Цвет Тиффани - страница 74
Нехотя он поднялся и пошёл следом.
– Зачем ты выгнал няню?
– Я тебе сказал. Ты мать, и вместо того, чтобы где-то шляться, должна ее сама воспитывать!
– Я была на работе, а не шлялась!
Она опёрлась о подоконник, скрещивая руки на груди, стараясь пока сдерживаться.
– Она тебе не нужна! – Он ткнул пальцем в ее сторону.
– Это не тебе решать!
– Я твой муж, ты должна слушать меня и понять, что зарабатываю здесь только я! Твоя задача сидеть дома и воспитывать ребенка!
– Сидеть дома, ждать и гадать, соизволит ли сегодня муж прийти домой ночевать?
– Ты знаешь, у меня ответственная работа, – снизил тон.
– Да, и любовницы у тебя тоже ответственные. Не могут дать скучать ночью.
– Не неси чушь!
– Несут курицы, яйца! А я тебе говорю, что вижу! Я устала, Андрей. Ты прекрасно знаешь, что для меня значит работа, я тебе это говорила не раз. Я буду работать!
– Ты кукушка в таком случае! – выплюнул он ей в лицо.
Наташа почувствовала, как в уголках глаз начинают собираться слезы. Нет, нельзя об этом думать. Она всего лишь хочет почувствовать почву под ногами, а не жить каждый день в ожидании подачки от мужа, внимания или денег. Это убивало изнутри.
Пузырь лопнул.
– Я требую развод.
В комнате образовалась звенящая тишина, пока Андрей ошарашенно на неё смотрел не моргая. А потом мерзко рассмеялся.
– Сама поняла, что сказала?
– Да. – Она была серьёзна, как никогда.
– И где же ты будешь жить? К маме в деревню поедешь? А что жрать?
Хотя глупый вопрос, у вас же в больнице есть жратва. А ребёнка не жалко?
– Он насмехался над ней.
– Выживем, не надо переживать за нас.
Надо же, сколько раз она последнее время прокручивала в голове этот разговор, прекрасно понимая, что он будет, правда, позже, и боялась, что он попытается забрать Соню… А он даже не намекнул, то есть ему совсем плевать. Хотя она и так это знала.
– Ты просто дура, если так думаешь!
– Ладно, пусть дура. Надеюсь, разговор окончен.
Она хотела пойти к Соне, но он больно схватил ее за плечо.
– Да, разговор окончен. Ты пойди отдохни и подумай, что сейчас сказала. И я надеюсь, что твои мозги на место встанут. Завтра же увольняйся.
Боже мой, когда-то ей так нравились его глаза. Серые, как у неё, умные, добрые… Милые черты лица. А какой он был вежливый и учтивый? А сейчас, видя неприкрытую злость, чувствовала только брезгливость. Почему так? Что его так изменило? Штамп в паспорте?
– Не встанут. Завтра я подам на развод. Все, отцепись от меня. – Она попыталась забрать свою руку, где уже, наверное, появился синяк.
– И кому ты будешь нужна, брошенка с ребёнком? Ты подумай над этим.
– А нам никто не нужен с Соней. И мы тебе тоже не нужны!
– Че ты несёшь? Я вас люблю! – Он с силой тряхнул ее.
– Ты любишь? Ты? Ты это умеешь? Когда любят – заботятся! Уделяют время! Показывают свою любовь хоть как-нибудь! И не трахаются с другими! – Как же она его ненавидела в этот момент.
– Трахаюсь, потому что моя собственная жена вечно уставшая и скучная!
Наташа даже улыбнулась. Ну хоть впервые не отрицает. Прелесть! Конечно, она тащит все на себе, и должна ещё и радоваться!
– А! Тебе цирковые трюки в постели нужны? Ну прости, дорогой, что ж ты раньше об этом не сказал?
– Не язви!
– Отпусти! – Вновь дернула руку, и теперь он отпустил, отпихивая, так что Наташа врезалась боком в стол.
– Ну так вали! Прямо сейчас!
Она смолчала. Понимала, что сейчас ей идти некуда.
– Нет, дорогая! Ты должна держать своё слово! Вали собирать вещи!
Больше всего ей сейчас хотелось накинуться на него, исцарапать всю его насмехающуюся морду! Дать чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы стереть эту гадкую улыбку!
– Вот! Молчишь! Потому что понимаешь, что кроме меня никому не нужна! Тебя, кроме этих твоих врачебных штучек, ничего не волнует, ты, сидя в декрете, будто и не дома была, растворяясь в своих учебниках! Какой мужик это терпеть будет? Я и женился-то на тебе, думал, что ты в постели огонь, темперамент же есть, что из кровати вылезать не будешь после свадьбы, раз до брака не даешь. А ты вон как! Залетела и все, будто и забыла, что у тебя муж есть. И дочь не нужна! – и ведь его совсем не волновало тогда, что почти всю беременность у нее была угроза выкидыша…
Мужчина, довольный собой, вышел из комнаты, и, судя по стукнувшей через несколько секунд двери, зашёл в свой кабинет. Наташа стояла недолго, сдерживая слезы, пока не поняла: ей надоело, что он об неё вытирает ноги. Точнее, она поняла это давно, просто больше чистых мест не осталось. Нужно что-то менять и прямо сейчас!..
– Нат, вот ты где! – Открылась дверь, и показался Димка. – Там шеф зовёт, говорит, репортаж с тобой есть.
– Иду… – тихо ответила она.
– Эй, что произошло? – Он подошел ближе, внимательно разглядывая ее лицо, на котором она вытерла пару неясно откуда взявшихся слез.
– Ничего.
– Наташ, ты можешь рассказать мне. Я же…
– Ничего! – Она повысила голос. – Я сейчас подойду.
Он недовольно поджал губы, но вышел. Злость и ненависть на бывшего ещё тлели угольками, не позволяя сразу выйти из кабинета. И сорвалась на Димку ни за что… Вспомнились слова Игоря однажды, что виной ее такого кусачего поведения является бывший. Может, он и прав. Андрей ее закалил на всю жизнь. Но и сделал важное: заставил поверить в себя.
Глава 30. День рождения или, все насмарку
И все же она любила своих коллег. С самого начала рабочего дня поздравления с днём рождения сыпались со всех сторон. И если утром еще отмахивалась, не желая к себе излишнего внимания, то к обеду словно оттаяла, порой смущаясь. Даже пришли несколько давно выписанных пациентов, даря цветы и всякие приятности. Но самое лучшее она наметила на вечер, который желала провести в семейном кругу. Неужели она действительно так подумала – в семейном?.. Наверное, впервые за то время, что они живут вместе. От этого на душе становилось теплее и красивее, словно раскрылись бутоны, и Наташа начала благоухать.
