову.

Я слышу, как двери других домиков начинают открываться, и распахиваю веки. Стив словно читает мои мысли, и поспешно отстраняется. Я краснею. Смущённо улыбаюсь, смотря на парня. Тот бросает взгляд мне за спину, где дети начинают скапливаться на крыльце, не горя особым желанием выходить под дождь.

Я вдруг понимаю, что не хочу, чтобы кто-либо знал о моей связи со Стивом. Особенно Трейси. Хочу, чтобы это была наша тайна, секрет, который никому нельзя рассказывать. Хочу, чтобы никто о нас не знал и не смог всё испортить. Как Трис портит всё Нине. Или как Нина подталкивает меня к чему-то плохому.

– Пора сопроводить деток в столовую, – шутит Стив.

– Ага.

Я улыбаюсь и оборачиваюсь. Питера нигде нет. Да и Дрея тоже. Ребята стоят на крыльце, и лишь одна Трейси выходит на дорогу, укрываясь под своим розовым зонтом с принтами. Она решительно направляется в сторону главных зданий, даже не дожидаясь, пока мы со Стивом проверим, все ли на месте.

– Пошли, – парень легко толкает меня в плечо и решительно выходит под дождь. Он не сильный, но всё равно неприятный.