Контракт стервы - страница 54
— Прямо в точку! — поаплодировала Франсуаза.
Максима она увидела сразу, стоило ему появиться, и сердце привычно ёкнуло. Он вошел под руку с красивой спутницей, той самой рыжей с приема. Его официальная любовница. Видеть рядом с Егерем другую женщину быль больно, и Фрэнки на пару секунд закрыла глаза.
«Ничего, он мне на зло это делает», — успокоила себя.
Рыжая была ухоженной и гибкой: она висла на Максиме, как норка.
Света, которая никогда не сдавалась, все-таки не выдержала и стала прорываться к подруге. Наверное, чтобы убедиться, не исчезнет ли та сразу после показа.
— Фрэнки! — крикнула она, и Уварова заметила, как замер Максим. Он резко повернул голову в сторону Франсуазы, безошибочно угадав место ее дислокации, и прищурился. Равнодушным взглядом обвел стройную фигуру, задержавшись на декольте, а потом и напрочь зависнув, оценив ноги. Не зря Клаус столько масла перевел!
Но Максим не стал подходить сам, как в среду, а направился к гостье вместе со своей рыжей. Он подошел одновременно со Светкой, и та поздоровалась со всеми, глядя открыто, как будто хозяйка вечера — она.
— Светлана Селиванова, моя подруга, — представила Фрэнки, и Максим удивился:
— Как вас зовут?
— Для вас — просто Света.
Фрэнки запоздало вспомнила, почему Макс удивился: именно Селивановой она назвалась в пятницу в обед, когда приходила в «Дол».
— А это моя подруга, Соня Либерман, — познакомил он, обнимая любовницу за талию. Фрэнки не вынесла напряжения и отвела взгляд, а потом вежливо произнесла, хотя хотелось лечь на пол и умереть:
— Простите, мы отойдем, нам со Светой нужно переговорить. Спасибо за приглашения, господин Езерский.
Она шла по проходу медленно, чтобы Максим разглядел все — и волосы, и эмблему на косухе (напоминание о Сайгоне), и ноги, которых касался совсем недавно.
Света догнала ее и, ухватив под локоть, прошептала:
— Обалденный мужик, зря ты ему жизнь портишь.
— Ты что-то хотела?
— А, да! Ты на фуршет обязательно приди.
— Конечно… Давай занимать места, скоро начало.
Вдруг Фрэнки окликнул менеджер и указал на место в первом ряду, мол, распоряжение Максима. Особой гостье — особые привилегии.
Фрэнки обрадовалась и почти умилилась, но через двадцать минут, когда погас свет, энтузиазма поубавилось: оказалось, что ее усадили рядом с Максимом и его пассией. Ну и как теперь хлопушку взорвать?! Специально ее Егерь на виду держит, чтобы не вздумала буянить! Продуманный, зараза…
Начался показ. Громкая музыка, бесконечные вспышки камер. Фрэнки любила этот мир, она ему принадлежала, и трудно было сознавать, что отец может вычеркнуть ее из своей жизни и бизнеса в январе. Но так лучше. Начинать с нуля не так уж и страшно, как казалось раньше.
А потом она вдруг возмутилась: почему это она должна в одиночестве сидеть и волноваться, как незаметно взорвать дурацкую хлопушку?! А потом ее еще и охранники выволокут из здания, если звук случайно напугает людей. А Фрэнки ведь на каблуках, грохнется по дороге, щиколотку подвернет. Нет уж!
Она посмотрела на Максима, который шептался с рыжей. Козлина! Вытащив телефон, Фрэнки отправила ему сообщение: «Мне предстоит сорвать показ, и я решила взорвать хлопушку, чтобы имитировать акт бандитизма для отчета перед отцом. Сделай вид, что ничего не произошло, ок?».
Она услышала тихий вибросигнал в кармане Егеря, но тот не обратил внимания. Тогда она пнула его туфлю металлическим носком своей черной туфли, и он наконец соизволил отлепиться от Сони.
— Слушаю, — шепнул он, не отводя глаз от подиума, где прохаживались высокие стройные модели, и Фрэнки шикнула:
— Проверь сообщения!
Максим нехотя вынул смартфон, прочел текст эсэмэски и не сдержал короткой улыбки. Он долго не отвечал, наблюдая за показом, а потом напечатал ответ: «Давай я взорву. Скажу, что это перформанс».
Фрэнки ликовала: Максим оттаял! Это хороший знак. Неожиданность образа сработала, осталось довершить дело напором. Только для этого нужно остаться наедине, а рыжая выглядит не менее настырной, то и дело отвлекая Егеря и комментируя наряды манекенщиц.
Франсуаза незаметно достала из сумочки хлопушку и положила в карман черного смокинга Максима. Пальцы нащупали маленькую бархатную коробочку, и сердце пропустило удар. Что это?! Кольцо? Подвеска? Для кого? Для рыжей? Фрэнки сама не поняла, почему так разволновалась. Может, он матери подарок купил! Или это очередной гаджет, как тот магнит для прослушивающего стикера.
Но Фрэнки знала, что в кармане Максима лежала именно коробочка с кольцом.
А вдруг он все-таки решил жениться на Верочке после стольких лет? Ее, кстати, нет на показе, что странно.
Во рту пересохло от волнения, и подиум ушел на второй план, став фоном для неожиданных образов: Максим женится. Новобрачные позируют для фотографа, улыбаются, невеста блаженно кладет голову на плечо суженому.
Взрыв хлопушки раздался ошеломляющим выстрелом по сознанию, выдернув Фрэнки из глубокой задумчивости; она подпрыгнула на месте и взвизгнула, закрыв рот рукой. Максим злорадно усмехнулся, и она не могла даже ударить его по плечу в отместку, потому что на них смотрят.
В первых рядах зашушукались, одна из моделей споткнулась — но тем и обошлось. О хлопушке сразу забыли, и сзади послышались предположения, что у техника лопнула лампочка, не зря ведь гарью потянуло.
Через силу досидев до конца показа, Фрэнки сорвалась с места и быстро, насколько могла, направилась к выходу. Мысль о кольце не давала покоя, и она не находила себе места. Но не могла же Фрэнки спросить напрямую?! Или могла? Хм-м. Она обернулась, чтобы отыскать Максима глазами, и поняла, что официальная часть еще не закончилась. Потому что Максим в сопровождении рыжей поднялся на подиум, чтобы поблагодарить модельера и поднять тост. Он говорил, говорил, пока наконец не подошел к сути. Поцеловав руку рыжей, он слащаво произнес:
