Playthings - страница 100
От ужаса я едва не отбросила телефон в сторону, как ядовитую змею. Сдержалась — и впервые посмотрела на Блондина. Мика ответил мне вполне красноречивым взглядом. Пришлось сжать зубы, мысленно пообещать себе отвесить наглому дураку пинка по окончании разговора и вымученно улыбнуться в трубку.
— Мы это еще не обсуждали…
— Так обсудите наконец!
— Ты только ради этого и позвонила? — удивленно уточнила я. Лестница вниз. Куда мы идем?
— Не только. Об этом я вспомнила только сейчас. Просто мне очень хотелось с тобой поговорить, а ты недоступна по тому номеру…
— Ох, еще раз извини. Я сегодня на редкость рассеяна. У меня было три академических часа настоящей нудятины, можешь представить, во что превратился мой мозг. Омлет, настоящий омлет.
— Я так по тебе соскучилась, дурочка… Я скоро начну ездить вам по мозгам, чтобы вы приехали хотя бы на Рождество. Вы же приедете? Вы же не будете спорить с беременной женщиной, правда?
Только не это.
Опять?
Я, конечно, очень хочу еще раз увидеть Джес и обнять ее, но…
Пришлось посмотреть на Каллахена с таким раздражением, что тот только брови и поднял. Вот уж кто был виновником всего, и его ждет неминуемая расплата. Я ему печенку испорчу своим пристальным вниманием, будьте уверены.
— На Рождество? Я думаю, это вполне реально сделать.
Когда-нибудь я окончательно запутаюсь в собственной лжи. Но обратной дороги нет, и я продолжала и продолжала это делать. И я так же легко могла соврать как и Джес, так и самой себе. Да и признаю, себе я вру намного чаще. И верю этому.
Лестница, коридор, толпа весело щебечущих студентов разных курсов и факультетов. Куда он меня тянет? Мне совсем в другую сторону, разве не заметно?
С трудом распрощавшись с Джес и пообещав ей больше не молчать и отвечать на сообщения, я с силой всунула Каллахену телефон и скривила нос.
— Теперь отпустишь меня? — рыкнула я, безуспешно пытаясь вырваться из захвата. — На нас смотрят. Ты в кои-то веки решил обратить на меня королевское внимание? А спросить, нужно ли оно мне, не сообразил?
Раз уж есть повод, я выскажу все, что я думаю. Наше выяснение отношений еще и в прошлом семестре было обычным делом, никто и внимания не обращал.
Мика окинул меня таким тяжелым взглядом, что на моем месте любая другая девушка немедленно превратилась в соляной столп. Меня это лишь подстегнуло к действиям. Я глубоко вздохнула, чтобы начать новую тираду — Блондин сразу же убрал хватку с плеча и в капитуляции поднял руки.
— Ты понимаешь, что выбора у меня не было. Джес села мне на уши, как клещ.
Мы остановились, как выяснилось, практически посреди общей столовой. То ли нелегкая нас сюда занесла на всеобщее обозрение, то ли…
— Мне надо идти. Постарайся больше не отвлекать меня на подобную ерунду, раз решил игнорировать сам факт моего существования, — фыркнула я как можно более нейтральным тоном.
— Узник Бухенвальда, ты помнишь о существовании обеденного перерыва? За две недели ты была тут один раз и то пробегом. Пока не засунешь в рот хотя бы картошку, хрена лысого ты уйдешь, — рыкнул Мика в ответ. Я просто рот открыла от неожиданной атаки в лоб.
— Будешь меня силой кормить? Я сейчас слишком занята для ролевых игр. Поищи кого-нибудь еще.
Блондин улыбнулся. Не язвительно и ехидно, а как тогда, миллиард лет назад, в другой эпохе и в другом мире, когда мы были другими людьми и даже…
— Не смей так делать.
Мой голос звучал как будто издалека. И мой ли это голос? Или свихнувшегося рассудка?
Я не успела моргнуть, как улыбка тотчас же превратилась в привычно-язвительную.
— Кишка тонка, — сообщил Каллахен, сложив руки на груди. — Уровень не тот, чтобы указывать мне, и уж тем более — говорить об этом вслух.
Голос звучал насмешливо, а оттого и более обидно. А чего я еще ждала от него? Мика в миллиардный раз ткнул меня мордочкой в грязь, и мне опять придется отряхиваться и невозмутимо отвечать на каждую шпильку, каждую издевку и каждую угрозу. Как в старые добрые времена. Быть может, и правда было бы хорошо прекратить общаться?
— Осторожно, ты стоишь на таком же грязном полу, что и я. Если это не твой уровень, что ты тут забыл? Обычно люди твоего круга сидят вон за теми столиками, вот и… проваливай, — в конце я не удержалась, хотела отпихнуть Блондина в сторону, как обычно делала ранее, но в последний момент остановилась. Выглядело со стороны странно, да и Мика не меньше меня удивился.
Я не хотела дотрагиваться до него.
Я боялась дотрагиваться до него.
— Чтоб тебя, — озадаченно фыркнула я, делая несколько шагов назад. Чтобы тут же наткнуться на кого-то и ощутить, как на плечо вальяжно кладется рука.
— А я уже подумал, что все-таки перепутал университеты, — баритон в самое ухо, растягивающий гласные в привычной манере, и морской запах в нос. Знакомый, уже привычный, хотя мы так давно не виделись… и как будто только вчера попрощались. Мне стало так тепло, как будто я снова очутилась на пляже, и мне в спину светит горячее солнце.
Когда Мика скривился, будто съел лайм целиком, я обнаружила, что улыбаюсь, хотя даже и не обернулась на голос. Реакция Каллахена меня не удивила, а вот моя собственная — да.
— Вот только тебя тут и не хватало… — фыркнул тот. — Это каким это дурным ветром тебя сюда-то занесло? Прости, забыл твое имя…?
— Не думаю, что оно так тебе важно. Джей Си, могу я угостить тебя кофе?
Я обернулась и утонула в золотом сиянии. Да и как можно было не утонуть, когда такой солнечный мальчик смотрит на тебя с улыбкой и каким-то болезненно-привычным прищуром? И стало так тепло-тепло на душе. Словно вот она, та частичка моей души, которая снова вернулась ко мне.
